Читать книгу - "Ретро Бит 1-10 - Сева Сотх"

тоже была приятна рука Линды, сжимающая мою, как и то, что мы, сидя на последнем ряду, позволили себе пренебречь частью сюжета.

— Вы ведь заметили, что все взрослые до самого финала показаны исключительно от пояса и ниже, без лиц? Спилберг гениально передает чувство враждебного, непонятного мира глазами брошенного ребенка. Очень тонкая метафора развода. А сцена полета велосипеда на фоне луны — безусловный визуальный шедевр, — выдала мисс Скай, заставив задуматься — а так ли крепко она спала. Ну ведь спала же! На рубашке Монти даже пятно от слюны осталось. Вывод тут возможен лишь один — девушка уже смотрела кино, потому и уснула. А согласилась пойти ради пригласившего ее Синклера.

Далее мы пошли на «Нечто» и тут нас ждало уже совсем другое кино. Мы с Линдой оба поклонники фантастики и кровавый шедевр Карпентера смотрели с одинаковым интересом. А вот Монти и Селеста — они схватились друг за друга, смертельно побледнев, и просидели, не шевелясь. Разве что на моменте с головой-пауком одновременно дернулись в сторону прохода.

— От этого фильма несет холодным лавкрафтианским ужасом, — сдалала заключение Селеста. — Мне очень понравилось, но если бы не мужественность Монтгомери, я бы сбежала с сеанса. И мне хочется выпить горячего чая. Я покажу вам чудесную кофейню. Пойдемте-пойдемте.

— Крис, дай ему сегодня обыграть тебя в шахматы, — шепнула мне на ухо Линда, — это будет финальный штрих в образ героя.

Поддаваться я и не подумал, Монти сходил к себе в машину и принес компактную шахматную доску, точь-в-точь как была у меня в детстве. Металлическое поле и крохотные магниты в основаниях фигур.

Если кратко, то я проиграл. Если подробнее, то я проиграл, достойно сражаясь и почти вытянув на ничью.

Если же с подробностями, то Монти пошел во всю ту же испанскую партию, а я использовал Берлинскую защиту, считавшуюся скучной и слабой до тех самых пор, пока Крамник не разгромил с ее помощью Каспарова в начале 2000-х. Нейросети десятилетия спустя только подтвердили силу этого дебюта.

— Почему ты не используешь пешку на h5? — спросил шахматный гений, когда я повел партию по неожиданным для него лекалам.

— Решил попробовать другую тактику, — ответил я.

— Берлинская стена? Она даёт белым преимущество.

— Посмотрим, — выдал я улыбку канальи.

И пошла долгая позиционная изматывающая борьба, начавшаяся с размена ферзей. Я уже знал, что проиграю, но честно старался изо всех сил затягивать партию, чтобы показаться сильнее, чем я есть. Где-то тут бы сопернику ошибиться, вспомнив, что его ждет красивая девушка с упругими чичис, но он играл, как безупречный робот, реальная нейросеть. Как если бы он тоже попаданец, но не человек, а стокфиш или альфа-зиро.

В итоге мы вышли в эндшпиль на равных и тут уже мне поспеть за полетом мысли настоящего будущего гроссмейстера шансов не имелось. Я, конечно, на кураже потрепыхался, но свести к ничьей партию не смог. Молодой гений смело и размашисто ворвался в строй черных пешек белым королем, чем и предопределил победу, сумев провести свою пешку в ферзи.

— Признаю поражение, — протяну я руку на двадцать пятом ходу, — это была захватывающая игра.

Девушки, следили за нашей борьбой из первого ряда, попивая чай, заказанный мисс Скай и изредка перешептываясь. Мне даже слегка совестно стало, что так надолго их задержал, упираясь в игре.

— Мистер Синклер, ваша награда, — объявила вдруг Селеста, подойдя к победителю и без предупреждения засосала его в губы, после чего стремглав бросилась к выходу, густо покраснев.

— Я с ней поспорила, на результат, — шепнула мне Линда. — А если бы ты выиграл, то я бы тебя поцеловала.

То есть я останусь без награды? Во всяком случае, пока не сядем в машину. Мир несправедлив!

Глава 18

Монтгомери находился в ауте после поцелуя, наверное, целую минуту. Достаточно долго, чтобы его пассия ускакала подальше и не требовала немедленного розыска.

— Я поражен до глубины души, — признал Синклер. — Должно быть, мисс Скай — поклонница шахмат, — сказал с иронией, явно понимая, что древняя игра лишь повод. — Еще одну партию?

— Давай в другой раз, — если Монти все же станет частью Каналья Геймс, сыграть с ним мне еще предстоит, не отверчусь. И череда грядущих поражений не пугает. Не уверен, есть ли у него потенциал чемпиона мира, но от попытки ему противостоять я истинное шахматное наслаждение получил. Как если бы выкрутил уровень сложности в игре на максимум.

— Да, верно, боюсь, мои мысли неизбежно уйдут в иную сторону. Обсудим твоё предложение о работе?

— Моя фирма, Каналья Геймс, которую я официально зарегистрирую буквально на днях, занимается разработкой видеоигр. Стремительно растущая отрасль. У нас в портфолио уже пять проектов, проданных издателю Сьерра-Онлайн, ты мог слышать о них, как об Онлайн-Системс. Но меня не устраивает принцип «один человек — одна игра». Нужна организация на принципах командной работы и разделения труда, — начал я. Но к обещаниям достойной оплаты перейти не успел.

— Крис. Прости, что перебиваю. Я, пока вы играли, поболтала с Селестой. Ты говорил, что профессор Кроуфорд советовал найти литературного редактора. Она попросту очарована самой концепцией «Сорока тысяч способов» и готова взяться за текст.

Ты же моя умница! Теперь Монти, даже если не поклонник игрушек, уже никуда не денется. Возможность побольше пообщаться с пассией сама по себе станет для него приманкой получше, чем деньги.

— Признаться, я ни разу не играл в видеоигры, в расписании не находилось времени. Это на самом деле увлекательное развлечение?

Тон совершенно серьезный. Он ведь не разыгрывает меня? Как подросток из 80-х мог не интересоваться игрушками?

— Лучшее в мире! — с жаром подтвердила Линда, — Монти, ты обязан попробовать Фроггер… нет, игры Криса! Они даже круче!

Высшая степень признания. Но я и в самом деле считаю свои поделки лучше Фроггера. Сложить число 2048 — это вам не лягушку через дорогу перевести. И