Читать книгу - "Каменные джунгли - Антонио Морале"

— Остановили троих для проверки документов, — коротко отчиталась патрульная. — Провели беглый осмотр. Одного из них придётся задержать. Он вёл себя агрессивно, не выполнял команды и, возможно, находится под веществами.

— Отпустить! — бросил сержант.

— Отпустить? — недоумённо нахмурилась патрульная. — Но, сэр…

— Отпустить, я сказал! — рявкнул коп. — Ты что творишь, Уокер⁈ Я напишу рапорт, и уже завтра ты вылетишь из полиции! Своих дружков будешь задерживать и проводить обыск без оснований, черномазая дура!

— Слышишь, жирдяй. За языком следи! — не выдержал и зачем-то заступился я за девушку, которая пару минут назад прессовала меня дубинкой по рёбрам. Стокгольмский синдром, что ли, прорезался…

— Что⁈ Как ты меня назвал? — прищурился полицейский, сделав шаг в мою сторону.

— Жирдяй, — произнёс я и тут же захлебнулся от очередного удара дубинкой под дых, для разнообразия, в этот раз уже от сержанта.

Удар у него, конечно, потяжелее, чем у девчонки…

— Ещё раз это сделаешь, — отдышавшись, прохрипел я, — и я засуну твою дубинку тебе в зад, сержант…

— Что⁈ — снова рявкнул он.

— Тебе до пенсии сколько, сержант? — выдохнул я, заставив себя выпрямиться. — Пять лет? Семь? Очень жаль будет вылететь со службы из-за одного неосторожного слова в адрес коллеги и слишком длинного языка. Особенно если этим заинтересуются Внутренние расследования.

— Самый умный, да? — посопел мой оппонент.

— Вас этим вопросам в академии учат? — вздохнул я. — Одни и те же…

— Пошёл нахёр отсюда, пока я тебе все зубы не пересчитал! — рявкнул сержант, ткнув в мою грудь указательным пальцем. — Уокер, Макгрегор! Хватит здесь прохлаждаться — продолжайте патруль по маршруту, — бросил он, не оборачиваясь и приблизил ко мне вплотную своё лицо. — А ты… Джимми передай, что мой тариф только что вырос в два раза из-за твоего длинного языка, сынок!

Сержант недобро ухмыльнулся, убрал палец, развернулся, запрыгнул в машину, хлопнул дверью и через секунду резво тронулся с места.

— Не нужно было за меня заступаться, — недовольно пробормотала патрульная, косо глянув в мою сторону, — я сама могу за себя постоять.

— Было не очень заметно, — усмехнулся я. — Мы можем быть свободны, офицер Дениз Уокер?

— Да… Но лучше больше не попадайтесь мне!

— Погнали парни, — коротко бросил я, обогнул полицейский автомобиль, глянул на толкущуюся возле фургона троицу парней и запрыгнул на свой байк.

Натянул шлем, завёл двигатель и крутанул ручку газа до упора…

Чёрт! Что же это за парни в фургоне? Точно не копы… И не обычные байкеры… Но тогда кто?

Глава 6

Встреча друзей

Офицер Дениз Уокер вернулась в участок в 23:05… Прошла мимо стойки watch commander’а, коротко кивнула дежурному, сдала ключи от служебного автомобиля и направилась в оружейку. Сдала прикреплённый за экипажем дробовик «Remington 870», перекинулась в оружейной последними новостями с дежурным сержантом и через пять минут направилась заполнять рапорт и отчёты. После дела Родни Кинга контроль за применением силы сотрудниками усилился, а рапорты патрульных изучали чуть ли не под микроскопом…

За двадцать минут Дениз заполнила бумажки, ещё раз перечитала написанное в рапорте, поставила дату, время, подпись и тяжело вздохнула. В графе «применение силы» она честно отметила однократное применение ударного оружия по корпусу задержанного с целью обеспечения контроля при досмотре, прекрасно понимая, что получит за это очередной выговор от начальства, и мысленно обозвала себя последней дурой.

Ей не следовало этого делать — бить задержанного. Она злилась сама на себя за это и прекрасно понимала, что перегнула. Она знала, что тот удар был лишним, но в ту секунду ей казалось, что ещё слово — и ситуация выйдет из-под контроля. А контроль — это то, за что она держалась зубами последние два года.

Да, формально она была права — подозреваемый начал спорить во время досмотра, упоминал процедуры и чуть ли не прямым текстом говорил, где она была неправа. В академии учат — если подозреваемый отвлекает, значит готовит нападение или попытается сбежать. Она пресекла это. Но легче ей от этого не было. Она не должна была этого делать… И если начальство решит сделать из неё козу отпущения за это и с позором уволить со службы — пусть так и будет…

Писать в рапорте про оскорбительные и расистские слова сержанта пляжного подразделения Дениз не стала. Это всё равно ничего не даст, в отчёте это просто подотрут или вовсе заставят переписывать. Да и привыкла она уже к тому, что к ней обращались как к человеку второго сорта — что в академии, что в департаменте… Привыкла, но каждый раз, где-то глубоко внутри себя, всё равно кипела от гнева…

Дениз сдала заполненный рапорт watch commander’у и направилась в раздевалку. Сняла форму, аккуратно сложила её в шкафчик и пошла в душевую. Постояла несколько минут под тёплыми струями воды, смывая с себя запах улицы и длинной двенадцатичасовой смены и вернулась в раздевалку. Переоделась в лёгкое летнее платье, повесила полицейский жетон на шею, сунула пистолет в кобуре в сумочку, захлопнула шкафчик, вышла из раздевалки и направилась по длинному, уже совсем пустынному в это время коридору в сторону выхода…

— О! Детектив… — столкнулась она практически лоб в лоб на очередном повороте с детективом О’Коннором, идущим по коридору с задумчивым видом и стаканчиком горячего кофе в руке.

— Уокер, — непроизвольно поморщился ирландец.

— Что-то вы задержались сегодня…

— Ещё даже не полночь, — усмехнулся детектив. — Детское время… Ладно, пойду я… — О’Коннор демонстративно постучал ногтем указательного пальца по папке, зажатой подмышкой и сделал шаг в сторону, пытаясь обогнуть перегородившую ему дорогу девушку. — Мне ещё отчёты заполнять…

— Да, конечно, — кивнула Дениз, пропуская мужчину мимо себя и тут же окликнула его в спину, словно вспомнив о чём-то. — Детектив!

— Да?

— А помните того парня? Стоуна, кажется.

— Стоуна? — задумчиво наморщил лоб О’Коннор.

— Его задерживали неделю назад по подозрению в серии убийств… Он ещё отказывался сдавать отпечатки пальцев…

— А! Тот умник… — усмехнулся детектив. — Ну да, помню… Хотя, скорее не его, а его адвоката… — честно признался О’Коннор.

— А что с его делом?

— Да ничего, — ирландец