Читать книгу - "Круговорот и тени - Джин Родман Вулф"

что мы называем СПИДом, я не считаю, поскольку началась она задолго до того, как это писалось). Население планеты составляет менее шести миллиардов. Люди живут и в космосе, и на Луне, но их число незначительно.

5. Мизинец – Меньшинство: правительство и многие прочие (хотя не все) области общественной жизни возглавляют выходцы из образованной прослойки. Члены её экспериментируют с методиками социологической стимуляции, учитывающими индивидуальные особенности характеров и предпочтения большинства населения. Цель их – укрепить власть образованного класса и ещё более ограничить общую грамотность, не спровоцировав войну с СССР и не испортив отношений с новыми, набирающими силу державами, Китаем и Латиноамериканским Блоком.

При этом в образованных слоях существует также контркультура. Большая часть её продукции – также научная фантастика и фэнтези; кроме того, сторонники этого течения способствуют распространению грамотности, отчасти затем, чтоб их произведения было кому читать. Конечно же, ради вас, представителей сей контркультуры, я и пишу, дабы сказать вам: мужайтесь! Двадцать пять лет в масштабах истории – срок отнюдь не великий. Мои времена тоже были эпохой тьмы, однако мы призываем в мир солнце.

Джин Вулф, Цветоносное воскресенье, 1987 г.

Неотчуждаемые* истины Вулфа касательно книжных обзоров

* поскольку Чужим не нужны совершенно.

Рецензии и обзоры – ещё один дополнительный путь к успеху, способный до определённой степени поспособствовать вашей писательской карьере тем же образом, что и рассказы.

Получать выигрышные места на страницах газет под обзоры невероятно трудно, не будучи хорошим – интересным, образованным, разбирающимся в теме – обозревателем.

Обзоры предлагаются для публикации в газетах и журналах точно так же, как и рассказы. ОДНАКО обзоры, предлагаемые вами, принимают к публикации и печатают крайне редко. Как правило, происходит следующее: если редактору из отдела обзоров нравится ваша работа, он даёт вам задания сам.

Издания верхнего яруса наподобие «The Washington Post» платят весьма прилично – по триста семьдесят пять долларов менее чем за две тысячи слов. Большинство остальных платят скудно (по два-три цента за слово) или не платят вообще.

ОДНАКО для вас деньги не главное. Для вас главное – сделать себе имя, стать хорошо известным писателем. Помните: серьёзные деньги приносят только романы.

Излагать сюжет даже не думайте – вместо этого рассказывайте, о чём книга. «Перед нами научная фантастика ближнего прицела, об армии разумных машин, ведущей безнадёжную с виду войну в марсианской пустыне».

Никогда не высказывайте собственного мнения, не объяснив, отчего так считаете, – ну разве что ваш обзор предельно краток.

Если объём позволяет, подкрепляйте собственные мысли цитатами из книги. Скажем, утверждая, что книга написана неуклюже, приведите в обзоре красноречивый пример неуклюжести авторского стиля.

ИЗБЕГАЙТЕ предвзятости: не превращайте обзор в орудие сведения личных счётов.

ИЗБЕГАЙТЕ для пущего развлечения читателей выдумывать что-либо от себя.

ИЗБЕГАЙТЕ высказывать в обзоре то, чего не стали бы говорить автору в лицо.

НЕ ЗАБЫВАЙТЕ ни на секунду: обзоры – дело опасное. Навредить вам они могут куда серьёзнее, чем помочь. Если вас сочтут нечестным обозревателем, вы весьма, весьма быстро обзаведётесь не одной дюжиной влиятельных врагов.

Автор фэнтези читает Библию и её критиков

Начать позвольте с череды оговорок. Я – христианин, но проповедовать здесь христианство не стану. Я – католик, однако ничто из сказанного далее не следует принимать за католические доктрины либо точку зрения всей нашей церкви: высказываться от её имени я не уполномочен. Вдобавок я не богослов и не библеист, однако могу похвастать парой преимуществ перед большинством критиков, ими не обладающих. Во-первых, обсуждаемую книгу я действительно читал и не раз перечитывал. Во-вторых, я – писатель, автор двух с лишним десятков собственных книг.

Занимающиеся одним и тем же ремеслом способны во многом понять друг друга, пусть даже их разделяют эпохи. Скромнейший из моряков, прочитав о Френсисе Дрейке или Джоне Пол Джонсе, ухватит многое, пропущенное дюжинами добросовестнейших историков. Возможно, сии факты окажутся отнюдь не ключевыми и даже вовсе ничего не значащими (по крайней мере, в глазах историков), однако так и останутся подлинными фактами, а работа писателя в течение последних пяти тысячелетий изменилась гораздо меньше, чем мореплавание.

Если вы и не вынесете из моей скромной статьи ничего более, примите к сведению следующее: разница вовсе не велика. Разумеется, вдохновение свыше – дело великое. Ничто написанное кем-либо из современных писателей претендовать на лавры, скажем, того же Самуила, конечно, не может. Однако авторы книг, составивших Библию, представляли собою (моя уверенность в этом подтверждается множеством деталей) отнюдь не стенографистов, писавших под диктовку Господа, но земных людей, вдохновлённых Им. Как таковые, как существа человеческие, они и писали, излагали ниспосланную Господом весть собратьям.

Кстати заметить, это гораздо ближе к обычаям греков, чем принято считать. Древние греки верили, что боги говорят с ними посредством «творений» вдохновляемых свыше поэтов, первым и величайшим из коих почитался Гомер. Древние евреи верили, что Господь обратился к ним через Моисея, коему и приписали авторство Пятикнижия. Сегодня, по-видимому, модно ни в грош не ставить ни то ни другое, утверждать, будто Моисей ничего не писал, а Гомера вообще не существовало, а авторов у книг, приписанных древними им обоим, в действительности нет вовсе. Скажу без преувеличений: чтоб убедить нас, будто эти книги попросту возникли сами собой, потрачены миллионы слов.

Разумеется, писатель отвергнет эти идеи с порога. Попробуйте рассказать столяру-краснодеревщику, что столы собираются сами по себе: первое поколение водружает посреди столовой ножку, а следующее, столетием позже, накрывает её сверху столешницей!

Всё это подводит нас к самому центру горячих споров об авторстве. Что мы имеем в виду или, скорее, должны иметь в виду, говоря: Моисей, дескать, не писал Исхода, или, к примеру, Чисел? Что сам Моисей никогда не брал в руки пера? Так ведь перьями в то время не пользовались. Что сам он не выцарапывал всего этого со всей кропотливостью на воске и не выдавливал на глине? Так ведь Эрл Стенли Гарднер диктовал свои детективы, однако мы даже не думаем отказывать ему в их авторстве. И «Крестовый поход в Европу» Эйзенхауэра тоже, как и тысячи прочих книг, написан наёмными авторами-невидимками. Что мы выигрываем, судя Моисея по более строгим законам? Кстати, в конце Второзакония описана смерть и погребение Моисея. Неужто нам надлежит поверить, что древние евреи этого почему-то не замечали?

Вообще-то к Моисеевым книгам легко, стоит лишь осознать, что сей великий законодатель был египтянином, применим один тест. (Думаю, анекдот о двух крохотных баптистских церквях, стоящих бок