Читать книгу - "Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин"

Я не стал ему отвечать. Чапалахнул разок по морде, и он отключился. Мигом обшарил его карманы и забрал кошелёк. Компенсация ущерба.

Оксана сидела на заднем сиденье авто. Она была ни жива ни мертва от страха. Взглянула на меня испуганными глазами.

— Дубов, тебя же могли убить!

— Это не так просто, Оксан. Давай просто уйдём отсюда.

Я дёрнул ручку двери, но её заклинило, тогда взялся поудобнее и вырвал её. Бросил сверху на брюнета. Оттуда послышался горестной стон.

Раньше надо было думать.

Подал руку девушке и помог выйти из машины. Мы быстро ушли с улицы, где уже слышался вой сирены и свисток патрульного.

— Все лекарства разбили… — расстроилась Оксана.

— Купим новые, — потряс пухлым кошельком брюнета. — Я всё равно в аптеку иду.

— Хорошо. — Она посмотрела на меня и взяла под руку, пихнув бедром. — Спасибо. Они пристали ко мне ещё в аптеке, всё твердили, что их господин очень богат и любит таких, как я. Я пыталась дать понять, что не из таких, но… ты сам видел.

— Да, — кивнул. — Он себя ещё покажет, там и разберусь. А к тебе вряд ли полезет: наверняка сперва захочет со мной поквитаться. Далеко до аптеки?

— Почти пришли.

Аптекой оказалось небольшое зелёное здание, зажатое по бокам пятиэтажными доходными домами. Внутри чисто, светло и сухо. Множество полок, длинный прилавок и улыбчивый старик-фармацевт. Я купил у него всё, что нужно было по списку Петра Васильевича, а сверху — те медикаменты, что разбили утырки.

Поймал такси и наказал водителю доставить Оксану прямо к воротам академии. Перед тем как сесть в машину, девушка ухватилась пальчиками за ворот моей рубашки и отогнула его, взглянув на один из шрамов.

— Выглядит хорошо, — она стрельнула в меня искрящимися глазками, — заходи завтра швы снять.

— Непременно.

Она чмокнула меня в губы и села в машину. Жёлтое авто взревело мотором и укатило по улице на запад, а я остался стоять на тротуаре с тёплым чувством в груди.

Солнце перевалило за полдень, тени вновь начали удлиняться. Небо было удивительно синим. После аптеки я направился в ювелирный магазин, где продал остатки гномских самоцветов и получил толстую пачку ассигнаций. Камни можно было продать и в банке, но курс там не самый выгодный. Так что туда я направился уже после.

В банке большую часть денег положил на свой счёт, оставив себе немного наличных и взяв чековую книжку. Лучше так, чем таскать с собой огромные суммы денег, которые я всё равно тратил только на снаряжение и еду. Куда легче, когда не видишь, как худеет кошелёк. Затем решил, что нужно наведаться в лавку к Елене Маститовой. Плечо по-прежнему оттягивала сумка с ингредиентами — их тоже на продажу.

По дороге взял сочную тройную шаурму, которую поварам пришлось заворачивать аж вдвоём — такой большой она была. Ну так и я не маленький!

Заглянул в оружейный магазин. На карте он обозначался как самый большой в Пятигорске. Размеры и правда впечатляли. Два этажа стендов и шкафов с различным оружием. Автоматы, винтовки, ружья, мечи, копья, луки и даже арбалеты, но всё какое-то… пижонское. Много красоты и вычурных элементов и мало практичности и удобства. Ну кто вообще берёт двуручный клинок с шипастым шаром на навершии рукояти⁈ Так же и себя поранить можно!

Покупателей обслуживала целая ватага продавцов-консультантов, и ни один не знал, где достать патроны нужного мне калибра. У всех глаза на лоб лезли при виде гильзы, которая была толщиной с их руки. Только один, уже седеющий мужик — пузатый барон в красном костюме и с пышными усами, видимо хозяин магазина, — подсказал, где мне могут помочь.

Это оказалась небольшая оружейная лавка, тёмная и тесная, где торговал сухонький старичок, который знал об оружии буквально всё. Ему хватило короткого взгляда на гильзу, после чего он исчез в подсобке. Вернулся с пыльной коробкой на тележке.

— Полсотни патронов, господин, — произнёс он надтреснутым голосом и почесал морщинистый лоб. — Таких уже не производят чёрте сколько времени. Отлить пули не проблема, а вот гильзы… Станков для такого калибра уже нет. Но если принесёте мне отстрелянные гильзы, то я смогу восстановить их, снабдить новыми капсюлями и засыпать порохом.

Я согласился и дал ему хорошие чаевые. И гильзу. К сожалению, остальные оставил в комнате: знал, что могут пригодиться, но не рассчитывал, что так скоро.

— Хотел бы я взглянуть на оружие, которому предназначаются эти патроны…

— Может быть, в следующий раз, — сказал я и покинул магазин с коробкой патронов под мышкой.

В солнечных лучах появилось больше багровых тонов. День клонился к концу, и я шёл, наслаждаясь погодой. Заодно размышлял, а подумать было о чём.

Поход вышел… странный. Если с графом Моркинским всё понятно — сам обиделся, сам отхватил, — то жрец Вергилий и нападение наёмников Люй Бу смущали. Первого явно кто-то надоумил на мятеж против короля, но зачем — неясно. Этого кого-то явно не устраивало, что гномское королевство поставляет Империи оружие для войны с Саранчой, и кузни стали его основной целью. Но что они получили взамен? Гарантии безопасности? От кого? Ответ у меня напрашивался только один.

От Саранчи.

Больше никто не угрожал стране и самому человечеству со всеми его расами и видами. Но я пока не мог поверить, что Вергилий вступил в сговор с врагом. Да и как он мог это сделать? Саранча далеко от Пятигорска.

И следом напрашивался ещё один вопрос. Гилленмор — не единственное в Империи автономное королевство гномов. Есть ещё девять. И в них тоже работают Кузницы. Возможно ли, что и там враг искал предателей? И нашёл ли? Впрочем, пусть об этом голова болит у Имперской Канцелярии. Всё равно для меня ситуацию сможет прояснить только происхождение символов на теле убитого гнома. Сергей Михайлович хотел покопаться в каких-то архивах, а у меня самого имелся знакомый книжный червь. Павел Северов. Нарисую ему пару тех символов, вдруг узнает их. Хоть какая-то информация.

С нападением Люй Бу тоже не всё ясно. В первый раз он атаковал поезд, следующий в академию. Затем бал в городской ратуше Пятигорска. Оба раза я ему помешал. Оба раза и там, и там были ученики академии. Третье нападение не стало исключением. Жаль, он не успел сказать, кто был целью.

Потому что