Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

«поплыли» Тина и Вэйль. Чуть позже — Алиенна. Впрочем, и Найта, неожиданно оказавшаяся весьма самолюбивой особой, справилась с задачей ненамного позже мелкой. Еще через половину стражи, когда каждая из дам научилась проплывать вдоль берега шагов десять-пятнадцать, я отплыл на восемь, но в сторону центра озера, и ехидно поинтересовался, кто тут самый храбрый.

«Самыми храбрыми» оказались все. Но старшие, переглянувшись, уступили честь плыть первой самой мелкой. И та, счастливая донельзя, замолотила руками в моем направлении.

Проплыла. Не восемь, а все двадцать — я, держа голову над водой и работая ногами, постепенно отплывал от берега. А когда схватила меня за руку, гордо оглянулась назад и оценила расстояние, которое одолела, не испугалась, а нахально потребовала награду!

— Награду? — ехидно глядя ей в глаза, переспросил я. — А не испугаешься?

— Неа! — расплывшись в предвкушающей улыбке, замотала она головой. — Честно-пречестно!

— Хорошо. Сейчас я повернусь к тебе спиной и подставлю плечи. А когда ты вцепишься в них, вдохнешь, задержишь дыхание и вытянешься в струнку, я нырну и поплыву в сторону берега. Плыть буду неглубоко — под самой поверхностью. Но если ты откроешь глаза, то сможешь увидеть мир, который почти никто не видел! И еще: если тебе покажется, что воздуха осталось мало и пора всплывать, просто сожми пальчики, и я тут же рвану наверх…

— Я готова, сейчас вдохну, можете нырять! — раздалось над моим ухом через пару мгновений, и я ушел на глубину «отдавать заслуженную награду»…

…Еще кольца через три, когда наплававшиеся и насмотревшиеся на чудеса подводного мира дамы начали слегка подмерзать, я отправил их на берег. Греться под лучами Ати. А когда Майра с мелкой начали возражать, сказал, что разрешу им зайти в воду только тогда, когда они высохнут. Все пятеро тут же вышли на берег, а я, невесть который раз за день покосившись на ближний ко мне край громадного валуна, подплыл к его краю и нырнул. А когда вынырнул, услышал полный любопытства голос Майры:

— А там, под камнем, красиво⁈

— Ага! А еще достаточно глубоко…

— И-и-и? — почувствовав в моем голосе предвкушение, нетерпеливо спросила она.

— И-и-и… я тоже хочу позабавиться!

Камень я обошел слева, чтобы не смущать дам, лежащих на покрывалах. Забрался на вершину, подошел к самому краю, толкнулся изо всех сил и, раскинув руки в стороны, полетел вниз. Несмотря на желание проплыть под водой как можно дальше, сразу рванулся к поверхности и… услышал трехголосый вопль:

— А мы⁈

Развернулся лицом к берегу, увидел выражения лиц Майры, мелкой и Вэйль, и мысленно схватился за голову…

…Прыгали по очереди, правой рукой вцепившись в меня, а левой зажимая нос. Ногами вниз и с уступчика, который располагался где-то на трети полной высоты валуна. Оказавшись под водой, терпеливо ждали, пока я расправлю рубашки, задравшиеся вверх и закрывающие лица, а потом вытолкаю к поверхности, после чего пытались меня оглушить восторженными воплями. И при этом все, кроме Майры, освещали окрестности пунцовыми лицами из-за того, что под водой вынужденно демонстрировали не только плотные рубашки, но и нижнее белье.

Отогнать их от валуна после пятого и последнего обещанного прыжка оказалось почти невозможно: распробовав «безумное» удовольствие, девушки жаждали продолжения так же сильно, как утопающий — спасительного глотка воздуха. Пришлось применять «подлый финт» — сообщать, что особо непослушные особы в следующий раз на озеро не поедут. После этих слов троица страдалиц сразу перестала смотреть на меня с мольбой и канючить про «самый-самый последний разок», сорвалась с места и уже через пару мгновений попадала на покрывала рядом с Найтой и Тиной.

Задавив в себе желание посмотреть им вслед, я взобрался на вершину валуна, сел лицом к дальнему берегу, обхватил ногами колени и тяжело вздохнул, представив себе, с каким удовольствием с этого камня прыгали бы мама с Шеллой. И как весело было бы понырять и поплавать наперегонки с отцом.

— А почему вы тут, а не с нами? — голос Тины, раздавшийся практически над ухом, заставил меня вывалиться в настоящее. — Мы вас чем-то расстроили?

Я отрицательно помотал головой:

— Нет, просто не хочу вас смущать.

Тина непонимающе заглянула мне в глаза, а затем… рассмеялась. Искренне и от души. А когда закончила веселиться, процитировала мне мои же слова:

— Как вы нам сказали: «…те, кто не хочет, не верит или считает, что традиции — это закон, так и будут сидеть на берегу и бояться собственного чиха…»?

— Вроде, да.

— Так вот, после сегодняшнего дня ни одна из нас не захочет сидеть на берегу собственной жизни и чего-то там бояться! Поэтому мы уже наплевали на все те традиции, которые мешают жить так, как хочется, и готовы следовать за вами!

— Тина, я…

— Вы не понимаете! Сейчас девочки счастливы до безумия, потому что сегодняшний день был лучшим днем в их жизни. Но стоит им понять, что вы сидите тут не потому, что придумываете очередное развлечение, как у них оборвется сердце.

— Но ведь…

— Я понимаю все, что вы чувствуете и знаю, что хотите сказать… — снова перебила меня она. — Так вот, выбросьте из головы всю эту чушь: девочки вас ждут!

Как ни убедительно говорила Тина, но всю дорогу к покрывалам я вглядывался в глаза ожидающих меня дам и искал в них стеснение, недовольство, раздражение или любую другую эмоцию в том же духе. Да, стеснение было. Но не такое уж и сильное. Но его с легкостью забивало любопытство, нетерпение и предвкушение! Увы, ни одно из тех «очередных развлечений», которые пришли мне в голову, пока я укладывался рядом с Майрой, на результат раздумий на вершине валуна не тянули. Поэтому я озвучил то, которое могло бы меня заинтересовать лет эдак в двенадцать:

— В следующий раз, когда поедем сюда, прихватим с собой зелья кошачьего глаза, чтобы можно было поплавать в полной темноте…

Договорил, и потерял дар речи, ибо не представлял, что обычное, в общем-то, предложение может вызвать такую реакцию! У мелкой, лежавшей на животе напротив меня, глаза стали больше, чем медные щиты, а с губ сорвалось протяжное «О-о-о!!!» Вэйль в мгновение ока перекатилась на левый бок так, чтобы видеть и озеро, и меня, после чего мечтательно прикрыла глаза и, наверное, представила ночное купание. Тина и Найта слегка поежились, но тоже явно обрадовались. А Майра, повернувшись ко мне лицом, облизала