Читать книгу - "Спрут - Дмитрий Ромов"

и уверенной размашистой походкой Петра Великого, зашагал в гостиную.

— А в чём дело, граждане-товарищи? — недоумённо спросил я.

— Обыск, — ответил парень в штатском, не тот, которого я видел с майором, а другой. — У нас постановление. Так, заходим! Заходим!

В квартиру ввалилась целая толпа.

— Я не понял, а что это здесь такое происходит? — закричал майор.

— Уборку делаем! — донёсся голос мордатого, прошедшего за ним в гостиную. — Согласно договору. У нас всё чётко, товарищ майор, наряд, книга расхода реактивов, вся туалетная бумага по счёту. Всё абсолютно прозрачно. Оплата по безналу, бухгалтерия. Никаких злоупотреблений. А в чём дело?

— Ты кто? — спросил меня опер.

— Я жених хозяйки квартиры, — удивлённо ответил я. — А что случилось-то? С чего бы у Анжелики обыск делать? Она не употребляет, это вообще бред. Студентка престижного…

— А сама хозяйка где? — перебил он.

— Придёт скоро, — ответил я. — Да в чём проблема? У неё батя депутат, если что. Он этот… запрос пошлёт. Депутатский.

— Пусть сразу в ООН строчит, — усмехнулся оперок.

— Не теряйте время! — активничал в гостиной майор. — Начинайте! Начинайте уже!

— Да что вы ищете-то? — воскликнул я. — Скажите, я, может, так отдам.

Шла обычная оперативная суета, неплохо знакомая мне и по прошлой жизни, да уже и по этой тоже.

— Прекращаем! — кричал майор. — Прекращаем уборку. Сюда встаём. Эй, ты не слышишь меня, ашот? Где судмедэксперт? Комков! Какого хрена! Я сказал, ничего здесь не трём, не трогаем!

В этот момент, когда все, все, включая меня, перетекли в гостиную, я обратил внимание, что мордатый бригадир чистильщиков, тихонько вышел из комнаты в прихожую. В руках он держал ведро и швабру.

Суеты и шухера было много, а вот нормальной оперативной работы кот наплакал. На меня никто и не смотрел, так что я скользнул в прихожую вслед за бригадиром. А при желании или необходимости мог бы и вовсе из квартиры выбраться. Хотя снаружи, наверняка, дежурили менты.

Мордатый меня не заметил, он подошёл к входной двери, опустил на пол ведро, поставил швабру и, оставаясь стоять спиной к комнате, достал из кармана телефон. Я очень тихо подкрался к нему со спины и заглянул через плечо. Он вздрогнул от неожиданности и резко повернулся ко мне всем корпусом. А я, воспользовавшись его замешательством, в тот же миг выдернул у него из руки скользкий тяжёлый телефон.

— Э! — крикнул он.

Но я уже отскочил на два шага и посмотрел на экран. Он погас, стал чёрным, но я успел прочитать первые слова сообщения, когда глядел через плечо. «Подарок на крыше за…»

— Чё ты делаешь, сука? — ощерился он.

— Это ты чё делаешь, сука? — тихо спросил я и усмехнулся.

— Так! Чё здесь встали? Проходим в комнату! — раздался требовательный голос молодого опера. — Мухой! Все в комнату! Сейчас у вас будет дохера работы, уборщики.

— А ну, дай мобилу! — тихо и злобно прорычал мордатый, наступая на меня.

— А ну, тихо! — рявкнул молодой наглый опер. — Что ещё за шухер?

— Мне отчёт надо в фирму посылать, — злобно пророкотал мордатый.

— Пошлёшь, пошлёшь, не кипишуй, братан, — подмигнул оперок и повернулся ко мне. — Ну-ка, дай.

Он протянул руку, и мордатый заволновался.

— Да чё! — воскликнул он. — Говорю же, надо отчёт послать!

Я-то уж понимал, что там было написано, но делал вид, будто ничего не знаю.

