Читать книгу - "Том 1. Вчера был понедельник - Теодор Гамильтон Старджон"

Я пожал плечами и вернулся к работе. Надев жаропрочную перчатку, я снял бутылку с поворотного столика. Хеликс скользнул под моей рукой, словно почуял какой-то запах. Я мгновенно схватил его, чтобы не дать сунуться носом, куда не следует, выпустив при этом бутылку, и свободной рукой попытался поймать ее. Но рука моя поймала лишь пустоту. Бутылка непостижимым образом отскочила от пола и вернулась обратно на поворотный столик! И не просто на него, а точно на то место, где стояла прежде!

Я невольно схватил ее, но тут же отпустил и тупо уставился на свою руку, где уже должно быть красное пятно от ожога. Но там ничего не было. Бутылка была холодная — хотя прожаривалась в огне несколько часов подряд. Выходит, мое новое стекло было очень плохим проводником тепла. Я чуть было не рассмеялся. Я должен был сразу понять, что у Хеликса хватило бы ума не совать свой розовый нос к бутылке, если бы она была раскаленной.

Мы с Хеликсом ушли оттуда. Мы прошли в мою комнату, оставив эту сумасшедшую бутылку за дверью, и плюхнулись на кровать. Это было уж слишком. Мне хотелось завыть во весь голос от избытка чувств, но я много лет уже, как разучился.

После того, как мои нервы слегка успокоились, я заглянул в лабораторию.

— Иди сюда, придурок! Я хочу поговорить с тобой!

Кто сказал это! Я подозрительно поглядел на Хеликса, который — сама невинность, — пристально поглядел на меня в ответ. Ну, не я же сам это сказал. И не Хеликс. Тогда я подозрительно поглядел на бутылку.

— Ну, ты понял?

Голос был напряженный и слегка тянул слова. Я посмотрел на Хеликса. Хеликс изящно умывался лапкой. Но Хеликс — лучший сторож из всех кошек. Если бы в лаборатории был кто-то еще, — если бы он услышал чей-то голос, — то непременно дал бы мне знать. Значит, он ничего не услышал. Но я же слышал!

— Хеликс, — еле слышно выдохнул я, и он тут же взглянул на меня, так что с его слухом все было в порядке, — мы оба сошли с ума.

— Нет, не сошли, — заявил голос. — Садись, а то упадешь. Я нахожусь в твоей бутылке и должен оставаться в ней. Ты уничтожишь меня, если достанешь оттуда… хотя, между нами, я не думаю, что ты смог бы достать меня. Но в любом случае, пожалуйста, даже не пробуй… Что с тобой? Перестань пучить глаза!

— О, — истерично воскликнул я, — со мной все нормально. Без вопросов. Я просто свихнулся, только и всего. Совершенно, полностью и абсолютно свихнувшийся идиотик, психически несбалансированный, иначе говоря, жертва экстрасенсорной утраты баланса. Бред сумасшедшего! Я слышу голос. Подобно Жанне д’Арк. Эй, Хеликс. Гляди на меня. Я — Жанна д’Арк. А ты тогда должен быть Буцефалом, Пегасом или великим богом Гором. У меня была пустая бутылка, а через секунду в ней откуда-то появился джинн. Эй, Хеликс, глотни-ка немного джинна…

Я опустился на пол, Хеликс устроился подле. Мне показалось, что он жалеет меня. Я понимал, что я… очень жалок.

— Очень смешно, — сказала бутылка, или, скорее, голос, утверждавший, что идет из бутылки. — А теперь, если только ты дашь мне возможность все объяснить…

— Послушай, — сказал я коту, — есть этот голос или нет? Я больше никому не доверяю… кроме тебя, Хеликс. Тебе я верю. Если ты слышишь его, то я нормальный. В противном же случае я свихнулся. Эй, Голос!

— Ну?

— Сделай мне одолжение. Позови пару раз Хеликса. Если кот услышит тебя, значит, я нормальный.

— Ладно, — устало сказал голос. — Хеликс! Хеликс, ко мне!

Хеликс сидел и глядел на меня. Ни один усик у него не дрогнул, чтобы показать, что он слышит голос. Я сделал глубокий вздох и тихо сказал:

— Хеликс! Хеликс, ко мне!

Хеликс прыгнул мне на грудь, положил лапы на плечи и пощекотал мой нос кончиком изогнувшегося хвоста. Я осторожно поднялся, держа его.

— Приятель, — сказал я, — думаю, мне конец — и мне, и тебе. Я полный псих, дружище. Так что пойди и позвони в полицию.

Хеликс замурлыкал. Он видел, что мне из-за чего-то грустно, но это «что-то», казалось, совершенно его не беспокоило. Он смотрел на меня с таким видом, будто то, что я псих, ничуть мне не вредило. Но, думаю, ему казалось это интересным. Его светящиеся глаза глядели немного насмешливо. Ну, раз он не стал звонить в полицию, то и я не буду. Я больше не отвечаю за себя.

— Ну, замолчал, наконец? — сказала бутылка. — Я не хочу создавать тебе никаких проблем. Ты этого не знаешь, но ты спас мне жизнь. Не бойся. Просто послушай. Я — душа, понятно? Я был человеком по имени Грегори… Грегори Уоллес. Я погиб в автокатастрофе два часа назад…

— Вы погибли два часа назад. А я просто спас вашу жизнь. И ношу я на голове тюрбан, усыпанный драгоценностями, потому что я теперь я — Магараджа Майсура. О, да!.. Ошибка. Я…

— Ты совершенно нормален. По крайней мере, пока что. Возьми себя в руки и будешь в порядке, — сказала бутылка. — Да, я погиб. Мое тело погибло. Я же — душа. Автомобиль не смог уничтожить душу. Но Они могли.

— Они?

— Да. Те, кто гнался за мной, когда я попал в твою бутылку.

— Кто Они?

— У нас нет для Них имени. Они питаются душами. Летают повсюду стаями. Рыщут везде в поисках душ, свободных от тел, понимаешь?

— Вы имеете в виду… когда кто-то умирает, его душа вылетает из тела, и ей приходится убегать от Них? И, рано или поздно, Они ее ловят?

— О, нет. Лишь некоторые души. Видишь ли, когда человек понимает, что скоро умрет, что-то происходит с его душой. Есть люди, которые остались жить, но знали, что когда-то чуть было не умерли. Другое дело смерть от несчастных случаев. Люди не осознают, что случилось. Если смерть подходит постепенно, душа приобретает нечто вроде защитной оболочки, хотя больше это похоже на изменение формы. С этой поры душа несъедобна для Них и Им не нужна.

— Что же происходит потом с защищенной душой?

— Этого я не знаю. Забавно… тысячелетиями утверждали, что если кто-то избегает смерти, то рассказывает потом странные вещи… Ладно, я выжил — благодаря тебе. И я знаю об этом гораздо больше тебя. Правда, я умер, и душа моя покинула тело. Но я прошел еще очень маленький путь. Вероятно, защищенная душа проходит все постепенно, этапом за этап… не знаю.