Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

— О-о-о, какое милое прозвище! — восхитилась Стеша. — Бо-о-оров! Звучит, как песня!!!

— Рот закрой, сучка!

— Фиддин, ты ведь знаешь, как его надо убить, правда? — повернувшись к нашему десятнику, спросила девушка.

— Конечно, аресса!

— Заранее большое спасибо…

В это время до строя торренцев доехал дежурный сотник — седовласый и кряжистый мужчина лет сорока, в цветах рода, который, я к своему стыду, не знал. И, спешившись, поклонился. Сначала мне, затем Магнусу и моим женщинам:

— Арр Нейл, арр Магнус, арессы Найтира и Стефания! Искренне рад вас приветствовать в столице Торрена Торр-ан-Тиле!

Я склонил голову, отвечая на приветствие, а затем холодно улыбнулся:

— Арр, вы бы не могли снять этого воина с дежурства чуть пораньше, чтобы мой вассал мог вызвать его на поединок?

Сотник хмуро потер застарелую мозоль от ремешка шлема под подбородком, а через десяток секунд угрюмо кивнул:

— Считайте, что он уже не в карауле.

— Спасибо! — поблагодарил его я. А Фиддин тут же соскользнул с коня, бросил поводья Дейву и неторопливо подошел к десятнику:

— Я, Фиддин ар Эвис, вассал Нейла ар Эвис по прозвищу Повелитель Ненастья, считаю себя оскорбленным вашим поведением, вызываю вас в Круг Торра и очень надеюсь на то, что мне не придется называть вас, Боров, бабой в штанах, дабы убедить драться здесь и сейчас!

Добрых две трети толпы расхохотались. А десятник, побагровев еще сильнее, хотя, на мой взгляд, это было невозможно, вызов принял. Но не заткнулся, а продолжил говорить. В смысле, рассказывать, как жутко он изувечит «обнаглевшего маллорца». Правда, при этом спешно освобождался от всего лишнего, перематывал портянки и т.д., то есть, готовился к бою предельно добросовестно.

Фиддин пропускал все, что нес торренец, мимо ушей — спокойно снял камзол, оставшись в рубашке, вытащил из переметной сумки поножи и наручи. Когда приладил их на место, разогрел мышцы с помощью Дейва, неторопливо вошел в Круг Торра и сообщил, что готов.

— А как же кольчуга, шлем и щит? — без особой радости в голосе поинтересовался сотник. — Если у вас нет, могу приказать принести.

— Я Эвис, арр! — пожал плечами мой вассал. — В лишнем железе нет необходимости.

В толпе загомонили. При этом эмоции будущих зрителей поделились приблизительно поровну: несмотря на то, что мы были гостями из королевства «слабых душ и тупых мечей», охамевших стражников и мытарей любили немногие. Поэтому заранее радовались возможности увидеть унижение хотя бы одного вора, защищаемого законом.

Десятник шагнул в круг с таким видом, как будто входил как минимум в тройку лучших бойцов королевства — вскинув вверх щит с мечом и весело скалясь. При этом он продолжал рассказывать, что и как сделает со своим противником, но настолько многословно и путано, что частенько повторялся. В отличие от него Фиддин стоял и ждал. В лучших традициях моего рода поглядывая на торренца с ледяным равнодушием.

Когда десятник, наконец, подал знак, что готов и, вскинув верхний край щита на уровень глаз, короткими шажками двинулся вперед, Эвис сместился влево. Потом «подергал» торренца ложными атаками и отступлениями, разобрался в длине выпада и скорости реакции, оценил уровень отработки отдельных движений и так далее. А когда счел, что составил себе впечатление, поймал Борова в самом начале перехода, когда тот только-только начал переносить вес вперед, но еще не шагнул, и «выстрелил» собой навстречу.

Подсечки стопа в стопу десятник не ожидал. Точнее, не видел, так как за мгновение до нее заметил «начало атаки в голову» и был вынужден чуть-чуть приподнять щит. Поэтому, когда его начало разворачивать левым боком, попытался удержать равновесие ударом щита влево, в смысле, туда, где должен был оказаться атакующий Фиддин. Только попытка опереться на левую ногу заставила мужчину заорать от боли и ужаса, ведь оказалось, что половина стопы уже отрублена!

Поднять взгляд вверх, чтобы увидеть ненавистного маллорца Боров уже не успел — за то время, которое понадобилось, чтобы посмотреть на ногу, мой вассал успел скользнуть впритирку к начавшемуся опускаться щиту под мечевую руку и перерубить ее запястье. Потом без особой спешки вошел десятнику в душу и ударом снизу вверх, под подбородок, закончил этот поединок:

— Торр изъявил свою волю. Желающие оспорить есть?

Таковых не оказалось. Во-первых, потому, что в толпе, образовавшей Круг Торра, было достаточно благородных, знающих, с какой стороны браться за меч. А во-вторых, честность и законность поединка признал сам дежурный сотник. Поэтому уже минут через десять мы, заплатив пошлину, въехали в Нижний город и неторопливо двинулись по направлению к Верхнему. Все так же в сопровождении «мстителей», пожелавших показать нам дорогу до Маллорского посольства…

…Оллар ар Веллит, посол Маллора в Торрене, встретил нас без особой радости. Тем не менее, не только выделил нам лучшие гостевые покои, но и довольно подробно рассказал о светской жизни Торр-ан-Тиля. А когда закончил, вручил стопку листов, исписанных убористым почерком, и посоветовал прочитать их как можно внимательнее. Я пробежал взглядом первый, заинтересовался, проглядел все остальные и мысленно хмыкнул — в них была вся необходимая информация о сильнейших родах Торрена и их взаимоотношениях. А так же списки сильнейших мечников этого королевства с перечислением их привычек, любителей вызывать кого-нибудь на поединок, а затем выставлять вместо себя бретеров, предполагаемых паучих[1], благородных дам, не отличающихся особой верностью мужьям, и даже сплетниц. И если информации о родах и межродовых интригах у меня, благодаря трудам Амси, хватало, то некоторые из последних подборок представляли некоторый интерес.

Призрачная хозяйка, проанализировав всю информацию, высказалась куда определеннее:

— Я бы посоветовала вам отложить отдых на потом и съездить на сегодняшний прием к ар Милнам: во-первых, считается, что у арра Лаэдора собирается самое изысканное общество в Торр-ан-Тиле, а значит, туда приедут все более-менее значимые благородные Торрена. Во-вторых, его уважают за беспристрастность суждений и за крайнюю щепетильность в вопросах чести, соответственно, в его особняке вам будет легче всего вписаться в местное общество. И, в-третьих, у него аж пять дочерей в возрасте согласия или около того. Кстати, довольно миленьких и не чурающихся Пути Меча.

— Семь и пять — двенадцать! — хихикнула младшая Дарующая, которая слушала монолог хозяйки пляжного домика, лежа в джакузи и уничтожая мороженое. — По-моему, многовато даже для двужильного Нейла!

— Вообще-то я присматривала девушек, которые могли бы заинтересовать Магнуса! Но если ты считаешь, что вас ему маловато, то я изменю критерии поиска…

Поняв,