Читать книгу - ""Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова"

– Потерпи! – Леший поднял голову и оглянулся.

Стены шахты, марши лестницы и поручни горели, будто были сделаны из сухого горючего, а не из бетона. Но Бортник и «пятьсот пятьдесят пятый», он же Серега Найденов, были уже вновь готовы к бою и держали нижние марши под прицелом. Увидев, что Леший в порядке, сержант кивнул и указал наверх.

– Поднимаемся!

– Боец… – Леший покачал головой. – Совсем плохой!

Бортник присел рядом и попытался нащупать на шее у «семьсот шестнадцатого» пульс.

– Слабый, – сказал Бортник. – Не дотянет.

– А если уколоть? – Леший потянулся за аптечкой. – Допингом вашим…

– Не поможет, – сержант указал на развороченную импульсами грудную клетку бойца. – Оба выстрела прямо в сердце. Нормальный человек сразу богу душу отдал бы.

– Леший… – вдруг снова очнулся «семьсот шестнадцатый». – Когда противостояние было… узловых и троянских биомехов… помнишь, ты группу набрал, чтобы к Трояну пробиться?

– Помню.

– Я с тобой тогда ходил… только почти сразу… отсеялся. Как «Октябрьское поле» прошли, меня ранило. Тогда-то и попал в команду «сто один»… в ней все официально списанные.

– Официально?

– Да… Без вести пропавшие… и тому подобное.

– Теперь понятно, откуда я тебя знаю. Зовут тебя как?

– Игорь… Матвеев, лейтенант… в прошлом.

– Держись, Игорек, вытащим, – Леший поднял взгляд на Бортника.

– Вытащим, – сержант кивком подозвал Найденова. – Хватай бойца, мы прикроем.

Наверху вдруг что-то загрохотало, а затем по лестнице, примерно на двадцать этажей выше, застучали осколки, обломки и прочий мусор. Видимо, наверху тоже началась заварушка. Леший и компания бросились наверх, но поднялись только на один этаж, когда сверху прилетел вопль командира отряда.

– Бортник, ко мне! Быстро!

– Все не слава богу, – сержант кивнул Лешему. – Рысью! Боец, не отставай!

Рысью подняться на два десятка этажей не такая уж трудная задача, но в любом случае на ее решение требуется время. Поэтому командир отряда мог орать сколько угодно, ругаться самыми последними словами и вообще мог сыпать молниями, как тот громовержец, но добиться от Бортника телепортации он был не в силах. На подъем у сержанта и Лешего ушло секунд тридцать, и эта пауза оказалась для командира роковой.

Двадцать пятый, если считать снизу, этаж являлся одновременно грунтовым этажом полуразрушенного здания, в котором навьюченную загадочным хабаром половину группы встретили какие-то случайные бандюганы. Справиться с гопниками «бройлерам» не составило труда, но на шум мгновенно примчался более серьезный противник. Между развалинами ближайших домов протиснулись несколько рапторов и до двух десятков шагающих ботов.

Машины не стали разбираться, кто попал им в прицел и что они несут в рюкзаках. Биомехи друг с другом-то зачастую не церемонились, если требовалось согнать конкурентов с энергополя, а уж по людям открывали огонь и вовсе при любой возможности. Так вышло и сейчас.

Двое бойцов прикрытия приняли бой, раскидали больше половины биомехов, но в результате получили множественные ранения и выбыли из строя. Командиру отряда пришлось приказать носильщикам бросить ценную ношу и тоже взяться за оружие. Это почти решило проблему, но Зона часто подкидывает подлянки.

Когда ноздри командиру уже щекотал запах победы, к биомехам подтянулись свежие силы, и «бройлеры» были вынуждены отступить ввиду явного численного перевеса чугунков. Отступили почти на исходную позицию, на лестницу в подземелье, да к тому же оставив на поле боя обоих раненых товарищей. Тогда-то командир и начал орать, призывая Бортника.

Бортник на призыв откликнулся, прибежал, но, как уже было сказано, опоздал на считаные секунды. Именно в эти роковые мгновения уложилась новая атака биомехов, которую «бройлеры» успешно отбили, но при этом не сумели уберечь командира отряда. Какой-то раптор выстрелом из импульсной пушки снес командиру половину черепа.

– Всему вас учить надо! – прошипел Бортник, вылетая из подвала, как пробка из бутылки. – В цепь! Перебежками вперед! «Фрич-гранатами» огонь!

– Бортник, там хабар валяется… – подчиняясь инстинктам давнего обитателя Зоны, крикнул вслед сержанту Леший. – Не зацепи.

– Как получится! – бросил на ходу инструктор, вскидывая «Шторм». – Леший, прикрывай меня!

Леший охотно поддержал порыв сержанта, и у них получилась неплохая сцепка, несмотря на то что сталкер растерял половину былой формы. «Бройлеры» поддержали контрнаступление инструкторов огнем из подствольных гранатометов, что значительно облегчило Бортнику и Лешему задачу. Самые крупные цели развалились на запчасти от холодных взрывов «фрич-гранат», а о биомехах среднего размера позаботились инструктор и проводник.

Буквально за минуту в порядках биомехов образовалась огромная брешь. Метров на сто по фронту не осталось ни одной исправной машины.

– А-а, все равно засветились! – Бортник сплюнул и вынул из подсумка горсть миниатюрных, но мощных плазменных гранат самого нового образца, РГП-2М. – У тебя такие же, доставай!

Он взглядом указал на подсумок, который сам же и вручил Лешему в сто первом бункере, перед выходом группы в рейд. Сталкер вынул пригоршню керамических цилиндров с кнопкой на одном донышке и светодиодом на другом. Размером эти забавные «гранаты» были со стандартный патрон для порохового автомата вроде «Калаша». А вот результаты их применения выглядели далеко не забавно. Оранжево-белые «одуванчики» плазменных взрывов даже превосходили в диаметре те, что «расцветали», когда взрывались гранаты предыдущего поколения, массивные, с банку из-под энергетического напитка, РГП-1.

На зачистку флангов сталкер и сержант потратили по пять или шесть гранат, а в подсумках у них почти не убавилось. И это тоже не забавляло, а радовало.

– Теперь можно и хабар забрать, – удовлетворенно хмыкнув, заявил Бортник.

– Минус три, не считая командира, – Леший покачал головой. – И все из-за этого хабара?

– А в бункере сколько народу полегло? А сколько в Копачах осталось? И сколько еще погибнет? Тебе всю статистику довести или только по рядовым?

Бортник невесело усмехнулся.

– Ты не отползай, – Леший остановился рядом с телом Матвеева и поднял взгляд на «пятьсот пятьдесят пятого». Боец стоял, склонив голову, и с тоской (или опять с мрачной завистью?) смотрел на труп товарища. –