Читать книгу - "Алекс - Семён Афанасьев"

А вот тут её паранойя свистнула первый раз. Никогда медицинские терминалы не связывались с информационными структурами верхних штабов так быстро.

Второй звонок прозвучал, когда посетитель, под видом знакомства с документацией, отобрал для виду несколько дел, сфокусировавшись при этом на Коротышке.

Карвальо отлично помнила, от чего погибла мать пацана. Также, она понимала, что дыма без огня не бывает и что продолжение вполне может следовать.

Специально двигаясь медленнее, она перебирала варианты.

Первой мыслью было тупо набрать Жойс и сориентировать подругу по ситуации на родном языке. Та что-то в мгновение ока придумает: например, буквально пара темнокожих ветеранов из их объединения наверняка принесутся в Корпус по первому её слову (подкреплённому соответствующей финансовой благодарностью, ибо деньги у Жойс водились).

От столичного хлыща не останется ни тела, ни ремешка, ни упоминания: на территории своего госпиталя Карвальо была хозяйкой не только по документам.

Действующие медицинские подразделения министерства обороны, содержащие в своём составе хирургические блоки, очень легко превращались в… в мини-форты или в то, что нужно старшему дежурному врачу. Возможность изоляции от внешнего мира, включая режим блокировки всех видов сигнала, прилагается. Не в последнюю очередь, для резекции сбоящих имплантов у всяких съехавших с катушек спецназов и им подобных.

Когда над головой ожили и задвигались камеры, замигав при этом индикаторами включившихся микрофонов, капитан поняла, что это Чоу со своего места контролирует обстановку.

На душе сразу стала спокойнее. На примере Коротышки, Камила очень трезво представляла прикладные возможности ханьской искры. А у подруги ещё и не второй, а вообще девятый ранг.

По-хорошему, этому засланцу надо дать раскрыться, после чего будет ясно, что с ним делать.

К сожалению, параллельно с напряжённой работой мысли, приходилось изображать набитую дуру-врача из провинции, добившуюся текущей должности исключительно благодаря сиськам. Когда гость попросил вызвать Коротышку, Карвальо технично предупредила пацана, раздумывая, как бы согласовать действия с ним и с Чоу.

К сожалению, она также представляла и варианты подготовки людей, которым в руки попадает овод.

Забившийся в судорогах под управлением китаянки робот-уборщик в операционной был как нельзя кстати. Сама доктор не рисковала запускать что-то подобное, так как была на виду.

Скрывшись в одной из операционных и заблокировав за собой дверь, она перенастроила часть управления госпиталем на себя и пару минут наблюдала за задумчиво слоняющимся по приёмному покою визитёром.

А затем дверь подсобки отворилась и оттуда появилась странная мумия: полуголая Чоу, во взятом со стеллажа армейском белье (пф-ф-ф… впрочем, ящик там и стоял на всякий случай).

Китаянка была наспех замотана первыми попавшимися под руку бинтами, имитировавшими толи гипсовые повязки на руке и ноге, толи иммобилизованные локтевые и коленные суставы.

Карвальо зафыркала в кулак, давясь смехом.

Вишенкой на торте были совсем небольшие сиськи подруги, явно выставленные на частичное обозрение не просто так.

— Доктор! — заголосила Чоу, бестрепетно шагая по коридору и весьма умело имитируя хромоту на одну ногу.

Правая рука китаянки при этом была отставлена в сторону, словно и с плечевым суставом что-то было не в порядке.

— Доктор, мои процедуры почти окончились! — продолжала надрываться в голос и ломать комедию ЮньВэй, отчего-то направляясь не в манипуляционную, а в приёмный покой. — Я подожду вас в первом помещении? У меня что-то опять заклинило, я не стала капаться до конца! Пожалуйста, посмотрите!

— Сейчас! — приглушённо отозвалась капитан из своего помещения, устраиваясь на стуле поудобнее.

Как хорошо, что операционные компьютер и экран транслируют что угодно в обе стороны.

— Не торопитесь! — не прекращала разоряться хань, бестрепетно входя, куда направлялась и опуская задницу на ближайшую кушетку приёмного покоя.

И блокируя таким образом визитёру выход.

Что было абсолютно понятно Камиле, но, видимо, никак не очевидно федералу.

Который, в свою очередь, схавал весь спектакль за чистую монету и теперь таращился втихаря на сиську ЮньВэй, задорно мелькающую в разрезе майки, выбранной на пять размеров больше.

— М-да уж. Не врач ты, родимый. Не врач. — Вздохнула Карвальо сама себе.

В принципе, у неё сомнений на это счёт и так не было. Но она не привыкла глядеть такие представления в роли статиста.

А сейчас начинал разворачиваться какой-то спектакль, явно согласованный между Чоу и Коротышкой. Поскольку Алекс почти в тот же момент появился в приёмном покое со стороны улицы и громко заорал с порога:

— Госпожа капитан, я прибыл! Куда идти? Если вопросы ко мне не у вас, давайте я сам поработаю с тем специалистом?

Чоу, картинно отставляя руку и ногу на манер сказочной Бабы Яги, раскорячилась на своей кушетке и что-то неразборчиво спросила у пацана.

Так естественно, что Камила даже пропустила это в первый момент мимо себя.

Алекс что-то ответил, и Карвальо сообразила: видимо, так и выглядит ханьская искра в реальном исполнении. Даже ей, смотрящей спектакль с экрана, разговор пацана с китаянкой на китайском языке показался в первый момент естественным и уместным.

А гость вообще и ухом не повёл, игнорируя явную странность.

— Прико-о-о-ольно. — Присвистнула сама себе капитан. — Затем громко и с усилием добавила на Всеобщем. — Алекс! Нужный вам специалист в приёмном покое! Подойдите к нему!

* * *

Несмотря на цейтнот, мы за какие-то несколько минут успеваем выработать план, прогнать его на два раза устно и начать действовать.

Тянуть резину я тоже не хочу, поскольку оставлять женщин с тем типом — не самая лучшая идея. Да, Камила — военная, а Чоу — вообще мастер не пойми в чём, но бабы есть бабы…

Через оговоренное появляюсь в приёмном покое, начиная изображать деревенского дурачка прямо с порога.

После предписанных этикетом манипуляций, одетый не в комбинезон не своего размера тип усаживает меня напротив себя за стол и принимается изображать какую-то процедуру.

Он делает вид, что интересуется моим нерабочим чипом, в рамках какой-то федеральной программы сверки установленных имплантов с предписанными, но на самом деле ни грамма не верит ни в одно собственное слово.

Чоу, кстати, сидит тут же, внешним видом изображая пострадавшую то ли от пожара, то ли от психического заболевания. Как можно поверить в естественность ситуации я не знаю, но единственный зритель импровизированного спектакля на неё ведётся. Более того: её просвечивающая сквозь имитацию одежды фигура интересует его чуть ли не так же сильно, как и я.

— Невербальное воздействие. Работа мастера! — восхищённо орёт Алекс во внутреннем пространстве. — Смотри! У него критичность восприятия снижена на семь десятых! Снимаю шляпу!

Сосед ещё какое-то время восхищается высшим пилотажем в исполнении китаянки. Сейчас, конечно, не совсем