Читать книгу - "Тот самый сантехник 3 - Степан Александрович Мазур"

– Ой, бля-я-я! – раздалось уже вполне различимое без воды потоков. Лида аж за губы себя схватила ладошкой, побила для порядка легонько. Она мол не такая, эмоции. Но следом протяжное. – Да ниху-я-я-я ж себе! – раздалось.

Причины понятны. Скользко, мокро, горячо, и эффект трения в действии все возможности организма сразу и показал. Пока делала минет, в жизни бы не поверила, что в ней поместиться может столько. Конечно, не девственна, и было даже два мужчины. Но один – платонический любовник, а второй геймер. Потыкал чего-то там в единственную ночь любви и сразу обновления побежал скачивать.

А тут откровения накатили. Секс оказывается, бывает! Даже шапочку из фольги одевать не надо!

– Как эффективно вы это делаете, Бор-и-и-ис! Я в восторге!

Пока Лида от первого оргазма не до конца отошла, резко осознав, что тот может и мужчина причинить, (не всё же самой делать!), как от мощного бура внутри тело вновь волнами пошло.

Лавина в крови, а не вишнёвый сок! И от того давления изнутри так радостно её распирает, что весь словарный запас матов изо рта посыпался. Вроде культурная, и вместо «жопы» всегда «попа» говорит. А тут надавили – и всё обнажилось разом. Секс обнажает изнанку.

Но часть сознания ещё помнила, что умная она и начитанная. А секс - это ещё и любовь. А любовь - это де-факто прекрасно. Вот и получалась солянка из внешний проявлений и внутренних порывов.

– Разъеби меня в щепу! Высекай пламя! – кричала Лида, уже не опасаясь возмущения соседей.

Раньше то и порнуху на телефоне в ванной смотрела без звука, а все пошлое в «ох!» тихое выражалось. А сейчас мир модернизировали, буквально вытрахивая наизнанку.

– Пусть разгорится пожар! Порви меня надвое!

Боря вначале слушал внимательно. Не двигался почти. Всё-таки приятно, когда гладишь изнутри женщину, а она стихами шпарит. И Есенина знает наизусть. Про «баб на сене» точно что-то говорила отрывками.

Но потом запах носков из раковины донёсся. Душа то нет, ничего не скрывает. Тогда Боря резко ускорил процесс, как следует за бёдра обхватив и углубив.

– Божечки! Боже! Вот это лямур! Охуеть, не встать! Вот это чувства! Да я сейчас… сейчас… Борис, ебите меня вечно-о-о!

Затем сразу оды пошли, и она с минуту предлагала до скончания дней варить ему борщи и рожать строго по одному после каждого такого момента. А если он вдруг станет капитаном дальнего плавания или в кругосветку уйдёт – дождётся.

– Не спиздеть, ждать буду хоть до второго пришествия!

Приятно. Но едва кольнуло в тестикулах, и что-то подвинулось, начиная процесс, как Лида следом уже материлась так, что сапожник отдал бы ей все сапоги за месяц, а то и за квартал. И то без угрозы применения оружия. Но это почему-то тоже возбуждало.

Единственное, что не мог позволить себе в данный момент это остановиться или

спросить самый важный вопрос – «в тебя или не в тебя?».

Такой не принято задавать человеку после первого поцелуя. Мало ли что носил на руках и раздел до трусиков. Спасение из снега вообще не в счёт. С другой стороны, пёс за него. А собаки чуют хороших людей.

И тогда начался глубинный анализ. Мозг пытался выдать мгновенный результат, взвешивая все «за» и «против».

Понятно же, что молода, красива, здорова, культурна и образованна. И вообще всё равно снимает квартиру или родители подарили. Это не важно. Важно, что готова рожать ему наследника и голодным тот не останется.

С другой стороны, зрение ни к чёрту, а от обилия матерных оборотов сатану можно призвать. Да тот покраснеет только. И куда только в такой мелкой и хрупкой на вид девушке помещается столько? Может быть всё от запретов родительских? Не позволяли в детстве почти ничего, росла в тепличных условиях. Тогда, конечно, песочить его долго будут, пока согласие на брак не дадут. Да и тот лет через пять. Учится, же. Потом карьера. А, не если карьера, то это ещё десятку накидывать надо до первенца.

Понятно, кто к этому времени он уже не один дом построит, а целый посёлок. И ко всем вызовам судьбы будет готов, крепко стоя на ногах. Но ведь и сдохнуть от переработок может. Тогда что? Тогда в тридцать лет как жопа коня будет выглядеть. Варёная. Варят же казахи коней.

«Но при чём тут казахи?» – тут же спросил внутренний голос, пока мозг гнал аналитическую пургу и в какой-то момент так самозаебался в определениях, что половая система всё решила за него.

Боря вдруг понял, что высовывать поздно. И чтобы продлить удовольствие, только засунул поглубже. И разрядился во всю.

Лида поняла, что это любовь с первого сокращения матки. Мужик пришёл, поднял, вернул в тепло, раздел, трахнул как следует и молча сказал, что заведут ребёнка. Всё. Таким мужик и должен быть. А все эти разговоры – фе и фу. Поговорить она и сама может. Нихуя не дадут цитаты Бродского, не приблизит к оргазму ни на миг Мандельштам. Сказки Пушкина, конечно, возбуждают образами, но скорее от дикого недоёба, когда со всеми тридцатью тремя богатырями за раз хочется.

Но её то богатырь лучше.

Вот и недоёб вдруг отступил от неё, повержен, супостат проклятый!

С довольным криком счастливой женщины, которая начала исполнять своё предназначение в отведённые природой рамки, заявила Лида:

– Бори-и-ис, вы-ы-ы… не высовывайте только сразу… так приятно.