Читать книгу - "Последний мир мистера Годдарда - Джеймс Грэм Баллард"

бы принять за настоящие дома и строения. Миниатюрные рамы и решетки в дверях и окнах едва превышали размерами мыльные хлопья. Камни мостовой, уличная мебель, профилированные дорожки — все соответствовало выбранному масштабу.

Самое высокое, шестиэтажное, здание в ящике достигало примерно четырнадцати дюймов. Стоящее на углу перекрестка, в центре ящика, оно, по всей видимости, являлось копией универсального магазина, в котором работал мистер Годдард. Интерьер его был выполнен с таким же вниманием к деталям меблировки и декора, как и внешний фасад; через окна можно было увидеть все этажи магазина с представленными на них товарами: коврами на первом, бельем и женской модой на втором, мебелью на третьем. В кафетерии на крыше стояли металлические стулья и столы с тарелками, приборами и вазами с крошечными цветами.

Слева и справа от магазина находились банк и супермаркет, напротив, по диагонали, — здание городского муниципалитета. Они также в точности повторяли оригиналы: в выдвижных ящиках за стойками в банке лежали пачки миниатюрных банкнот, крошечные монеты сияли, словно горки серебряной пыли. Интерьер супермаркета поражал тысячью виртуозно воссозданных мелочей. На полках высились пирамиды банок, коробок и разноцветных пакетов, настолько крошечных, что отличить один от другого невооруженным глазом было невозможно.

За главными на перекрестке зданиями находились магазины поменьше и заведения, обычные для боковых улочек, — швейные мастерские, пабы, обувные ателье и табачные лавки. При взгляде сверху возникало ощущение, что здесь воссоздан весь растянувшийся вдаль город. Стены ящика были окрашены столь умело, с таким вниманием к перспективе, что глаз не мог найти ту грань, где заканчивались модели. Весь этот микрокосмический мир являл собой совершенство, создавал иллюзию реальности столь абсолютную, что казалось, будто это и есть настоящий город, во всех его действительных измерениях.

Внезапно в теплом свете раннего утра мелькнула тень. Дверь одного из обувных магазинчиков приоткрылась, на тротуар выступила некая фигура и, окинув взглядом пустую пока еще улицу, отступила в сумрак за порогом. То был мужчина средних лет в сером костюме и белой рубашке, предположительно управляющий. Почти сразу же чуть дальше по улице открылась вторая дверь, и вышедшая из парикмахерской женщина начала открывать ставни. Одета она была в черную юбку и розовый рабочий халат. Возвращаясь в салон, женщина приветливо помахала кому-то, идущему в направлении здания муниципалитета.

Все больше людей выходило на улицу; горожане шли по тротуарам, переговариваясь друг с другом. Начинался новый рабочий день. Вскоре улицы уже заполнились пешеходами; ожили офисы над магазинами, между столами и картотечными шкафами замелькали машинистки. Одни таблички снимали, другие вешали, меняли цифры на календарях. В универсам и супермаркет пожаловали первые посетители — уже пробирались между обновленными прилавками. В муниципалитете клерки сели за бухгалтерские книги; в кабинетах с дубовыми панелями старшие чины пили первую чашку чая. Город проснулся и ожил — как хорошо организованный улей.

* * *

Высоко над городом, пряча в тени гигантское лицо, за своей лилипутской сценой незаметно, как рассудительный, постаревший Гулливер, наблюдал мистер Годдард. Он сидел, слегка подавшись вперед, прикрыв глаза зеленым козырьком, сложив на коленях руки. Время от времени мистер Годдард наклонялся на несколько дюймов, чтобы получше рассмотреть ту или иную фигурку внизу, или поворачивал голову, чтобы заглянуть в магазин или офис. Лицо его не выдавало никаких эмоций, казалось, он довольствовался ролью простого зрителя. Всего в двух футах от него сотни крошечных человечков жили собственной жизнью, и приглушенный уличный шум незаметно проникал в комнату.

Самая высокая из фигурок едва достигала полутора дюймов, однако же прекрасно выполненные лица отражали и характер, и эмоции. Большинство горожан мистер Годдард знал наглядно, многих — по имени. Вот миссис Хэмилтон купила нижнее белье и спешит по переулку к служебному входу, опаздывая на работу. За окном кабинета управляющего директора мистер Селлингс, как обычно, произносит напутственную речь перед троицей начальников отделов. На улице десятки людей, давних и хорошо знакомых клиентов мистера Годдарда, покупают продукты, отправляют письма, обмениваются слухами.

По ходу развития сцены мистер Годдард постепенно подвигался все ближе к ящику — его интерес привлекли две или три разворачивающиеся сцены. Преимущество наблюдательного пункта заключалось в том, что благодаря некоей странной особенности то ли архитектурной композиции, то ли перспективы он мог рассмотреть едва ли не каждую из миниатюрных фигурок с множества точек и под разными углами. Высокие окна банка позволяли видеть каждого из сидящих за своими столами служащих; форточка в глубине открывала вид на хранилище, ряды депозитных ячеек на полках за решеткой и одного из младших кассиров, развлекающегося чтением бирок. Для наблюдения за широкими этажами универмага было достаточно всего лишь наклонить голову. То же относилось и к магазинам поменьше, состоявшим обычно не более чем из двух помещений, — ему вполне хватало задних окон и форточек. От внимания мистера Годдарда не ускользало ничто. В задних дворах он видел составленные рядами велосипеды, швабры уборщиц в ведрах у подвальных дверей, наполовину полные мусорные баки.

Первая из привлекших внимание мистера Годдарда сцен имела отношение к заведующему складом универмага, мистеру Дюрранту. Мельком просматривая банк, мистер Годдард обнаружил его в кабинете управляющего: подавшись к столу последнего, заведующий складом активно объяснял ему что-то. Обычно Дюррант был среди тех, перед кем горячо распинался мистер Селлингс, так что в банк он мог отправиться только по неотложному делу. Между тем управляющий как будто пытался всячески от него избавиться: отворачивался, перекладывал бумаги на столе. В какой-то момент Дюррант, галстук которого успел сбиться набок, вдруг вышел из себя и сердито повысил голос. Управляющий встретил этот порыв молча и с невеселой улыбкой покачал головой. В конце концов заведующий складом повернулся и направился к двери, но, прежде чем удалиться, бросил на хозяина кабинета укоризненный взгляд.

Выйдя из банка, он, словно позабыв о своих обязанностях в универмаге, решительно зашагал по Хай-стрит. Возле парикмахерской Дюррант остановился, вошел и завернул в кабинку, в которой брили крупного мужчину в клетчатом костюме и зеленой фетровой шляпе на голове. Мистер Годдард наблюдал за ними через застекленный люк в крыше. Человек в кресле, местный букмекер, слушал Дюрранта молча, откинувшись на спинку, а когда заведующий складом закончил говорить, небрежным жестом предложил ему сесть.

Сложив два и два, мистер Годдард с интересом ждал продолжения разговора. Увиденное подкрепляло подозрения, навеянные в последнее время рассеянным поведением заведующего складом.

Однако как только букмекер снял полотенце и поднялся, внимание наблюдателя привлекло нечто более важное.

Непосредственно за универмагом находился небольшой тупик, отделенный от идущего со стороны улицы переулка высокими деревянными воротами.