Читать книгу - "Русич: Бей первым. Колонист. Генезис - Владимир Геннадьевич Поселягин"

я также аккуратно закрыл его и спрыгнул с другой стороны сарая. Снимать часового у ворот не стал, мало ли приманка, сразу на шум сбегутся засадники, ну и отойдя, по-пластунски прополз мимо ближайшей засадой, прямо под бронетранспортером, а дальше рванул прочь по улице села, в котором находился.

Количество войск в селе меня поразило, вот я и решил выяснить причины такого столпотворения. Нашел часового, вырубил, закинул на закорки и, отбежав в тихое место, связал его же ремнем, сунул кляп в рот и, растормошив, стал задавать вопросы, велев кивать, если я прав. Но если мы не понимали друг друга, прижимал к горлу его же штык-нож и, доставая кляп, расспрашивал. Я думал тут интрига, меня охраняют, а оказалось двигающаяся к фронту часть из-за поврежденного нами моста была вынуждена разместиться здесь. До моста было шесть километров. Они ожидали, когда прибудет транспорт, на котором их повезут в сторону передовой. Если что, тут в селе был высажен пехотный полк со всей положенной артиллерией. Часового я прирезал, о советских летчиках тот ничего не знал, даже не подозревал, что меня содержат в селе, так что подсумки на себя, застегнул ремни, а вот сапоги снимать не стал, не мой размер. Карабин за спину, нож в руку, и побежал к месту, где меня содержали. Думаю, пленители остановились рядом. Нужно их найти и, если мои вещи там, забрать обратно. До наступления рассвета три часа, я часы у часового позаимствовал, мои-то пропали, так что знал, сколько времени. Хм, на затылке было рассечение, однако немцы даже не удосужились перевязать меня, закинули так в сарай и бросили, хорошо кровь засохла, да и волосы помогли, и кровотечение прекратилось. Немцы не особо заботятся о пленных, так что я не был удивлен отсутствием медицинской помощи.

Двигался я через огороды, но вернулся к небольшой железнодорожной станции. Тут не было узла, поезд приходилось задним ходом перегонять обратно до ближайшей узловой станции. Несколько пакгаузов, здание вокзала, вот и все. Содержали меня не на территории станции, просто рядом, в частном сарае. Найдя его, осмотрел ближайшие дома, обнаружив вдруг, что вход одного из домов охраняет не привычный уже часовой в форме солдата вермахта, а полицай. Переодеть в черную форму не успели, тот в красноармейской щеголял.

Снять его удалось без проблем. Проник в дом и вырезал полтора десятка полицаев, что спали внутри, но своих вещей не обнаружил. Одного из полицаев, думаю, он старший, кобура с пистолетом в изголовье лежала, был мной вырублен. Потом привел его в сознание и допросил, намекнув, что кричать не стоит, почки могут не выдержать моего недовольства, а уж если в печень постучу, так и не переживет этого. От него и выяснил все, что хотел. Для начала взяли меня одного, комполка был убит, когда его вязали, случайность. Других летчиков брали другие поисковые группы, а в нашей выжил только я. Довезли на машине до села и бросили пока в сарай. Утром бы отправили в лагерь военнопленных. Без сознания я был меньше суток. А вот как меня через реку перевезли и доставили сюда, не понятно, мы-то бой приняли километрах в тридцати отсюда, на другой стороне реки. Оказалось, на машине привезли, по понтонному мосту. Кстати, эти полицаи в том бою не участвовали, они из местного гарнизона.

Где встали постоем те немцы, что меня привезли, тот описал – в соседнем доме. Грузовик их на улице стоял. Так что, прибив полицая, я нашел крепкий вещмешок, сложил туда припасов и утвари, пару пистолетов, боеприпасы, гранат нашел, сапоги по размеру и, покинув дом, наведался в соседнюю хату, вырезав там всех кроме старшего, потом допросил его. Тела часовых я прятал, чтобы на них случайно не наткнулись. Большая часть моих вещей лежали тут же в хате, так что я комбез натянул, сидор свой, вещмешок с деревенской едой при этом бросать не собирался, свои сапоги надел, сбросив чужие, кобуру с пистолетом, он на меня записан. Дальше добил офицера. Погрузил вещи на велосипед, у забора на улице с три десятка велосипедов стояли, видимо для связистов из полка, что тут ночевал. Этот велосипед, стараясь не звякать, я смог вывести на окраину села, для этого пришлось снять шесть часовых, а дальше, налегая на педали, покатил прочь. Прямо по дороге. Я поглядывал, засад или постов не было. А катил я прочь от моста и реки, углубляясь в тыл немцам. Там меньше всего искать будут. Сделаю крюк и направлюсь к нашим.

Я успел едва на километр удалиться от села, до рассвета с полчаса осталось, уже светлая полоска появилась на горизонте, когда над селом стали взлетать осветительные ракеты и донеслась стрельба. Трупы часовых, по-видимому, обнаружили. Пусть их, а я катил все дальше и дальше. Удалился от села километров на пять, дальше двигаться смысла нет, увидят, поэтому нашел отличное место для дневки, провел маскировку, поел (бутерброды сделал, с салом, костерок бездымный, чай, и вот так в прикуску поужинал), ну и спать. Кстати, тут родник был, промыл волосы и наложил повязку, индивидуальные медпакеты у меня имелись, трофейных набрал. Завернулся в плащ-палатку и вскоре уснул.

* * *

Выспался отлично, никто не мешал, не обнаружил меня. Я на полкилометра от трассы ушел, чтобы шум моторов меня не беспокоил. Проснулся засветло. Умылся и, пока котелок вскипал (горячего хочу, похлебки сварю), я пробежался вокруг, обнаружив метрах в двухстах уткнувшийся в кусты «ишачок». Советский истребитель И-16. Кабина пуста, но тело летчика обнаружил по запаху, метрах в семидесяти. Полз туда раненый, пока не умер от ран. Дней шесть лежит, не меньше, я даже подойти не смог, вонь резала глаза, так что, вернувшись к самолету, стал его осматривать. Плоскости пулями побиты, в кабине пробоины, однако визуальный осмотр дал понять, что тот в порядке. Двигатель цел, баки не пустые, утечки нет. Вернувшись бегом к лагерю, я сготовил похлебку, поел с сухарями, чайком побаловался, после чего помыл посуду и, собравшись, вернулся к истребителю, став его уже вдумчиво изучать. Конечно, поляна где тот стоял, для посадки еще годилась, но вот для взлета коротковата. Я, конечно, изучал типы советских истребителей, но вот так на глаз не мог сказать, что это за тип «ишачка». Вооружен ШКАСами, боекомплект до конца не потрачен, где-то треть погибший летчик успел выпустить. Баки тоже не пусты, но, прикинув, взяв примерную дальность истребителя, я понял, что до своего аэродрома не долечу. Были бы полные баки, проблем бы не было, а тут точно не хватит.

Тут