Читать книгу - "Одиночка - Александр Александрович Долинин"

«полубочки» мне машет флажками местный «заруливающий». Это как раз то, что мне нужно, чем дальше от остальных самолетов, тем лучше.

— Вышка, у вас есть цистерна с водой или машина для мойки?

— Есть цистерна с насосом, самолет помыть хочешь?

— Да.

— Тогда минут через пятнадцать жди заправщика, потом он же тебе бочку с водой пригонит.

— Спасибо, Вышка!

Заглушив двигатель, не торопясь отключаю всю аппаратуру на борту. Глушилку я отключил еще там, сразу после окончания разборок, надобности в ней больше не было. Армейскую радиостанцию я тоже выключил и спрятал в чехол, от глаз подальше, а после начал откручивать соединительные кабели от аппаратуры и антенн, мне их нужно будет сдать человеку, который выйдет здесь со мной на связь. Имущество казенное, дорогое, и мне оно больше не понадобится, очень на это надеюсь. Такие задания — для молодых и рьяных, а я человек спокойный, мне бы чего попроще, типа «взял-отвез-привез»… И вообще, меня дома ждут. Перед тем как вылезти из кабины, я ласково погладил приборную доску — спасибо тебе, птичка, не подвела!..

Переодевшись в рабочий комбинезон, начинаю осматривать «Сессну» в поисках отметин — мало ли куда могли попасть пули. Нахожу одно отверстие в борту, как раз слева под окном кабины. Да, это прилетело как раз тогда, когда почувствовал удар в спинку сиденья. Заглядываю в кокпит — точно, если бы не моя подстраховка, тогда бы все сразу могло и закончиться… Или если бы очередь прошла чуть выше… Не иначе, кто-то за меня молится. Осматриваю шасси — так, радиомаяк мне прицепили на прежнее место, отлепляю его от стойки носового колеса, с хрустом вскрываю ножом крышку и перерезаю провода питания. Все, концерт окончен!

Ладно, начнем работу — достав тряпку, начинаю оттирать шелушащуюся краску возле пулевой отметины. Я ведь тогда специально попросил техника использовать нестойкую окраску, чтобы ее можно было легко смыть. Все нормально, теперь нужно отрезать кусок белого пластыря нужных размеров (было в аптечке несколько широких рулонов, правда, не думал, что придется его использовать именно так) и заклеить дырку. На первое время сойдет, и в глаза особо бросаться не будет, только самолет сейчас отмою… Нашел еще несколько пробоин, в основном по краям крыла, можно сказать, почти по касательной. Это нормально, думал, будет гораздо хуже. Повезло, что это были всего лишь бандиты, а не асы времен Второй мировой войны…

Когда уже почти закончил маскировать отметины, подъехал заправщик. Пока наполнялись баки, водитель внимательно разглядывал «Сессну», потом спросил:

— Что у вас там налеплено?

— Да вот, не поверишь — под метеоритный дождь попал, сейчас придется самолет помыть, а потом дырки заделывать. Кстати, тут у вас есть мастер, кто с этим справится?

Водитель задумчиво посмотрел на меня и сказал:

— Метеориты случайно не.308 калибра пролетали?

— Не знаю, проверять некогда было. Но знакомые астрономы сказали, что это, скорее всего, вряд ли повторится.

— Я так понимаю, тебе не болтливый мастер нужен? — Надо же, какой заправщик проницательный попался…

— Именно. Оплата будет соответствующая, лишь бы поскорее, только сначала отмыть нужно.

— Сейчас бочку с водой пригоню, все сделаем, а мастера я по телефону вызову.

Пока ждал водовозку, присел отдохнуть в тени самолета. Вот и хорошо, что есть кому заделать дырки в обшивке, в Аламо народ хороший живет, всегда можно договориться по-человечески, и болтать лишнего не станут.

Водовозка оказалась даже с насосом, снабженным длинным шлангом со специальной трубкой и щеткой на конце, так что действие очень напоминало занятие по дезактивации военной техники. Сначала «Сессну» чуть обрызгали, чтобы намочить, а когда краска «поплыла» — просто смыли маскировку щеткой под струей воды. Наверное, это оказалось даже проще, чем помыть какой-нибудь междугородный автобус, самолет по сравнению с ним довольно маленький. Двадцать минут или около того — и моя «птичка» снова засверкала белоснежными боками и крыльями, прямо душе радостно!

— А зачем ее вообще красить надо было, да еще такой хреновой краской? — Это водитель интересуется.

Я посмотрел парню в глаза и ответил:

— Было очень нужно, эксперимент проводил. Извини, но подробностей тебе рассказать не могу. Прошу, вообще забудь, что это видел, ладно?

Он заметно смутился:

— Да я понимаю, надо так надо… Техник будет через час или полтора, подождете?

— Без проблем, есть еще дела, найду чем заняться.

Водовозка уехала, а мне еще нужно было собрать разлетевшиеся по всему кокпиту стреляные гильзы, хорошо, что вспомнил. Свернув из куска бумаги кулек, я стал бросать в него найденный в кабине мусор. Чтобы достать некоторые из гильз, пришлось изрядно покорячиться, хорошо, что догадался рабочий комбинезон надеть. Отлично, почти все собрал, трех штук не хватает, нигде их не видно, может быть, в окно вылетели? Да ладно, это уже не важно, кулек потом выброшу где-нибудь в мусорный ящик на выходе. Сейчас лучше остекление кабины нормально вымыть, чтобы цветных разводов от краски не осталось…

Когда уже заканчивал протирать лобовое стекло, сначала услышал, а потом и увидел пару штурмовиков «Тукано», заходящих на посадку. Скорее всего, это были те же самые, которые встретились мне к северу от дороги. Надо же, я думал, что они «домой» сразу улетят. Интересно, что им тут понадобилось? Или еще какие-то задачи были? Скорее всего… Впрочем, мне-то какая разница? Приказали сидеть здесь и ждать, когда со мной свяжутся, — значит, буду ждать. Обоих «Супердятлов» отправили на противоположный от меня конец аэродрома, поближе к диспетчерской вышке. Надо же, там что — специальная стоянка для военных есть или просто в знак уважения?

Шум мощных двигателей стих, и на аэродроме снова наступила относительная тишина, разве что время от времени где-нибудь возле других ангаров проезжали машины, вот заправщик к штурмовикам едет, быстро реагируют, однако… Да фиг с ними, я еще не все стекла дополировал. Кстати, изнутри их протереть тоже не мешало бы, сейчас и займусь, только музыку для бодрости включить надо, что ли…

Ковыряясь в кабине, я негромко мурлыкал себе под нос, подпевая знакомым мелодиям, поэтому и не услышал, как к самолету кто-то подошел. Снаружи раздался чей-то голос с заметными командирскими нотками:

— Есть тут кто-нибудь? — Спрашивали на английском языке, кстати. Я высунулся из двери и увидел троих в синих летных комбинезонах с нашивками Протектората Российской армии и в кепках типа бейсболок, на которых четко виднелась нашивка с эмблемой — орел с распростертыми крыльями, держащий в когтях здоровенную извивающуюся змею.

— А где пилот? — спросил меня старший из них, с майорскими погонами, два других оказались старшими лейтенантами. Голос знакомый,