Читать книгу - "Фантастика 2026-130 - Ал Коруд"

наказуемо. Это называется «В пределах дискреционных полномочий».

— Я не юрист. Наверное, моя дочь поняла бы вас лучше.

— Вы меня услышали?

— Да. Досадно осознавать, что ничего не могу сделать.

— Извините. Я оказал бы вам очень плохую услугу, если бы не проговорил всего этого. Любая попытка якудзы угрожать офицерам иммиграции, даже путём самых тонких намёков, немедленно переводит ситуацию в уголовную плоскость, где иммиграция получает защиту государства, а якудза — тотальное давление, — он всё-таки сказал это вслух. — Умеете слышать между строк?

«Давление» было ну очень мягким эвфемизмом.

— Да, — Мая скрипнул зубами.

По правде говоря, этот путь не нравился ему ещё больше, чем собеседнику. Но и когда рассматриваешь варианты, в режиме мозгового штурма никакие версии не отвергаются — «Мыслительные процессы», наука родной дочери. Тоже аксиома.

Сперва набрасываются ВСЕ варианты из возможных, без критики. Второй этап — вычеркивание из списка неприемлемых, этапы категорически нельзя совмещать, они работают строго последовательно.

Вот я и дожил до момента, когда использую науку собственной дочери, угрюмо думал задним фоном сознания Миёси-старший.

— Иммиграция не испугается, потому что отступление для неё опаснее, чем сопротивление. — Глухо произнёс Танака, чем поставил окончательную точку в колебаниях оябуна. — В других странах эту функцию выполняют, случается, Пограничная служба или Пограничные войска. Если бы вы были военным, вы бы меня сейчас поняли лучше.

Ладно, время есть. Хорошо, что получилось дозвониться сразу.

— Спасибо за информацию.

— Миёси-сама!

— Да?

— Ваша дочь говорила хорошие слова, они есть в сети.

— Какие⁈ — Мая по инерции заинтересовался.

— «… Эдогава-кай Японией не торгует». В моей бывшей службе, которая у некоторых соседей по региону называется пограничными войсками, Японией тоже не торгуют. — Танака помолчал. — Уж во всяком случае, не такие простые инспектора, как я. Как те, которые сейчас работают на борту…

— Спасибо. Понял. Услышал. Я ваш должник.

— … И не как тот старший инспектор, который, вы говорите, стоит на пирсе и которого вы хотели сфотографировать. Хорошего вам дня.

— Благодарю. Вы мне сейчас очень помогли, — Мая с силой выдохнул и расправил плечи.

— Не за что, Миёси-сама. Я на связи, если что — звоните.

— Есть за что, — договаривал оябун уже в пустоту, поскольку собеседник разорвал соединение.

* * *

Со следующей продой постараюсь не задерживать — пишу

Часть уже готова

Глава 9

— Я не был в курсе специфики вашей работы. Не учёл, что люди Эдогава-кай в пределах видимости наряда по проверке документов могут считаться за давление на вас. — Мая облокотился о перила пирса рядом.

Чиновник промолчал; лишь повернул голову на пару секунд в сторону неожиданного соседа.

— Наверное, в других обстоятельствах я бы извинился, — борёкудан размышлял вслух. — Если бы не знал о предопределённом решении — приказе вам сверху не пускать пассажира в Японию, — кивок на корабль, качаемый волнами в нескольких метрах впереди. — Потому что этот китаец, которого вы планируете не пустить, сбежал от своих с большим скрипом. В него стреляли, преследовали по морю — даже сторожевик ваших тамошних коллег отрядили в погоню. В нейтральных водах еле выкрутились — спасибо нашему военно-морскому флоту, помогли.

— У иммиграционной службы Китая нет сторожевых кораблей, чтоб преследовать убегающих в море — это прерогатива береговой охраны. У Японии нет военно-морского флота — есть военно-морские силы самообороны.

— Называйте как хотите, суть явления не меняется, — не стал спорить кумитё. — Человеку, как и мне, в районе полтинника, мы дружим более четверти века несмотря ни на что. Он там оставил всё — чтобы начать жизнь с чистого листа на свободе.

— Тот, кто вас только что консультировал по телефону, не сказал, что я и разговаривать по-хорошему не имею права? Особенно с вами, особенно в данной ситуации?

— Не сказал. Точнее, не пришлось к слову. Но он очень хорошо объяснил, что мы по большому счёту не расходимся в главной цели.

— Какой? — на удивление, без скепсиса.

— Каждый из нас стремится хорошо делать свою работу, — Мая отогнул мизинец от кулака, — и каждый из нас, кроме прочего, из своего анализа не исключает интересов страны. — Безымянный.

— Мы с вами можем очень по-разному видеть интересы страны, судя по тому, чем вы занимаетесь последнюю треть века.

— Сложно спорить. Но именно поэтому каждые несколько лет мы все ходим на выборы, а против даже бывших премьер-министров периодически возбуждаются уголовные дела — незаконное обогащение, коррупция, незаконный лоббизм.

Микрофон радиостанции пискнул, старший инспектор несколько раз лениво ткнул в планшет, устанавливая соединение с коллегами на корабле. По экрану побежала «сосиска» загружаемой базы.

Мая непроизвольно мазнул взглядом по таблице и не сильно много оттуда понял. Кажется, проверялись документы экипажа — граждан Японии.

Сосед по пирсу отследил движение чужой головы, но ничего не сказал.

— Я прикидывал варианты ещё несколько минут назад. — Борёкудан задумчиво глядел в горизонт. — Не очень правильные, в том числе: Чень — хороший человек и заслуживает зонтика защиты моей страны.

— С вашей точки зрения.

— Да. С моей персональной точки зрения, вы правы.

— Вы пока не можете решать от имени всей страны.

— Не могу, в отличие от вас.

— Я от имени Японии решаю только в узком коридоре своих служебных полномочий. Вам тоже никто не мешал заняться другой работой и стать моим коллегой — возможно, тогда на этом причале сейчас стояли бы мы вдвоём.

— Мы и так на нём стоим вдвоём, — хмыкнул якудза.

— Я имел в виду, вы были бы в другой одежде. На вас тоже могла быть форма. Кстати, вы сказали, прикидывали варианты?

— Да. И?

— Не очень правильные, в том числе? А какие варианты были правильными в этих прикидках?

— Полиция, — оябун равнодушно пожал плечами. — Гласно и открыто обвинить вас в предвзятости. Попытаться доказать наличие незаконного приказа по закрытым каналам — соответственно, оспорить беспристрастность вашего решения.

— Не вышло бы. Долго объяснять, но все наши решения, какие бы ни были, по умолчанию защищены законом.

Теперь промолчал Мая — к чему сотрясать воздух, хотя и есть что сказать. Если бы он каждый раз опускал руки в, казалось, заведомо безнадёжной ситуации, его бы тут банально не было сейчас.

— Кстати, а кто вас консультировал?

Оябун достал смартфон, натыкал в диалоговом окне сообщение:

Танака-сан, старший инспектор спрашивает, кто меня консультировал минуту назад.

Мгновенно пришёл ответ:

Это не секрет. Отвечайте правду.

— Танака Коити, ваш бывший коллега из токийского аэропорта. Его уволили вот, пару дней тому — когда он не дал соврать начальнику смены во время полицейского расследования. На меня