Читать книгу - ""Я - кто?! Сенсей?": Вжиться и выжить. Том I. - Kerr Riggert"

придется загнать в угол. И вся надежда на вас с Хаку. Меня он слушать не станет. А детвору и подавно.

Моя идея была проста как лом и с точки зрения шиноби любой скрытой деревни даже не попахивала, а прямо-таки воняла предательством.

Я рассказал Виктору о так горячо любимых Собакиным темах для разговора — командной работе, псевдо демократии в общении, желании любой ценой выполнить даже не важную, в сущности, миссию, и о многом другом.

Виктор узнал, что Хатаке связан обещанием защитить старика. И что настоящий приоритет Какаши, как джонина-сенсея — сохранить ценную команду. А это значило, что Собакин был очень уязвим к шантажу и давлению. Соотечественник идею принял. Хаку не мог поверить ушам. Под конец я сказал Мечнику о времени, в которое Собакин соизволит его увидеть — вечер сегодняшнего дня.

До назначенного часа времени оставалось всего ничего.

— Не хотите драться вместе? — репетировал Вик. Скорчил физиономию поучастливее и вкрадчиво добавил. — Значит, вы будете драться против Охотников одни, без помощи.

— Браво! — похлопал я. — Но Какаши надо пугать не тем, что он один останется, а что всех остальных за собой потянет. В том числе и заказчика.

— Хм, — призадумался Вик, — тогда так: Не хотите драться вместе? Будете драться против Охотников без нашей помощи. А то, что в процессе убьют вас и Тадзуну вместе с его семьей… Ну, так это неизбежные сопутствующие потери. Я готов с ними смириться.

— А вот это, пожалуйста, на бис! — живо отреагировал я.

Поначалу Хаку наблюдал за нами с нескрываемым любопытством, даже чаек прихлебывал через раз и иногда проносил его мимо рта. А уже через пару минут хихикал и подсказывал подходящие слова. Я кривлялся, изображая, что мог на это ответить Какаши.

Под конец мы вымотались, и уже откровенно потешались, расслабляясь и убивая время.

— Мма, Му-ма, а где Герасим?

— Дед Мазай утопил!

Виктор смеялся и сравнивал Хатаке с коровой. Это местные сразу слышали «Может быть», а мы сначала слышали тупое мычание.

— Охо-хох, — вытирая выступившие слезы, — главное не заржать.

— Кашляй, — посоветовал Вик и вставая уперся руками в колени, — нам уже пора.

Закрывать на ключ домик никто не стал, но на выходе не-Забуза сложил пару печатей и прежде чем я успел задать вопрос, пояснил, что это фуин замок. Такие «замки» шиноби использовали повсеместно. И на вражеской территории и дома. Все они были сигнальными. Разновидностей замков было несколько: контурные, точечные, с сюрпризами вроде взрыв-тегов и пусковых механизмов ловушек. Был еще один вид: замки-щиты, которые могли сдержать вторженца, но их делали только Узумаки и секрет этих замков был утерян.

Когда Вик закончил эту мини-лекцию, я не удержался от горестного стона. Смачно припечатав лоб рукой, я сказал:

— Заходи, кто хочешь, бери, что хочешь.

В ответ на недоуменный взгляд Вика, я пояснил:

— Мой дом закрыт на обычный замок. Печати я не активировал. Я дебил!

Виктор утешающее похлопал по плечу и сказал, что если повезет, то фуин в моем доме может быть барьерного типа и завязано на ключ артефакт.

— Ни фига, — грустно сообщил я. — Тогда бы дубликат Наруто не смог бы открыть дверь и если бы был накопитель для барьера, то я бы его уже нашел.

— Тогда, да. Ты — дебил, — пожал плечами Вик.

Осознав, что из Страны Волн я никак не смогу защитить свое имущество, скрепя сердце пришлось себя уговаривать не думать о худшем. А вместо этого подумать о проблемах насущных.

Прыгая по скользким от мелкого дождя веткам, я вспоминал разговор с Гато.

Несмотря на мои попытки испугать, магнат наплевал на возможную угрозу от команды Охотников, и все-таки их нанял.

В прошлую встречу они, оказывается, обсуждали условия. К тому же Охотники не были в полном составе, один спец джонин и два чуунина должны были подтянуться через несколько дней. Тем же вечером Гато, потирая лапки, продемонстрировал мне записку от Виктора. Тот, изображая недалекого бугая, отправил коротышке-магнату весточку, что почти выздоровел и собирается убить Тадзуну.

Хоть Какаши и дал согласие на встречу, но я предвкушал занятное шоу.

Пресветлые боги, дайте мне сил не рассмеяться, когда Виктор начнет мозг Какаши выносить!

Я потер руки, вглядываясь в окна. В зале горел свет, тихо поскрипывали медленно крутящиеся лопасти мельницы, еще тише плескались маленькие волны, покрытые рябью от мелких капелек. Казалось, внутри ждет тепло и уют, но умом я понимал, что Цунами, Тадзуну и Инари внизу никто не оставит. Даже Какаши.

Когда мы вошли в дом, Виктор наклонился, чтобы протиснуться в двери и поставил свою рельсу у порога, и под ней тут же собралась лужица. На кухне было пусто, только под столом лежала большая черная шкура, сваленная комком. Почему-то вспомнилось, как тетя накрывала истрепанным пледом из искусственного меха только что закатанные банки.

— Нинкен, — тихо сказал Хаку, кивнув на ком.

Присмотревшись, я понял, что это, действительно, один из призывных псов Какаши — Буч, если я ничего не путал.

Собака шумно вздохнула, тявкнула густым басом и потрусила к коврику под дверью. Отрезая путь к отступлению, Буч похоронил под собой жалкую тряпочку и еще разик гавкнул.

Вы собачке на лапку не наступите, — мысленно нервно хихикнул, — а то она вам ножку откусит.

А вслух сказал, чтобы было слышно седьмым:

— Пожалуйста, проходите.

В зале, лицом к нам, сидел Какаши в окружении детворы и двух псов. Собаки, точно телохранители торчали по обе стороны от Хатаке, рассматривая нас троих презрительно-настороженными взглядами. Желтый остромордый пес с перебинтованной шеей, похожий на гончую, потянул воздух носом, а его рыжий компаньон склонил голову на бок, похлопав круглыми глазами. Завидев Виктора, Сакура пыталась притвориться мебелью, но платье с прической ей сильно мешали. Забуза поздоровался и сделал вид, что цвет кожи генинов, коррелирующий с цветом беленых стен — часть корпоративного стиля шиноби Конохи. Мальчики, хоть и побледнели немного, но смотрели настороженно и нервно. И, в отличие от девочки, даже не дернулись, когда протяжно скрипнул стул, на который по-хозяйски уселся Вик.

— Обстоятельства изменились, и теперь у нас с вами общие интересы, — обведя всех седьмых взглядом, сказал Не-Забуза. Словно подчеркивая. У вас у всех. Вы все равны в моих глазах. Еще один хороший ход, который мы вместе