Читать книгу - "Младший сын Небесного демона. Том 3 - Андрей Сергеевич Ткачев"

знания уже позволяли смотреть на окружающий мир иначе, замечая то, мимо чего раньше проходил не задумываясь.

Оставалось только правильно распределять время между работой, тренировками, водой, формациями, алхимией и подготовкой к турниру.

Пустяки, если полностью отказаться от сна…

Глава 9

При моем новом графике на новые ледяные скульптуры времени не оставалось вовсе. Утром я тренировался в залах с повышенной плотностью Эссенции, днем изучал формации или отправлялся на зачистки, а вечера проводил в Духовной обители. Иногда приходилось выбирать между сном и очередным трактатом, и сон в этом споре побеждал далеко не всегда.

Мысль вернуться к резцу время от времени возникала, но для одной хорошей скульптуры зачастую требовалось хотя бы несколько часов полной сосредоточенности. В моем расписании такого промежутка просто не существовало. Поэтому о статуях я почти не думал до того самого утра, когда павильон искусств не перечислил мне деньги за проданные работы.

Оповещение о зачислении средств пришло аккурат во время завтрака. Я открыл его, пробежался глазами по сопроводительному тексту и едва не поперхнулся, когда увидел итоговую сумму, которая оказалась во много раз больше, чем я вообще смел надеяться.

— Что там? — заинтересовалась Киара, тут же возникнув у меня за плечом. — Кто-то умер?

— Нет… все нормально, — откашлявшись, ответил ей. — Просто деньги за статуи пришли…

— Много? — уточнила она.

— Даже слишком. Я на эти деньги могу кучу лет безбедно жить, ни в чем себе не отказывая.

— О, значит, и вправду много, — немного задумалась демоница. — Александр, я всегда знала, что у тебя великий талант! Предлагаю бросить все эти бессмысленные тренировки и заняться действительно важным делом. Для начала сделаешь двадцать моих статуй. В разных позах. Можно даже без одежды, чтобы не тратить время на лишние детали. Уверена, что эти статуи ты сможешь продать ещё дороже.

— Даже не сомневаюсь, но нет. Если так хочешь статую, могу как-нибудь сделать специально для тебя, когда придумаю, где её хранить. А пока извини.

— Зануда, — немного обиженно буркнула демоница. — Я ведь даже позировать готова, а ты такой шанс упускаешь. А потом бы люди начали восхвалять меня и стали бы служить мне добровольно, — вскинула девушка руку вверх, хорошо, что еще зловеще не рассмеялась.

Я на это лишь развел руками и вернулся к еде. А когда возвращался из общей столовой, то меня перехватил тот самый слуга, который в свое время и договаривался со мной о продаже статуй. И разумеется, его очень интересовали новые работы, он был готов от павильона искусств предложить очень существенный аванс, чтобы мотивировать меня работать, но я отказался.

Сейчас мне, правда, было не до того, а денег столько, что я никогда прежде и не помышлял о подобных суммах.

— Искусство не требует спешки, — с важным видом заявил я мужчине и выдворил наружу. — Когда я буду готов вернуться к работе, то обязательно сообщу.

На этом вопрос статуй я временно закрыл.

Возможно, в прошлой жизни я бы и подумал всерьез о том, чтобы посвятить себя искусству и ремеслу, как оказалось, это мне, действительно, нравится. Мог бы стать свободным художником-практиком, чьи творения волнуют умы людей, и каждую новую коллекцию ждут как невероятного события, но… У меня осталось чуть больше девяти лет до того, как секта Безумного тысячелетнего дракона не оставит от этого места камня на камне, и я к тому моменту должен быть достаточно силен, чтобы остановить их.

Впрочем, как выяснилось позднее, история с моими статуями только набирала обороты…

* * *

Первые торги привлекли к работам неизвестного мастера немало внимания. Ледяные фигуры выглядели необычно, десятилетиями сохранялись без поддерживающих формаций, а оставленное внутри «намерение», делающее их почти живыми, заставляло опытных практиков-искусствоведов часами спорить о способе их создания.

Однако пока скульптуры стояли в павильоне, они оставались всего лишь интересными работами. Красивыми, редкими и необычными, но все еще доступными для покупки.

Настоящий ажиотаж начался после завершения торгов.

Пять фигур разъехались по частным коллекциям, и управляющий Лоран сообщил заинтересованным покупателям, что новых поступлений в ближайшее время не ожидается.

Сначала это никого не встревожило.

Мастера духовного искусства такого толка редко работают быстро. Некоторые могли создавать одну вещь годами, добиваясь нужного состояния материала и вкладывая в него собственное понимание пути. Несколько недель ожидания для коллекционеров не имели никакого значения.

Проблема заключалась в том, что шли недели, а новых работ всё не появлялось. Более того, сам павильон искусств открыто говорил о том, что таинственный мастер прекратил работу и не создает ничего нового. Никто не знал его возраста, происхождения и даже того, принадлежит ли он секте Небесного демона. Не было старых работ, учеников, мастерской или хотя бы человека, который мог бы уверенно заявить, что встречался с ним лично.

Существовало лишь пять скульптур, и чем активнее потенциальные покупатели засыпали павильон искусств и аукционный дом секты вопросами о новых работах, тем более бурным становилось обсуждение относительно уже сделанных статуй.

По Духовным узлам поползли слухи.

Одни утверждали, что мастер смертельно болен и перед смертью создал последние произведения. Другие были уверены, что фигуры нашли в закрытом древнем наследии, а история о живом авторе придумана аукционным домом. Третьи говорили о затворнике, который появляется раз в несколько десятилетий и никогда не повторяет свои работы.

Каждая версия была глупее предыдущей, но непременно раздувала цену и ажиотаж. Первой сменила владельца одна из фигур, купленная представителем богатого внешнего дома. Сделка прошла тихо, без открытых торгов, но стоимость все равно стала известна коллекционерам, и стало ясно, что сумма исходной покупки возросла практически втрое.

После этого началась уже настоящая охота.

Покупателям пяти скульптур стали приходить предложения, сначала осторожные, затем все более настойчивые. Кто-то предлагал деньги, кто-то — редкие ингредиенты. Один коллекционер попытался обменять фигуру на оружие высокого ранга, которым его род владел больше ста лет.

Не все из них были настоящими ценителями искусства, зато каждый прекрасно понимал, что цена продолжит расти. Пока неизвестный мастер молчит, пять ледяных фигур остаются единственными существующими работами.

Сам же мастер в это время понятия не имел, что вокруг них происходит. Он был слишком занят подготовкой к обычному турниру.

* * *

Вода текла вокруг меня тонкими лентами, а сам я сидел в центре арендованного зала, скрестив ноги, и старательно удерживал стихию в пределах нескольких шагов. Никакой подготовленной воды у меня не было, и все