Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

это было бы неправдой, но, вернувшись домой, вдруг ощутил нешуточное облегчение, и понял, что все это время пребывал в напряжении. Несмотря на то, что начавшие слипаться глаза быстро напомнили о бессонной ночи, прошел мимо спальни и вломился в кабинет. Где и проторчал последние полтора кольца, оставшиеся до подъема, решая несложные, но требующие внимания задачи по математике.

Часть семьи, спящую без задних ног, разбудили Тина с Найтой — ворвались в спальню и, язвительно подначивая девушек, отказывавшихся открывать глаза, принялись их щекотать. Когда этот способ не помог, напомнили о «самом страшном наказании Нейла» — отлучении от острова. И, наконец, заставили троицу засонь сползти с кровати.

Во время пробежки взбодрились все, включая меня. Потом очень неплохо потренировались, ополоснулись, позавтракали и перешли во владения Амси, а там разделились: Майра с мелкой оседлали скутеры и унеслись в открытый океан буйствовать — прыгать на довольно приличных волнах и носиться с безумной скоростью по ложбинам между ними. Тина с Вэйлькой забрались на трамплин и принялись отрабатывать очередной умопомрачительный прыжок. А я и пожелавшая составить мне компанию Найта переоделись в костюмы для подводного плавания и отправились нырять. Вернее, старшая Дарующая поплыла любоваться красотами подводного мира, а я — продолжать обучение.

Как ни странно, в этот день Амси меня особенно не терзала: помогла разобраться еще с двумя не такими уж и простыми возможностями костюма, затем сказала, что на сегодня достаточно, и отключилась. Я, основательно вымотанный постоянным изменением вводных, сначала расслабился, а потом сообразил, что совершенно точно знаю, где именно находится Найта, так как постоянно отслеживаю ее положение на миникарте! Мысленно восхитившись эффективностью методов обучения, применяемых искином, я перебрал в голове десяток вариантов того, чем хотел бы заняться в свободное время, и поплыл к старшей Дарующей.

Узнав, что моя тренировка закончена, женщина страшно обрадовалась. И следующие пару колец таскала меня по безумно красивым уголкам коралловых «зарослей», показывая самых опасных обитателей океанских глубин и рассказывая об их повадках. При этом держалась практически вплотную, но не из страха, а просто получая удовольствие от возможности быть рядом и что-то делать вместе со мной.

Было здорово. Даже очень: Дарующая, окончательно переставшая дичиться, без тени сомнений выплескивала на меня все свои чувства. Поэтому я наслаждался ее воистину детским любопытством в тот момент, когда она наблюдала за огромным крабом, высунувшимся из какой-то щели, и с восторгом комментировала чуть ли не каждое шевеление его клешней. Млел от наивного изумления, пока она любовалась невероятно красивой раковиной, распахнувшей свои створки. И с огромным удовольствием добавил женщине решимости тогда, когда она, заметив небольшую акулу, раздумывала, стоит подплывать к ней поближе или нет.

После того, как страх перед зубастым хищником был преодолен, Найте захотелось еще более сильных ощущений. Она спросила, не хочу ли я попрыгать с трамплина, получила утвердительный ответ, благодарно прикоснулась к предплечью и рванула в сторону острова. А когда пронеслась под поверхностью лагуны и выбралась на берег, то в считанные мгновения сорвала с себя шлем, ласты и костюм, натянула цельный купальник и поплыла к вышке.

Пока я переодевался, ее эмоции то и дело обжигали меня вспышками предвкушения. Потом я услышал знакомый шелест, развернулся на месте и увидел, что трамплин поднялся сразу шагов на шесть-восемь, а со стороны джакузи, прикрытого от лучей Ати огромным зонтом, к воде несутся Тина и Вэйлька.

Я тут же прыгнул в воду и поплыл в сторону вышки, стараясь держать голову над поверхностью, чтобы видеть старшую Дарующую. И очень порадовался своей предусмотрительности, так как буквально через несколько мгновений Найта взлетела по лесенке на верхнюю площадку, пробежала по «языку» к самому его краю и, с силой оттолкнувшись, по красивой дуге полетела вниз, раскинув руки в стороны и плавясь от восторга.

Я сделал еще пару гребков и нырнул. А когда увидел, что она висит в толще воды в облаке волос, невольно вспомнил ее первый подобный прыжок и «толкнул» женщину ощущением веселья. Быстро сообразив, что именно меня рассмешило, Дарующая весело улыбнулась, всплыла к поверхности, подплыла поближе и поцеловала в щеку:

— Знаешь, ты был прав: если пользоваться бесстрашием Альки и уверенностью Майры, то жизнь становится куда насыщеннее и ярче!

— А если умом и рассудительностью Тины… — начал я, провожая взглядом советницу, не только повторившую прыжок подруги, но и умудрившуюся войти в воду практически без плеска.

— Нет, рассудительность мне сейчас только помешает! — хихикнула она и завопила на весь остров: — Амси, поднимай еще — мне этого мало!

Естественно, я испугался. До смерти. Возможных последствий своего молчания. Поэтому через комм связался с Майрой и мелкой, и сообщил им о творящемся непотребстве. Девушки взвыли от восторга, сказали, что скоро будут, и отключились. А через несколько десятков ударов сердца со стороны океана раздался рваный рев приближающихся скутеров. Рваный — так как по воде они только разгонялись. А потом взмывали в воздух, пролетали умопомрачительное расстояние над волнами, втыкались в какой-нибудь гребень и снова разгонялись. Правда, перед тем как ворваться в лагуну, обе «наездницы» снизили скорость до предела. Кажется, даже без напоминания Амси. К берегу подплыли по большой дуге, чтобы ненароком не задеть кого-нибудь днищем, заглушилидвигатели и с гиканьем рванули переодеваться.

Что интересно, Майре и в голову не пришло, что первый раз с высоты двадцати шагов можно спрыгнуть ногами вниз! Наоборот, взобравшись на верхнюю площадку и наклеив на тело страховочные ленты персональных антигравов, старшая жена пробежала по «языку», пару раз подпрыгнула и, взмыв еще шага на четыре, с довольным воплем полетела вниз! Тем самым, спровоцировав мелкую на повторение этого безумства. А та свела с ума всех остальных…

…Прыгали недолго — от силы кольца три. Потом наперегонки поплыли к берегу, шустро разделись, попадали в джакузи и попросили у Амси мороженого. Тина — одну порцию, Найта — две, а мелкие — по три!

— Каждый раз, когда смотрю на твоих женщин, чувствую своих создателей ущербными… — внезапно призналась призрачная хозяйка в мой личный канал.

— Почему? — удивился я.

— Они совсем не умели радоваться! — сообщила она, и показала коротенькую запись, в котором рыжая девица лет эдак двадцати пяти сначала угрюмо рассматривала список доступных развлечений, потом недовольно фыркнула, заказала себе бутылку какого-то напитка и легла в джакузи, чтобы набраться в одиночестве.

— Ты не поверишь, но за сто девяносто три года с момента моей активации и до Исхода я поднимала трамплин всего четыре