Читать книгу - "Полукровка 1-5 - Василий Горъ"

в додзе прямо из детского развлекательного центра одетым в костюмчик Маленького Принца, и будущие защитники рода Арбеневых, оклемавшись от зависти, отправили в отдельную раздевалку дрон АВФ[6]. К их глубочайшему сожалению, я не изменил привычкам, наработанным под руководством дяди Калле, и в этот раз. То есть, перешагнув порог небольшого, но достаточно уютного помещения, бездумно ткнул в сенсор с пиктограммой в виде перечеркнутого глазика и активировал режим приватности. Да, смысла этого действия я тогда еще не понимал. Но вбил его в подсознание, так как до безумия любил брата покойного отца и принимал в качестве руководства к действию абсолютно все получаемые советы.

Как и следовало ожидать, крошечное, но очень недешевое устройство, влетевшее в помещение через решетку системы вентиляции, превратилось в комок оплавленного пластика, непутевого владельца взгрели родители, а я был назначен личным врагом всей детской группы учеников мастера Датэ Такуми.

Следующие пару-тройку лет война шла ни шатко, ни валко. В смысле, меня пытались дразнить, высмеивать, унижать и побеждать на татами. Однако без особого толку: гнуться, ломаться и сдаваться я не умел в принципе, а во время ежевечерних «развивающих игр» с сотрудником ССО ГРУ ИР[7], как потом выяснилось, вдумчиво прорабатывал чуть ли не все теоретически возможные подростковые проблемы и учился их решать с максимально возможным КПД. А потом мои враги откуда-то узнали, что я не Арбенев, не имею абсолютно никакого отношения к этому роду и вообще полукровка, обрадовались, решили поставить «безродного пса» на место и перевели войну на новый уровень. Но без толку. Ведь с ровесниками я справлялся сам. Причем юридически безупречно: атаковал обидчиков только тогда, когда был уверен в том, что гарантированно буду признан пострадавшей стороной, и избивал до полусмерти. А с парнями значительно старше как-то помог дядя — зашел в зал перед началом очередной тренировки и настоятельно посоветовал лоботрясам, вконец потерявшим берега, поинтересоваться у родителей, стоит ли портить отношения с любимым племянником Аллигатора. Во время бесед этих дурней с их родственниками я, естественно, не присутствовал, но первые результаты заметил уже на следующий день. И еще раз убедился в том, что этого мужчину можно только боготворить.

К сожалению, его внушения хватило ненадолго. Где-то через год одна из программ, появившаяся в моем комме стараниями все того же Калле Йенсена, обнаружила и пресекла попытку стороннего подключения к камере СКН, расположенной в моей личной душевой. Файл с логами взлома в автоматическом режиме улетел сразу на несколько адресов, и тем же вечером доморощенные хакеры в компании с несостоявшимися зрителями были вызваны к начальнику СБ их рода. Естественно, вместе с родителями. И после серьезнейшего разноса получили по двадцать полновесных ударов розгами.

Позорнейшее наказание и строжайший запрет на лечение в медкапсулах «пострадавшие» восприняли по-разному. Одни нашли в себе силы подойти и извиниться, вторые предпочли «забыть» о проблеме, третьи затаили зло. А Кирилл Парамонов, оскорбившись до глубины души, решил отомстить. Причем не когда-нибудь потом, а сразу. И не начальнику СБ, придумавшему такое наказание, а мне. Поэтому на следующий день после порки упился анальгетиков, тяпнул для храбрости чего-то очень крепкого, нарезал десяток ивовых прутьев и отправился вершить справедливость: доковылял до здания додзе, пробрался в мою раздевалку и влез в один из свободных шкафчиков. Чтобы дождаться моего появления, вылететь наружу в самый неподходящий момент и унизить позорной отметиной во всю спину. Так же, как унизили его.

Увы, тщательно лелеемые планы не выдержали столкновения с моими привычками: ввалившись в раздевалку, я привычно ткнул в сенсор включения режима приватности и буквально через секунду получил уведомление о незваном госте с указанием идентификатора наручного комма. Раздеваться, конечно же, не стал — подошел к шкафчику с моргающим терминалом, дернул на себя дверцу и вежливо попросил предводителя шакалят покинуть помещение, выделенное мне Арбеневыми.

Оглядев меня с ног до головы и обнаружив, что я почему-то все еще одет, Парамонов сначала удивился, а потом разозлился. И… попытался меня раздеть! Четко сформулированное предупреждение, как водится, пропустил мимо ушей. А когда выдернул ремень из моих штанов, отбросил его в сторону и потянулся к пуговицам рубашки, нарвался на серию из нескольких ударов в полную силу и потерял сознание.

Очнулся там же. Правда, нескоро. Обнаружил, что вокруг стало заметно многолюднее, наткнулся взглядом на побагровевшего от бешенства начальника СБ и похолодел. Как раз вовремя: не прошло и пары секунд, как Игорь Евгеньевич расплылся в ледяном оскале и заявил, что я был в своем праве, поэтому ко мне Арбеневы претензий не имеют. А потом сделал небольшую паузу и озвучил еще три коротеньких предложения, в которых сообщил, что на мой счет уже перечислено двадцать пять тысяч рублей в качестве моральной компенсации за недостойное поведение сына Слуги рода, что семья Парамоновых должна роду аж полмиллиона и что лечение тяжелейшего сотрясения мозга, раздробленной челюсти и отбитых гениталий род оплачивать не будет, ибо считает эти травмы заслуженными…

— А ведь мы тебе когда-нибудь отомстим! — бросил в спину Темка Черезов, ненавидящий меня за честно заработанную кличку Прыщ.

— Я могу считать это утверждение обещанием? — мгновенно остановившись, вкрадчиво поинтересовался я. И даже повернулся на четверть оборота вправо, чтобы продемонстрировать личико ближайшей камере СКН и получить еще одно доказательство правомерности применения насилия в адрес вконец охамевших сверстников. Увы, положительного ответа на вопрос так и не дождался — старшие заметно спали с лица, прищемили Прыщу слишком длинный язык сразу двумя зуботычинами и быстренько задвинули за спину Фильки Степаненко.

Я презрительно фыркнул, поправил узел оби, съехавший влево, зачем-то разгладил мокрое кейко-ги и вышел в коридор…

…Выбравшись из спортзала, я посмотрел на темнеющее небо и угрюмо вздохнул: травмы, полученные во время спаррингов, вынудили завалиться в медкапсулу, так что процесс сборов сильно затянулся. Соответственно, мчаться к Костяну Синицыну, чтобы на пару с ним влезть в «Эпоху Войн», выйти в ПВП-зону и часик порубиться с другими любителями ММОРПГ, было поздновато. Да, иконка с цифрой пятьдесят восемь, появившаяся перед лицом сразу после того, как я включил комм и выпустил Нетопыря[8],наглядно продемонстрировала, как мой напарник отнесся к краху общих планов на вечер, и вернула надежду на небольшой праздник души. Но совсем ненадолго: стоило прослушать