Читать книгу - "Рыцари потустороннего - Олег Дорофеев"

– Так, мужчины, прошу освободить чресла от брюк и прочего и спрятать свое хозяйство под скатертью.

Он направился к выходу.

– Эй, хозяин, не мухлевать там! – предупредил Антон. – Зайду проверю!

– Обижаешь…

Зиновий вернулся через пять минут. Щеки у Марго горели, а глаза блестели, на губах играла хмельная улыбка. Я заметил, что она сняла чулки и стояла на ковре босыми ногами. Зубной техник усложнил задачу: приглушил свет, увеличил звук в музыкальном центре – при этих мерах предосторожности уловить по звуку, где под столом находится девушка, практически невозможно; по вибрации – теоретически, да, но только не после двух стаканов виски.

Банк вырос мгновенно, но самое поганое, что мне впервые пришла отличная карта. Увы, по условиям игры я мог либо сброситься, либо сказать это дурацкое слово.

Кирилл раскрываться не торопился, Антон решил играть до конца – в буквальном и переносном смысле слова. Надо сказать, Рита знала предмет блестяще. На каждого ровно по пять минут.

В банке скопилось около семисот долларов, трое игроков превратились в мумии, на мгновение разлеплявшие губы, чтобы объявить ставку. Лица напряглись, нервы натянулись, как струна, мы наблюдали больше за собой, чем за игрой и партнерами. Марго, подогретая алкоголем, вошла во вкус, переползая под столом от одного к другому в совершенно хаотическом порядке. Видела бы меня в тот момент Маша! Как мало общего было в этом полупьяном уроде с тем шикарным молодым человеком в смокинге. О Кристи в тот момент я даже не вспомнил.

В какой-то момент я чуть не сорвался. Я сумел сдержать оргазм в каких-то миллиметрах от финиша. Один взгляд на мою физиономию – и можно сушить весла. К счастью, соперники в тот момент отвлеклись. И тогда я решил, что пора действовать. В полумраке я заметил, как лицо Антона непроизвольно дернулось. Движение еле заметное, но этого оказалось достаточно.

– Чоп!

Я вскочил со стула.

Почти одновременно то же самое проделал Кирилл.

Антон остался сидеть на месте. Он проиграл.

От общей суммы мне досталось семьсот долларов. Да уж, действительно: простые удовольствия – последнее прибежище сложных натур.

Пошлая карточная партия не только не сплотила нашу компанию осознанием общей порочности, а наоборот – развела. Так часто бывает с теми, кого объединило что-то неправильное, в чем стыдно признаться даже себе. После покерной оргии наши встречи стали происходить все реже, пока совсем не сошли на нет. Зато я смог купить подержанный «Фольксваген-гольф».

Я не очень любил готические вечеринки, но после той карточной партии испытывал перед своей девушкой чувство вины, которое стремился как-то загладить. Кристи, конечно, обрадовалась и с упоением погрузилась в подборку нового дресс-кода. Дважды в одной и той же одежде она в клубах не появлялась.

На этот раз она выбрала наряд в стиле «сексуальная готическая Дюймовочка»: высокая подошва с каблуком, прозрачная широкая юбка, сквозь которую все желающие могли любоваться черными трусиками, средневековый корсет на шнуровке, выпирающий кожаный бюстгальтер, полупрозрачная накидка, гетры, на шее – БДСМ-ошейник с маленькими изящными шипчиками. Добавьте к этому образу черные ногти, серебряные перстни на всех пальцах, темно-красную помаду, обведенную черным карандашом, и сложный мейк-ап вокруг глаз, над которым она трудилась больше часа.

Я ограничился грубыми ботинками, словно созданными для ходьбы по пересеченной местности, черными штанами и короткой кожаной курткой. Прицепив к поясу массивную металлическую цепочку, я решил, что этого вполне достаточно, чтобы не выглядеть белой вороной.

Теперь, когда появилась тачка, поход в ночной клуб значительно упростился. Мы подрулили к полуночи. Нижний танцпол, на первом этаже, отдали под готик-пати. Пространство зала заполнили молодые люди в черном. Устроители вечеринки учли покупательную способность клиентуры и сделали скидку на «зеленку»,[2]самый популярный напиток сезона.

Музыкальной атмосферой рулили ди-джеи. Мы заранее договорились с Кристи, что будем держаться вместе. Я тенью ходил за моей девицей, которая порхала от одной кучки готов к другой, пожимал чьи-то руки, заглядывал за слишком открытые корсеты – в общем, развлекался, насколько позволяла обстановка.

Неожиданно за спиной раздался хриплый тенорок:

– Кристи.

Моя девушка обернулась – слишком поспешно, как мне показалось.

– Я готею, Дэн!

Рядом с нами материализовался высокий молодой человек, который при помощи обуви довел свой рост до баскетбольной отметки. Про себя я тут же окрестил его «черная струя». Еще бы, при таком росте он обладал почти модельной худобой, был облачен в бархатные брюки, корсет на шнуровке и юбку, спускающуюся до самых икр. Обладатель узкого лица выбрил брови, подрисовал к глазам огромные стрелки, покрасил губы черной помадой, выбелил лицо и залил длинные космы лаком. Огромный серебряный петлеобразный крест на груди делал его похожим на жреца какого-то зловещего культа.

Моя девушка расцвела. Похоже, ее общение с этим типом компьютерной аськой не ограничивалось. Она кивнула в мою сторону:

– Это Док.

Он поглядел на меня сверху вниз:

– Привет…

Руки не протянул. Хрен с ним, не очень-то и хотелось. С места в карьер он пришпилил меня вопросом:

– Ты хирург?

– В смысле?..

– Операции делаешь?

– Ежедневно. Люблю это дело, знаешь ли.

Дэн (или Дэна?) удовлетворенно кивнул. Я понял, что его интересует не столько моя медицинская специальность, сколько то, копаюсь я в человеческих внутренностях или нет.

Кристи не дала повиснуть паузе:

– Ты где пропал?

– Ангстел у готелки.

Это выражение я знал. Кристи частенько ангстела, то есть погружалась в тоску или мрачное настроение.

– А что, вполне чепэшая туса.[3]Кстати, сегодня готелки в программе. Ты пойдешь?

– Неа… Влом.

Отрывистые слова произносились с огромной скоростью. Я с трудом понимал этот птичий язык. Парень шпарил на готическом сленге, периодически вставляя немецкие слова и латинские фразы типа «Кредо куиа абсурдум»[4]или «карпэ диэм».[5]В конце концов мне надоело играть роль пустого места.

Я кивнул на его нательный фетиш:

– Симпатичный крестик.