Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

Или не вышло довершить переселение, – в последний момент перед тем, как освободиться от магии и знаний камней, Саша увидела, что от Стефании уже осталась лишь одна оболочка, а разум ее перебрался в бронзовый кругляш на шее, сейчас тоже почти полностью расплавившийся.

Вот и все. Все кончено. Проект под названием Александра Неродова завершен, принеся гибель своему создателю.

Странно, что она еще вообще могла улыбаться.

Странно, что ей хотелось улыбаться. Все-таки она перехитрила эту древнюю старуху. Сумела. Сейчас Саша как никогда ясно чувствовала – она победила. Пусть и теперь она лишь никому не нужный не человек даже, а плод эксперимента, вышедшего из-под контроля, но все же – она победила. Оставила в дураках эту древнюю ведьму, считавшую, что есть только сила и власть, и ничего более. Грезившую своими безумными идеями.

Перехитрила – и как-то осталась в живых. Почему-то.

В голове было пусто. Невероятно пусто. Навязанное, исходившее от раскусившей ее план Стефании, было правдивым. Все Сашины близкие – в мире Затронутых. Теперь – бесконечно далеко.

Отражение вокруг исчезло. По телу пробегала боль, словно изнутри что-то сгорело, что-то важное и нужное. Что-то навсегда сломалось. Привычного ощущения Грани, привычного чувства Изнанки, наполнявшего мир самими разными чувствами, которые нельзя описать, больше не было. Еще недавно было также в тот момент, когда Лишение Силы поразило ее. Но сейчас Саша прекрасно понимала, что никто не использовал на ней никаких чар. Просто она больше не волшебник. Отдав все силы менгиров и все, навязанное Стефанией, она отдала все, что имела. И это никак нельзя было изменить.

Но Саша все равно бы вновь сделала то, что сделала. Потому что не сумела бы жить иначе. Потому что не хотела быть марионеткой в чужих руках. Потому что иной выбор мог причинить вред и боль – им. А ей… Какая разница?

Саша решила так. Серафим был тысячу раз прав – какие бы кто ни строил планы, она и только она решала, как поступить. Она, выбирая из дерьмовых вариантов, выбрала тот, что был ближе ей самой, пусть, может, он был не самым логичным и правильным. Ритуал лишь призвал силу, а куда ее направить Саша могла выбирать сама.

Она устала. Очень, очень устала.

– Саша!

Окрик заставил ее вздрогнуть, как и торопливые шаги. Не обращая внимания ни на лежащее тело старухи, ни на оплавленные от порыва силы камни вокруг, к ней приблизился Серафим, появившийся словно из ниоткуда на этом валуне. В неизменной черной футболке, теперь с Королем и Шутом, он казался здесь удивительно неуместным.

Маг садиться на колени рядом с Сашей, осторожно беря за подбородок и заставляя смотреть в глаза. Что бы то ни было, магия или что-то иное, сопротивляться она не хотела. Ничего не хотела. Вообще ничего. Не хотела говорить, с облегчением понимая, что маг почти наверняка считывает образы произошедшего прямо из ее разума. Она ничего не хотела делать зная что сейчас наставник встанет и уйдет, больше не связанный обязательствами и обещаниями… Саша замирает в тот момент, когда Серафим разрывает контакт взглядов, убирает руку – и неожиданно резко и порывисто обнимает ее, прижимая к себе, как ребенка. От прикосновения исходит спокойствие и тепло.

– Все закончено. Ты жива, а все остальное неважно.

Это ложь. Очевидная ложь – Саша это знает. Но все равно позволяет себя наслаждаться прикосновением. Была ли в нем магия? Возможно. Но, по крайней мере, это успокаивало. Пусть и ненадолго, до того как из усталости пробилось смущение. Она все-таки не младенец.

Серафим явно ощущает перемену ее настроения и размыкает объятия, продолжая держать за плечи и мягко, но внимательно всматривается в лицо.

– Саша. Пожалуйста, не придумай себе глупостей, хорошо? Никто не собирается оставлять тебе наедине с последствиями всего этого.

Она как-то находит в себе силы улыбнуться.

– В этом нет смысла. Я больше не маг.

Рядом раздается фырканье, и Саша с запозданием понимает, что Карина тоже тут, сидит на корточках и с интересом разглядывает труп старухи.

– Нашла, чьи нашептывания слушать. Становление нельзя обратить. Чему вас вообще учат, молодежь? Можно лишь запечатать силу. Тех, кто пожил слишком много, это убивает, только и всего.

– Но ритуал…

– Лишил тебя много, да. Определённо. Но коль ты жива – то не всего, – с некоторым равнодушием, словно читая лекцию, откликается волшебница.

– Ты больше не проводник менгира, Саша. Все, что было сделано для ускорения и настройки, уничтожено. Все изменилось – это правда. Но твоя сила и твоя собственная магия остались с тобой, пусть и сейчас, определённо, не лучшее время для ее проявления, – куда более мягко и терпеливо говорит Серафим. – И ты остаешься моим учеником. Не нужно сомневаться.

Саша открывает было рот, но Карина перебивает ее одним взглядом.

– Ладно, положим, с лирической частью пора заканчивать. Ксандр, забирай свое сокровище и идите отсюда, ей не то чтобы полезно здесь оставаться и дальше. Не говоря о том, что на такой ритуал скоро слетится половина Верховного Совета, а на труп моей сестрицы придет другая половина.

Серафим кивает.

– Саша, сможешь встать?

Вместо ответа она пытается подняться. Почти удается, хотя на деле стоять прямо она может только опираясь на Серафима, который, кажется, сейчас щедро делится с ней собственной силой, в первую очередь жизненной.

– Ты останешься?

Кара поводит плечом.

– У меня есть разговоры со старыми знакомыми. Я приду на ужин, так что найти там что-нибудь поприличнее. Хотя бы попробуй.

Глава 9

Следующие дни проходят в тумане. На деле Саша вообще не уверена ни в том, как она попадает в квартиру к Серафиму, хотя воспоминания и подсовывают яркий свет и непередаваемое ощущение давление Глубины со всех сторон, ни в том, происходит ли после этого хоть что-то. Разве что, кажется, она в какой-то момент с огромным наслаждением переодевалась из дурацкой белой рубашки в свою собственную одежду, давным-давно оставленную на последнем месте жительства. Но на этом хоть какие-то ясные воспоминания заканчиваются. Это похоже на болезнь, только без лихорадки или каких-то иных симптомов. Только безграничная слабость, желание если не спать, то хотя бы просто лежать неподвижно, и то утихающая, то появляющаяся вновь боль, расползающаяся по всему телу.

Единственное, что ей кажется, что рядом почти всегда кто-то есть. Хотя, быть может, это и лишь иллюзия собственного разума.

На какой день она просыпается, соображая достаточно, чтобы сделать хоть