— Вы чё здесь трётесь? — разозлился опер. — Чё там у тебя?

— Телефон, — сказал я.

— А что в телефоне?

— Служебная информация, — нервно ответил мордатый.

— Ну-ка сюда, — протянул руку мент.

Мордатый позеленел.

— Да пожалуйста, — пожал я плечами. — Возьмите.

Я с готовностью протянул телефон оперу, но проявил «чудовищную неловкость» и «совершенно случайно», нежданно-негаданно и практически даже не целясь… бросил, ой, вернее, уронил мобильник мордатого в ведро с грязной водой.

— Твою мать! — воскликнул я. — Но это всё из-за вас, товарищ милиционер.

— Ты чё, блин, криворукий? — воскликнул опер и наклонился над ведром. — Вытаскивай!

— Да это не мой телефон! — фыркнул я, посмотрев на мордатого. — Чё я буду его вытаскивать? Пусть этот полотёр сам достаёт.

«Полотёр» стоял красный, как рак. Глаза его сверкали гневом и злобой. Он был раздосадован, но, в то же время, и рад, что мобильник его не попал никому в руки.

Он бросил на меня зверский взгляд, будто пытался рассеять на атомы. Я виновато развёл руками, мол, сорян, братан.

— Телефон казённый что ли? — спросил опер.

— Возьми вон у пацанов, — посоветовал я. — Кот, дай телефон боссу. Ему надо отчёт отправить.

— Чё? Какой ещё отчёт? — нахмурился Кот и отвернулся.

— Сука, — процедил сквозь зубы мордатый и сжал кулаки.

Мышь удовлетворённо успокоилась, свернулась клубочком и перестала возиться. Мы вернулись в гостиную.

— Так, где тут у нас хозяева? — загромыхал майор.

— Хозяйка сейчас придёт, — сказал я.

— А я чё-то не понял, — сказал майор, подходя ко мне.

Он остановился напротив, выпятил пузо, склонил голову, нахмурил брови.

— А чё это такое, а? — проговорил он, явно узнав во мне парнишку из соседнего подъезда — Как это, а?

— Да мы, товарищ майор, подъездом ошиблись, — ухмыльнулся я.

— А девица где? — спросил он и поджал толстые губы.

— Девица — это невеста моя. Она же хозяйка квартиры, — ответил я.

— И где она? — сощурился он.

— Сейчас придёт, поехала за выпивкой, — сказал я с улыбкой. — Говорю же, праздник у нас.

— За выпивкой? — покачал головой майор и посмотрел на бутылку шампанского, стоявшую на том же месте на кухне. — Поехала, да?

— А это, — кивнул я на бутылку шампанского, стоявшую на том же месте, — особо-то не штырит. Она от бати сейчас коньяк французский привезёт. Коллекционный.

Конверта с билетами рядом с бутылкой не было. Шустрые ребята…

Майор перевёл тяжёлый, мрачный взгляд с меня на шампанское, внимательно рассмотрел бутылку, а потом так же медленно повернулся ко мне. В голове его что-то происходило. Шла напряжённая работа.

И если вдруг тебе взгрустнется,

То грусть не значит ничего,

Когда ты знаешь, что под солнцем

Есть крыша дома твоего,

Есть крыша дома твоего

Майор дёрнулся, глаза его расширились, он резко повернулся в сторону окна.

— Подъезд, значит, перепутал, — прорычал он и, сорвавшись с места, кинулся к окну, распахнул створки и выглянул наружу, высунувшись по пояс.

— Комков, фонарь!!! — крикнул майор.

8. Чуть помедленнее, кони

Вся жизнь пролетела перед его глазами. От раннего детства до финальной роковой минуты.

Шутка. Вообще-то это не про меня. Перед моими глазами ничего такого не проносилось, хотя ситуация была крайне неприятной и напряжённой. Труп, за которым, собственно, и пришли сюда все эти люди, найденный вдруг на крыше,