Читать книгу - "Сити, деньги и перо - Евгений Прядеев"

— Что с другой? — не выдержал я. — Олег Дмитриевич, вы можете объяснить мне, что происходит? У меня с лицом что-то не так? Волосы странного цвета? Откуда такие странные вопросы? И что вы вообще знаете про оборотней?

— Хорошо ещё, что вы не спрашиваете, откуда, — пробормотал Неклюдов. — Андрей Александрович, давайте пройдём в кабинет Ивана Максимовича, и я вам всё подробно объясню.

Эдик, сволочь ты такая! Куда ты меня втянул? Что это за фирма такая, офис которой уставлен деревянными идолами, явно напитанными силой, а сотрудники, с виду обычные люди, с первого взгляда оборотней от других созданий отличают. И почему с этими странностями разбираться должен я, а не кто-то другой? Хотя бы тот же Эдик?

К моему удивлению, кабинет Еремеева внутри оказался гораздо меньше, чем я ожидал. Мне почему-то казалось, что генеральный директор должен занимать помещение гораздо большее по размеру, чем то, в которое мы попали. Необязательно, конечно, размерами с футбольное поле, но не так же скромно!

Хотя, с другой стороны, отрицать не буду, выглядело всё более, чем уютно. В дальнем от входа углу оказался смонтирован настоящий зелёный уголок, причём разнообразные растения стояли не в кадках, а, казалось, росли прямо из ламината. Приглядевшись, я понял, что первое впечатление оказалось ошибочным, и, на самом деле, в углу находилась искусно сконструированная клумба.

Не знаю, сколько денег могло стоить подобное великолепие, но два кресла внутри зелёной зоны явно говорили о том, что прежний хозяин кабинета умел устраиваться с комфортом. Слово «работать» сюда с огромным трудом подходило. Лично я, например, вряд ли сумел бы сосредоточиться на делах, когда вокруг такое великолепие. Интересно, там нигде в ветвях пальм соловья или канарейки не спрятали?

Вся остальная обстановка напоминала рабочую тоже весьма и весьма отдалённо. Нет, на стенах висело аж целых три плазменных панели, которые, по идее, можно было использовать для демонстрации каких-то презентаций, но вот огромный кожаный диван, кофейный столик с ещё тремя креслами и мягкий ворсистый ковёр под ногами никак не настраивали на деловой лад.

Даже стены в кабинете имели успокаивающий оттенок, позволяющий глазам отдыхать, ни за что не цепляясь. Это прямо не рабочее пространство, а рай для пенсионеров. Понятное дело, что у богатых свои причуды, но позвольте, о каких делах можно говорить при такой расслабухе?

Единственная деталь интерьера, выбивающаяся из общей атмосферы расслабленности и уюта, оказался набор из белого мраморного стола и такого же цвета массивных деревянных стульев. От этих предметов мебели прямо-таки веяло солидностью и официозом, но на фоне всего остального это выглядело исключительно случайными вещами, которые занесли в кабинет ненадолго просто потому, что поставить в другое место их оказалось некуда.

— Андрей Александрович, присядем? — предложил Неклюдов. Вице-президент заметно нервничал и это было видно невооружённым глазом. Он постоянно теребил полу пиджака, не зная куда деть руки, а на лбу выступили капельки пота. Круглое лицо раскраснелось и, мне даже показалось, что он сейчас желает моего ухода также сильно, как и я мечтаю оказаться подальше от этого офиса.

— Чай? Кофе? Чего-нибудь покрепче? — предложил Олег Дмитриевич, когда мы уселись в мягкие кресла возле кофейного столика. — Я бы рассказал вам, как обстоят дела после смерти Ивана Максимовича. Если его внук не планирует заниматься развитием фирмы, то мы бы могли предложить вполне интересные варианты, в том числе и продажи.

Мозг среагировал на последние слова абсолютно подсознательно, впрыснув в кровь изрядную долю адреналина и заставив посмотреть на вице-президента совсем другими глазами.

— Уважаемый, — негромко поинтересовался я. — А кто это мы? И с чего вдруг возникли мысли о продаже компании? Она не приносит прибыли или внезапно возникли какие-то проблемы?

— Так чай или кофе? — немного подрагивающим голосом уточнил толстячок, не пряча взгляд, что вновь подняло его акции вверх. — Или может быть даже коньячку? Судя по всему, разговор предстоит долгий…

Я согласился на кофе и Неклюдов сделал необходимые распоряжения по телефону. Не знаю, принято так или наоборот этот офис тоже выделялся из числа своих собратьев, но никакого устройства громкой связи, так часто показываемых по телефону, в кабинете тоже не оказалось.

В ожидании напитков мы напряженно молчали. Я почему-то подумал, что на месте Жана Мари скорей всего даже не дёрнулся бы в нашу страну из своего тёплого и вкусного Парижа.

Он же наверняка даже не представляет, что такое настоящий бизнес и сколько людей в нашей стране натуральным образом сожрали за гораздо меньшие суммы. Только сейчас мне в голову пришла мысль, что ведьмы, оборотни и вампиры, возможно, не самое страшное, что может случиться при делёжке наследства господина Еремеева. Самый цирк начнётся, когда за своей частью пирога припрётся отечественный криминал, ещё и с крышей за спиной в виде ментов и прочих силовиков.

Я слишком давно живу на белом свете, чтобы смотреть на мир через розовые очки и не понимать очевидного. Так что отсутствие на пороге фирмы братков в кожанках ещё объяснимо, всё-таки девяностые давно канули в лету, а вот солидные дяди в дорогих костюмах давно должны были нарисоваться.

Кофе нам принесла та самая Лена с двумя высшими образованиями. Не знаю, может быть просто так принято в современных бизнес-кругах, но и сейчас девушка всеми способами пыталась продемонстрировать мне свою компетентность в самых разных жизненных вопросах.

Походка от бедра не могла не привлечь взгляд любого нормального мужчины, тем более, что Лена успела сменить балетки на туфли с очень и очень высоким каблуком. Длина юбки же, наоборот, стремилась к нулю, что вкупе с наполовину расстёгнутой кофтой смотрелось как минимум вызывающе.

Пластика Леночки тоже заслуживала самой высокой оценки, так что непроизвольно я улыбнулся.

— Что-нибудь ещё Андрей Александрович? — пропела Леночка, продолжая изгибаться, как будто проглотила гвоздь и он щекотал изнутри её внутренности.

— Елена, спасибо! — жёстко одёрнул её Неклюдов. — Вы свободны.

— Олег Дмитриевич, ну зачем вы так? — надула губки Леночка. — Андрей Александрович улыбается, значит ему всё понравилось, а возможно он хочет чего-нибудь ещё…

И девушка многообещающе провела по губам остреньким язычком.

— Леночка, Олег Дмитриевич прав, — поддержал я вице-президента, понимая, что точки над «и» расставлять надо сразу, иначе потом от этой бестии не отцепишься. — Нам больше ничего не нужно, а улыбаюсь я, потому что вспомнил супругу. Она как-то говорила мне, что ходить на таких высоких каблуках тяжелее, чем по канату в цирке.

— И? И что? — изумлённо посмотрела на меня девушка. Судя по всему, она ожидала несколько другой реакции на