Читать книгу - "Брутфорс 1-6 - Иван Катиш"

всё, что у меня до этого момента получилось, свалил в хранилище для массы под повторное использование, и задумался.

— Может, я пойду? — грустно спросил Василий.

— Не, не пойдешь. Ты мне еще нужен.

Василий начал заливаться краской. Того и гляди превратится в помидор и лопнет.

— Ты что думал, будет быстро? — разозлился я. — Ну не получилось. Мы не с той стороны подошли.

— Я думал, ты типа гений, — процедил Василий.

— Я типа гений и есть, — заявил я ему. — Наверное. Точно это науке неизвестно. Но и у меня не всё сразу получается.

Я забарабанил пальцами по столу.

— У тебя у самого идеи-то есть? Или ты в принципе не хочешь работать с физикой?

— У меня нет идей. Я вообще не про идеи, я про улучшение готового, — мрачно ответил Василий.

Улучшение… готового… бинго!

— Так, Василий, я понял. Делаем так. Ты сидишь, ничего не трогаешь, я финализирую конструкцию, а потом подключаешься ты.

— А я-то зачем тогда?

— А мы посмотрим, как она изменится после твоего вмешательства! Если я прав, то она должна сохранить все прежние свойства и приобрести дополнительную стабильность. А нам это надо не только в виртуальности! Точно надо! Никогда не знаешь, что еще задумает развалиться. Ты слышал, что нормальные оргудавы смогло произвести кроме нас только Минсвязности? Восточники не смогли. Им раз в неделю приходится заново их делать. Чувствуешь, где собака порылась?

— Собака… лебеди… — пробурчал Василий. — Зоопарк.

— Он и есть. Приступаем.

Выпускать я его не стал, а то или убежит, или замерзнет под елкой, ну его на фиг. На улице был самый что ни на есть мерзотный конец зимы, то мокро, то холодно, то воды по колено.

Буквально за час я укатал свою конструкцию до полного совершенства, со второй попытки-то всегда быстрее получается, подключил Василия, а сам сел в сторону смотреть, что будет.

Василий обошел мое дерево, которое, если честно, больше напоминало гигантский кактус, достававший почти до потолка. Рабочие очки можно было снять и любоваться сколько угодно: мое изделие обрело полноценную физическую форму. Но я все равно не стал, в очках-то понятней.

— Что это вообще такое? — решил поинтересоваться Василий.

Я хотел сказать, да какая тебе разница, но потом подумал, что это нечестно. Втянул человека в свои эксперименты, надо объяснять.

— Это промежуточная фаза опоры. Думаю, что я перехватил с размером, зря я ее так разогнал. В следующий раз поправлю.

Василий хмыкнул. И я продолжил объяснять.

— Понимаешь, мы на тренинге выяснили, что если плотно работать системными конструкциями, то можно получить новый функционал. Я пока не знаю, где он нам пригодится, пока важно в принципе понять. Может, пустим эту технологию на оргудавы. Может, еще на что. Но устойчивость — это точно то качество, которое нам нужно. Вот с твоей помощью я пытаюсь ее улучшить.

— А сейчас эта хрень типа неустойчивая?

Я ткнул пальцем в кактус. Кактус мигнул, но устоял.

— Понял, — кивнул Василий и приступил.

Он прошелся вокруг, провел руками вдоль условного ствола, и тут я оценил, магию замедления. Мой кактус натурально засветился фиолетовым, как я Василию и обещал в метафоре с лебедем.

Василий еще раз прошелся руками сверху вниз, а затем пробил серией коротких импульсов весь ствол, двигаясь уже снизу вверх. Постоял, подумал и снял очки.

— Думаю, всё. Я сделал всё, что мог.

Я с интересом рассматривал получившуюся конструкцию. Кактус упирался в потолок, встав в распор.

— Прикольно. А вырос он почему?

— Побочный эффект. Размер иногда меняется. Мы… с Майей и Серафимом меняем исходник, если у меня происходит уменьшение или увеличение. Обычно увеличение происходит в случае, если я провожу насыщение конструкции, а уменьшение — если изъятие. Точнее я тебе не скажу, потому что и сам этого феномена до конца не понимаю. А меня, как ты понимаешь, никто специально не изучал, — ехидно добавил он.

В этот момент кто-то замолотил дверь.

— Э! Что вы там делаете? — заорал из коридора голос Шведа. — А ну выметайтесь? Что еще за тимбилдинг?

Я нехотя открыл ему дверь. Черт, а время и правда вышло. Я рассчитывал управиться побыстрее.

— Это что на хрен такое? — уставился на импровизированный кактус Швед.

— Это эксперимент, — вежливо объяснил я.

— Кто позволил?

— А кто должен?

— Например, я.

— Ну позволяй, я не возражаю.

— Риц, объясни быстро что происходит, пока я тебя не убил.

— Пока ты так разговариваешь, не буду. Ты мне хозяин что ли? Мы тут думали с Василием…

Василий нервно сглотнул и по стеночке двинулся к выходу.

— Ну… я пошел…

— Василий не входит в нашу группу, а ты входишь. У тебя еще конь не валялся, ты до завтра должен три переходника сдать.

— Завтра и сдам.

— Мог бы и сегодня.

— Швед, я никаких сроков не провалил. Эти переходники я голыми руками сделаю, даже если свободных оргудавов не будет, — попробовал я решить дело миром.

Василий проскользнул в дверь и исчез в коридоре. Ну и правильно. Мы тут лучше сами.

— Риц, это безответственно! Что за игрушки? На что ты извел массу? Какого дьявола вы взломали журнал брони?

И тут уже завопил я:

— Не ломали мы ничего! Всё по процедуре! Ты рехнулся! Выпей яду, начальник!

— Выгоню к чертям собачьим! Много на себя берешь!

— Беру сколько могу!

— Смотри, чтоб рожа не треснула!

Дверь скрипнула.

— Что здесь происходит, хотела бы я узнать? — раздался сердитый голос Марго. — Мне кто-нибудь объяснит?

Глава 2

Плоды тренинга студентов-органиков два Министерства делили долго, качественно и со вкусом. Провели 100500 заседаний, проанализировали записи, даже вызвали отличившуюся группу студентов на беседу. Группа оказалась веселая, тон задавали борзый блондин из Старого университета и хитрый брюнет из Константиновки. Последний так ловко подбрасывал поленья в топку, что министерские работники забывали о студентах и начинали сражаться за право сделать вывод и приватизировать результат.

С выводами было сложно. Технику общения по внутрисистемным каналам перехватило Минсвязности и тут же внедрило в свои операции с криками, как же мы раньше не додумались. Гелий, когда услышал об этом, только головой покачал.

— Они не совсем дураки, — вступилась за минсвязников Марго.

— Да я знаю, — шевельнул бровями Гелий. — Просто энергичные очень. Понятно же, что если бы не изменившийся фон, вряд ли бы им светило что-то подобное. Страшно подумать, что будет с нашими наработками, когда Солнце вернется к прежнему режиму. Хотя, может, что-то и сохраним.

После трех недель битв за раздел интеллектуальной собственности неожиданно сдало свои позиции Министерство образования. Причем Астахов лично. Его нового секретаря