Читать книгу - "Пробуждение Посейдона - Аластер Рейнольдс"

находиться на борту корабля. Я хотела бы пожелать всем нам безопасного путешествия и продуктивной, результативной экспедиции. Я также выражаю нашу коллективную благодарность жителям Крусибла за их доброту и великодушие, которые сделали возможной эту экспедицию. Никто из нас не относится к этому легкомысленно. Давайте надеяться на удачу - для всех участвовавших, для нашего корабля-побратима и для тех, кто будет путешествовать на его борту.

Гома уже встречалась с Гандхари Васин. Она была хорошим выбором, чрезвычайно удовлетворявшим все стороны. Возможно, помогло то, что она родилась не на Крусибле. Васин прибыла на планету на том же субсветовом транспортном средстве, достигающем четверти скорости света, которое доставило Аретузу. Будучи старшим специалистом по двигательным установкам, она решила, что хочет остаться на Крусибле, когда субсветовик улетит. Она считалась стоящей вне политических пристрастий, и Гома полагала, что Мпоси поддержал ее кандидатуру именно по этой причине, помимо ее очевидной компетентности.

Она также была жизнерадостной женщиной с широкой улыбкой и привычкой носить яркие накидки и платки на голове, всегда пренебрегая титулами и регалиями иерархии. - Я ваш капитан, - сказала она так, словно это было своего рода признанием. - Это та роль, которую они мне дали, и я сделаю все возможное, чтобы быть достойным ее. Но я также Гандхари, и я бы предпочла, чтобы вы называли меня так, а не капитан Васин. Мы все пробудем на борту этого корабля очень долго. Рано или поздно формальности начнут исчезать, так что мы могли бы с таким же успехом немедленно обойтись без них.

Все это хорошо, подумала Гома, но тем не менее Гандхари командовала звездолетом, массивным и смертоносным образцом технологии, и вскоре они будут предоставлены сами себе, независимо от внешней поддержки. Она могла бы быть их другом до определенного момента, но Гандхари также понадобились бы стальные нервы и железная воля, чтобы справиться с этим.

Гандхари сказала еще несколько слов, затем приступила к представлению ключевых членов экспедиции, надеясь, что все остальные узнают друг друга в ближайшие дни.

- Сначала я должна упомянуть Гому Экинья, которая не обязана была присоединяться к нам, но решила сделать это из бескорыстного уважения к своей матери. - Гандхари указала обеими руками на Гому, ладони почти вместе, жест почти благоговейный. - Это правда, что мы все приносили жертвы, но многие из нас долгое время были привержены идее межзвездного путешествия - это амбиции, которым мы посвятили свою профессиональную жизнь. Не так обстоит дело с Гомой. У нее не было ни желания покидать Крусибл, ни желания бросать своих друзей и работу. И все же она здесь. Думаю, что мы можем достаточно высоко отзываться о ее лояльности к Крусиблу.

Затем Гандхари слегка повернулась, переключив фокус своего внимания на Ру.

- Раз уж мы заговорили о жертвоприношениях, давайте также вспомним нашего друга Ру Муньянезу, мужа Гомы, который оставил своих любимых слонов, чтобы пойти с нами. Однако потеря Ру - это наше приобретение.

Гандхари повернулась, чтобы представить доктора Сатурнина Нхамеджо. Это была формальность: врач уже был известен большинству участников встречи, поскольку он принимал участие в оценке их пригодности для спячки.

- Сатурнин привез с собой небольшую, но очень способную медицинскую команду, состоящую из специалистов разных специальностей и, как и все мы, добровольцев. Они должны быть нашими врачами, нашей первой линией защиты от болезней и травм, но прежде всего они должны быть нашими друзьями, полноправными членами экспедиции.

Затем Гандхари представила Назима Каспари, руководителя технической секции, состоящей из восемнадцати человек, и, как и сама Гандхари, эксперта по пост-чибесовской теории. Каспари был худощавым, непритязательным мужчиной, которому явно не нравилось находиться в центре внимания, и он явно почувствовал облегчение, когда Гандхари перешла к представлению следующей специалистки, сидевшей рядом с Каспари. Айяна Лоринг была мультиспециалистом, возглавляла группу астрофизики и экзопланет, в которую также входили биологи и эксперты по экосистемам. У Лоринг было бы мало данных для работы, пока они не доберутся до места назначения, но Гома сомневалась, что ей будет трудно чем-то себя занять, особенно учитывая ее готовность переходить от одной дисциплины к другой.

- Все хорошо, - прошептал Ру, как будто в этом были какие-то сомнения. - Придумал несколько алгоритмов, которые мы используем для наших собственных исследований. Оказывается, то, что работает для скоплений галактик, работает и для нейронов слона.

- Спасибо, капитан Васин, - сказала гибкая, грациозная Лоринг, которая двигалась как кошка и, по общему мнению, была прекрасным танцором. - Я имею в виду Гандхари. Приношу свои извинения. И, пожалуйста, для всех - я Айяна. Моя дверь всегда открыта. Я надеюсь очень хорошо узнать вас всех.

Технически, Гома и Ру оба были включены в команду специалистов Лоринг - теперь они были постоянными экспертами по крупной фауне и межвидовой коммуникации. Но на практике (как заверил Гому Мпоси) ни от кого из них не потребуется отчитываться ни перед кем, кроме Гандхари. Тем не менее, Гоме сразу понравилась элегантная Лоринг, и она с нетерпением ждала возможности внести свой вклад в работу команды.

Следующим был Маслин Караян, глава делегации "Второго шанса" из двенадцати человек. Маслин Караян был мускулистым мужчиной с бочкообразной грудью, бородатым и патриархальным, возможно, самым старым человеком на корабле после Мпоси. Он был рядом с "Занзибаром", когда тот был разрушен, едва избежав смерти, и, судя по всему, воспринял весь инцидент близко к сердцу.

- Не знаю, зачем она утруждает себя знакомством с ними, - сказала Гома Ру. - Не похоже, что нам когда-нибудь понадобится разговаривать друг с другом.

Ру улыбнулся. - Все полезны - даже верующие.

- Спасибо вам, Гандхари, за ваши добрые чувства, - сказал Караян, обводя комнату широко раскрытыми, вызывающими глазами, посаженными под нависшими бровями. Борода закрывала так много места на его лице, что было трудно прочесть выражение его лица, как, возможно, и было задумано. - Я говорю от имени своей семьи и друзей, когда говорю, что мы действительно очень рады занять свое место в экспедиции. Рука истории тяжела на нас, и ее возмездие будет беспощадным, если мы потерпим неудачу в каком-либо отношении. Да, мы должны набраться храбрости, - он все еще оглядывал комнату, его взгляд на мгновение остановился на Гоме, по крайней мере, ей так показалось, - но храбрости самой по себе недостаточно. Мы также должны проявлять благоразумие и осторожность - эти высшие способности суждения - на пределе наших возможностей.

Официально они были коалицией консервативных политических интересов с общим