Читать книгу - "Герой чужой войны - Елена Ковалевская"

– Илья, ну я же просил. Твои архаровцы, конечно, лучший экипаж в этом трижды проклятом секторе, но зачем было ресторан-то поджигать?

– Да ничего они не поджигали, зачем им это?

– Зачем? – снова вскипел Кольм. – А вот мне тут бумага пришла. Официальная. О том, что вчера в девять вечера группа неустановленных лиц попыталась войти в расположенный на четвертом этаже ресторан, но была остановлена бдительной охраной. Тогда они, свернув одному из охранников челюсть и сломав два ребра, а второму выбив четыре зуба, вышибли ногами бронированную дверь и, невзирая на запрет, прошли внутрь, где заняли столик, предназначенный для ВИП-персон. В ответ на требования администратора покинуть столик, они заявили, что пришли со своим, и послали его за закуской.

– И что? Совершенно нормальное явление. Люди должны закусывать, иначе и спиться недолго. Кстати, а что это за бронированная дверь, которую ногой выбить можно?

– Не знаю, здесь так написано. Слушай дальше. Когда пришло лицо, заказавшее столик, а именно, мэр города с женой, они, вместо того, чтобы освободить место, предложили ему выпить с ними.

– И что? – с живым интересом поинтересовался Демин.

– Он не отказался, и они устроили пьяный дебош… – и, оторвавшись от записи, протянул: – Слушай, а нам повезло с мэром…

Да уж, с мэром и вправду повезло – бывший десантный майор по отношению к экс коллегам проявил лояльность, которую в другой стране посчитали бы идиотизмом. Но первый император, руливший страной, как своим линкором, с мостика которого, собственно, он на трон и пересел, не зря ввел правило – человеку без боевых наград на государственных должностях делать нечего. Поэтому и отношения между военными и гражданскими властями были несколько более простыми, хотя, конечно, без эксцессов не обходилось.

– Так зачем они ресторан-то подожгли?

– А кто-то из них с мэром подрался, и тот поставил ему шикарный бланш. Вот после того, как выпили мировую, они и решили ликвидировать компромат, а то мало ли – снял кто-то, и завтра это будет в сети. Компромат на нового лепшего друга, чтоб его… Вот и рванули магнитную гранату, спалили всю электронику, а где-то закоротило – и начался пожар.

– А они-то при чем? Средства пожаротушения должны были…

– Вот потому и никаких претензий, что она официально признана неисправной. Но твои орлы, уходя, прихватили с собой оказавшихся поблизости дам, и в результате дочь какого-то атташе нашли только утром, в весьма компрометирующем виде.

– Надеюсь, она осталась довольна?

– По крайней мере, не жаловалась. Но ее родители встали на дыбы.

– И что, поймали… э-э-э… героя-любовника?

– Нет, – саркастически ухмыльнулся Кольм. – Он спустился без веревки с восьмого этажа по отвесной стене.

– Ну, нет тела – нет и дела… Стоп, так, получается, никаких улик – ни в семейном гнездышке, ни в ресторане?

– Попробовали бы они еще и улики оставить… Но кобру на рукаве, вашу фирменную эмблему, видели и запомнили многие. Сколько раз я тебе говорил – хватит баловаться неположенной символикой, тем более что это уставу противоречит. А вы?!

– Слав, ну вот ты как был немцем – так и остался. Нет в тебе широты взгляда и полета мысли.

– Зато кое у кого, не будем показывать пальцами, широта полета уже через край бьет. Бурлит, пузырится и пахнет гадостно. В общем, чтоб на планету твои орлы в ближайший месяц сходить и думать забыли. Мэр вас покрывать решительно отказывается.

– А еще лепший друг.

– Ну да. Но ему жена устроила скандал за порванное при эвакуации платье, а это пострашнее ядерной войны… Ладно, шутки в сторону.

– Слушаю, – мгновенно подобрался Демин.

– Готовь корабль к отлету. Его высочество лично дал «добро» на проведение операции согласно нашим выкладкам, но – под нашу личную ответственность. Поэтому пускай твои орлы вместо того, чтобы ставить на уши рестораны, вылизывают ваш дредноут от дюз до носовой антенны. Лично у меня нет желания попадать под раздачу только из-за того, что у вас не вовремя какой-нибудь болт открутился.

– Когда это у меня такое было?

– Такого – никогда. Это я на будущее.

– Я, если ты помнишь, вообще человек крайне аккуратный и ни в чем предосудительном не замечен.

– Да? А кто падре Винокурняна пристрелил?

– Так он ведь наркотиками в церкви торговал, сволочь. К тому же не пристрелил, а повесил. И потом, я не прятался, дождался наших доблестных полисменов, и меня отпустили за отсутствием состава преступления.

– Сам факт того, что ты оказался замешанным в скандал…

– Слав, а Слав, может, напомнить тебе, кто тогда мне помогал веревку привязывать? И кому я тогда порекомендовал уйти, чтоб карьеру не портить? – он многозначительно пошевелил бровями, – Так что не надо ля-ля.

– Ладно, молчу, – Кольм смутился, притом, что смутить его вообще редко кому удавалось. – Но все равно, корабль проверь всерьез. Сам понимаешь, там, куда ты отправишься, ремонтных доков не будет. И не забудь еще вот что: перед стартом отдрай все палубы – возможно, прибудет Сам, – адмирал ткнул пальцем в зенит. – Впечатление о сильнейшем корабле Империи у него должно остаться благоприятное.

– Не учи ученого, сделаю в лучшем виде. Кстати, а что, и впрямь мэру серьезно досталось?

– Скажу больше, он сейчас щеголяет бланшем не хуже, чем твой лейтенант. Жена у него сама из наших… Кстати, а ведь ты ее знаешь.

– Да? И кто же она?

– Олеська Сундукова. Помнишь, на два курса младше нас училась?

– Вот елки… А что ты раньше молчал?

– Я и сам не знал. А кстати, хочешь в гости заглянуть?

– Почему бы и нет? Помнится, в свое время она была компанейской девахой. Хотя и стервой изрядной, надо сказать, тоже.

– Насчет того, насколько она сейчас компанейская, не скажу – не знаю, а вот стервой осталась первостатейной. Впрочем, может, и смотаемся, все равно надо мэру извинения принести. Но это все потом – ты давай корабль готовь.

– Яволь, – шутливо откозырял Демин.

– К пустой голове руку не прикладывают. Эх, совсем ты от лап отбился. Ладно, открой бар – не все же молокососам отрываться, надо и старшему комсоставу расслабляться иногда.

Следующие три недели для экипажа «Ретвизана» можно было описать одним-единственным словом: аврал. Впрочем, устраивать авралы было тоже одной из традиций имперского флота, не самой лучшей, но от того не менее обязательной к исполнению. В довесок к остальным проблемам, на корабль вновь прибыли инженеры с завода – в конце концов, линкор принял участие в нескольких походах, одном большом сражении и десятке стычек помельче, по сути, прошел испытание в боевых условиях. Теперь можно было оценить состояние механизмов, определить сильные и слабые места в конструкции, а заодно найти пути быстрой ликвидации последних, желательно, без установки корабля в док.