Читать книгу - "Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин"

красивая одежда и сексуальное бельё. Денег потратил, конечно, кучу, но она потом отработает. И нет, не массажем. Мне понадобятся её морозные способности.

Лакросса тоже решила прикупить себе белья, хотя я считал, что без него ей лучше. Но кто в таких делах мужиков вообще слушает?

В магазине одежды, где всё это происходило, мы задержались дольше всего. В итоге Агнес тоже пропала где-то среди стендов с одеждой и бельём, а мне захотелось в туалет. Сделав свои дела, вернулся и обнаружил, что к Веронике и Лакроссе пристаёт какой-то мужик. Высокий, седой, с брюхом, которое вызывает зеркальную болезнь, с залысиной и похабной ухмылочкой.

— Дамы, поверьте, это самый лучший ресторан в городе, и я знаю его владельца. Уверяю, для таких красавиц я возьму лучший столик и закажу лучшего вина! — говорил он, когда я шёл к ним. А потом и за руки их начал хватать.

— Спасибо, но мы не хотим, — вежливо пыталась отказаться Лакросса. Затем не выдержала, когда мужчина сильнее сжал её руку: — Отвали, мудень, или я тебя на копьё насажу!

Тот скабрезно ухмыльнулся:

— Может, сперва я тебя насажу на своё копьё? Детка, не ломайся! Старый конь борозды не испортит…

— Отпусти её! — схватила Лакроссу Вероника. — А не то наш господин…

Но договорить она не успела: человек свободной рукой ударил её по щеке, отчего девушка упала.

Вот падаль! У меня внутри сразу всё закипело, и остаток пути я преодолел буквально за два шага. И тут же впечатал кулак ему в морду. Он только в последний момент удивиться успел. Оркесса помогла Молчановой подняться, а я пошёл добить этого выродка.

Не люблю, когда бьют женщин.

Но он вдруг поднял руки вверх и противно засмеялся:

— Прошу прощения! И пощады, юноша! — твердил он. — Вышло маленькое недоразумение. Я не знал, что эти женщины ваши.

— Мои, — прорычал.

Он встал и поднял свою трость. Из носа у него текла кровь и пачкала светлую, явно дорогую блузку, но его это не смущало.

— Герцог Карнавальский, — представился он. — С кем имею честь?

— Барон Дубов, — ответил я. — И валите отсюда, герцог, пока ваше копьё не оторвали. Вы ударили мою женщину и за это получили своё.

— Знаю-знаю, закон на вашей стороне. Я не в претензии, господин Дубов. Ещё раз прошу прощения и за сим откланиваюсь.

Он почтительно поклонился и ушёл, зажав нос кружевным платком. Мне не понравилось, что с его лица не сходила мерзковатая улыбка. Будто он знал что-то, чего не знал я. Ладно, главное, что свалил. Я вернулся к девушкам, которые пересказывали события Агнес. Гоблинша держала в руках небольшой пакетик с названием магазина. Увидев меня, тут же спрятала его за спину. Потом сама расскажет.

Закончив покупки в этом магазине, отправились в ресторан неподалеку. Вывеска на нём гласила, что у него две звезды кого-то там. Не знаю, может, блюдо такое?

В итоге я пожалел, что мы зашли именно сюда. Кормили… странно. Куча непонятных и маленьких блюд, которые то пшикают чем-то, то дымом окуривают, будто шаманы. Не наелся и не насладился. Хотя Агнес и Вероника были в восторге. А Лакросса разделила моё непонимание.

После обеда настала пора и мне обзавестись одеждой. В обычном магазине моих размеров, естественно, не было, так что мы зашли в небольшое ателье со стариком-портным. Тут уже настала пора девушек ожидать меня. Старик тщательно и скрупулёзно снимал мерки, а я объяснял ему, что хочу видеть на себе. Попросил заодно герб рода вышить на груди.

Пусть знают, что перед ними Дубов. Последний из рода. Ещё заказал у него пару прочных штанов, которые у меня вечно рвутся, и другой одежды для охоты, походов и рыбалки. Кстати, надо бы и в рыболовный магазин зайти! Денег, конечно, уже кучу потратил, но их осталась ещё такая же куча. Герцог Билибин рассказывал о своей технологичной удочке. Хочу такую же!

С мечтательной улыбкой на лице я вышел из примерочной. Провёл я там, как показывали часы, больше часа. Ничего, зато узнают, каково это — бродить по магазинам, когда не себе что-то выбираешь. Хотя… Мы ещё не купили платья для Лакроссы. Те, которые успели посмотреть, даже на вид были дешёвками и не стоили тех сумм на ценниках.

Девушки заснули на небольшом диванчике. Вот только… их было две.

— А где Лакросса? — спросил я.

Вероника сонно встрепенулась и разлепила веки. Оглянулась.

— Только что была тут, господин…

— Лакросса! — позвал я.

Когда она не откликнулась, в душе шевельнулся нехороший червячок. Ателье было не таким большим, чтобы не услышать мой зов. Выставочная часть, примерочная, подсобка да туалет.

Оркессы нигде не было.

Глава 11

Китежград

Четыре дня назад

Деньги решают все проблемы. А деньги, приправленные властью, исполняют желания. По крайней мере, так думал мускулистый блондин, стоя голым по пояс у окна в своём кабинете. По коже струился пот, несмотря на открытое настежь окно и холодный октябрьский воздух. Ему сейчас жизненно необходимо было остыть, иначе он сожжёт чёртов город, раскинувшийся внизу, дотла. Только что пришли вести, что сразу оба его плана не удались.

Нападение Люй Бу на студентов закончилось ничем. Сам китайский наёмник погиб, а его тело нашли обглоданным дикими животными. Но юноша был готов к такому исходу. Он подготовил запасной план. И сейчас этот план стоял позади него и дрожал от страха.

Юноша глубоко вдохнул, глядя на безмятежную гладь озера далеко внизу. Китежград стоял посреди озера. Многие называли его русской Венецией — раньше был такой город в Европе, ныне стёртый с лица земли нашествием Саранчи.

Юноша медленно выдохнул и закрыл окно. Успокоиться у него так и не вышло. Он процедил сквозь зубы:

— Ну-ка, повтори ещё раз.

— Г-г-господин, мне пришли известия, что все наши силы погибли при нападении на Пятигорскую академию, — почти без акцента говорил невысокий смуглый человек в дорогом костюме. Он теребил в руках поля шляпы. — Спаслось очень незначительное количество людей, и сейчас они находятся в бегах. Захватить цель им не удалось, персонал академии оказался слишком силён.

— Все мужчины клана Аль-ад-Дина не справились? Несколько сотен человек не смогли одолеть кучку студентов и их жалких преподавателей? Это ты хочешь сказать⁈ — в конце юноша сорвался на крик. От гнева его колотила дрожь.

— Им помогли, —