Читать книгу - "В Доме Змея - Илья В. Попов"

вдали от торговых трактов пользуется спросом. Интересно, что мешало ему обмануть своего нанимателя и сбежать с деньгами…

– Страх. Видимо, Цутому боялся того человека куда больше нищеты. И, предвидя ваш следующий вопрос, – продолжил Кенджи, увидев, что Нобу уже открыл рот, – я не имею ни малейшего представления, кто мог дать Цутому это поручение и зачем. Но знаю одно: найдете его – найдете убийцу.

На какое-то время в комнате повисла тишина, прерываемая лишь перекличкой часовых, – видимо, дело уже близилось к рассвету. Но вот Нобу тяжело вздохнул, откинулся на спинку стула и обеими руками пригладил торчавшие ежиком короткие волосы:

– Не думаю, что вы врете, но… Явно говорите куда меньше, чем знаете.

– Если вы мне не верите, можете побеседовать с Шуноморо Ямо из Дома Плюща или Макото Такэга, с чьим отцом вы имели удовольствие познакомиться этой ночью. Они расскажут вам то же самое. Или же встретьтесь с хозяином питейной, где нас нашел Цутому, – втроем мы покинули ее незадолго до полуночи, и этому есть десятки свидетелей.

– Я уже имел честь говорить с харчевником, а также расспросил нескольких зевак – все они подтвердили ваши слова. Тело Цутому нашли в подлеске неподалеку от города, и, если верить оценке лекарей, он был мертв еще до того, как вы ступили за порог таверны.

– Тогда к чему весь этот балаган? – с недоумением спросил Кенджи. – Вы могли вызвать меня в любой другой день, но вместо этого предпочли ворваться прямо на праздник с толпой вооруженных стражей. Ради чего, если вы и так знали, что я невиновен?

Нобу промолчал, однако Кенджи уже успел догадаться обо всем сам, тем более что взгляд мэцукэ говорил за него. Действительно, разгадка лежала буквально на поверхности.

– Вашей целью был не я, а господин Такэга и прочие аристократы, – протянул Кенджи. – Этакий щелчок по носу богатеям, чтобы показать, что даже участник Турнира и член Великого Дома в случае чего не сможет избежать карающей длани власти. Верно?

– Ваше возмущение мне более чем понятно, но поймите и вы. – Нобу выглядел чуть смущенным, но не более; видимо, он был непререкаемо уверен в правильности своего поступка. – С началом Турнира Каноку, город и без того беспокойный, наводнили сотни скучающих бойцов, некоторых из них, уж извините, отличить от бандитов можно разве что по дорогим нарядам и громким титулам. А вот людей у магистрата, увы, не прибавилось, и мы вынуждены поддерживать порядок своими силами.

– В том числе и публичной поркой? – с усмешкой уточнил Кенджи.

– Именно, – ответил Нобу, с честью выдержав его взгляд. – Безусловно, среди вашей братии имеется немало достойных людей, но с каждым днем рапортов, – он кивнул на груду свитков в углу стола, – становится все больше. Пьяные дуэли прямо посреди жилой улицы, погромы, драки, порча чужого имущества – лишь малая часть того, что успело свалиться на наши головы за эти дни. Понимаю, что для человека вашего происхождения жизнь какого-то смерда стоит меньше пули, но…

– Моего происхождения? – хмыкнул Кенджи. – Я родился и вырос в небольшой деревушке и стал помогать отцу и брату по хозяйству чуть ли не раньше, чем научился говорить. Свою мать я, к сожалению, почти не помню, так как она умерла вскоре после моего рождения, но сомневаюсь, что и в ее роду водился хоть один дворянин.

– О… – Взгляд Нобу заметно потеплел, а в голосе послышалось что-то похожее на извинение. – Прошу прощения, я думал, что вы тоже… Неважно. Как бы то ни было, искренне надеюсь, что вы не затаите на меня обиды из-за моей выходки. Я просто не мог упустить подобную возможность.

– «Глупо злиться на хлынувший с неба дождь – лучше найти место, где можно просохнуть», – Кенджи вдруг припомнил присказку покойного Юмы.

– Узнаю слова господина Сато, – усмехнулся Нобу. – Мне казалось, у него нашлось бы выраженьице под любой случай.

– Вы были знакомы? – полюбопытствовал Кенджи.

– О да. Более того – это именно он замолвил за меня словечко в магистрате, когда моя едва начавшаяся служба буквально висела на волоске. Я поймал за руку одного известного в Каноку чиновника, который держал несколько борделей, где чуть ли не в открытую торговали детьми, выкупленными у бедняков и крестьян. Как оказалось, вертепы те не гнушались посещать даже высокопоставленные сановники и аристократы из Великих Домов, которые, конечно же, поспешили вмешаться в расследование, дабы прикрыть собственные задницы. В лучшем случае меня ждало лишение звания, но о той истории прознал Сато и донес сведения до его величества. На следующее же утро негодяя заковали в кандалы в собственном доме, а на моем столе лежало благодарственное письмо, подписанное рукой самого императора. Жаль, что дружки того подонка избежали наказания… по крайней мере пока. Скажите, – Нобу чуть замялся, – вы же были вместе с Юмой, когда он?..

– Да, – кивнул Кенджи и добавил: – Сато погиб как герой.

– Боюсь, мои слова покажутся вам кощунством, но я думаю, к этому он и стремился, – вздохнул Нобу и покачал головой. – Господин Сато ловил преступников, чьи имена повергали в трепет самых бесстрашных мэцукэ. Иной раз доставало одного слуха о том, что Сато взял след какого-нибудь особо распоясавшегося бандита, чтобы тот пустился в бега и покинул город. И, похоже, со временем Юме так наскучила погоня за простыми головорезами, что он решил бороться с настоящим Злом. Как я слышал, незадолго до своей кончины Сато выискивал любую информацию о некоем Братстве Рока и Пепельном Короле…

– Вы тоже считаете последнего лишь легендой? – полюбопытствовал Кенджи, расслышав в его голосе грустную усмешку; словно бы он сообщил, что Юма выжил из ума и пытался научиться парить в облаках, подобно птице. – Господин Сато придерживался другого мнения.

– Послушай, – устало произнес Нобу, незаметно перейдя на «ты», – я знал Сато не так долго, но успел многому у него научиться. Он был прекрасным человеком и обладал воистину звериным чутьем, но… Истинное зло куда более приземленно, и, чтобы найти его, не обязательно отправляться на верную гибель в поисках владыки демонов. Грабитель проламывает голову случайному прохожему не потому, что одержим злыми духами, – он только хочет снять с бедолаги новенькие башмаки. Женщина продает свою малолетнюю дочь в бордель за мешок риса не из-за того, что ее околдовал магик, – просто у нее дома еще четыре голодных рта, а муж спустил последние сбережения на карты или тыквенную настойку. Даже если Пепельный Король и существует, он где-то там, далеко, а насильники, убийцы, воры и мошенники прямо здесь и сейчас разгуливают по моим улицам. У них нет клыков, они не умеют обращаться в зверя