Читать книгу - "Под знаком снежной совы - Анна Осокина"

раз, в кабинете Петра Дмитрича пару часов просидел, книги бухгалтерские полистал, да и все на этом. Но лучше вам по двору лишний раз не ходить, от греха подальше!

Агафья снова перекрестилась. Улыбнулась, вытягивая ногу.

— Да я не особо-то сейчас ходок, знаешь ли.

Женщина снова запричитала, она уже выспросила все про мои злоключения, поохала и даже поплакала, но теперь все шло по кругу. Чтобы как-то остановить этот бессмысленный поток эмоций, решила отвлечь ее.

— Нянюшка, мне баньку бы…

— Попрошу утром Прохора натопить, скажу, косточки свои старые попарить захотелось, не откажет он мне, поди.

* * *

Несмотря на то, что спала я в одной из пустующих комнат прислуги, выспалась так хорошо, как никогда в жизни. Наконец можно было не только раздеться, но и нормально вытянуть ноги, обернуться в одеяло, как я люблю. Никто не мешал, а волнение в родном доме отошло на второй план.

После завтрака меня ожидала баня! В большую деревянную купель натаскали горячей воды. Агафья проследила, чтобы никто не видел, как я туда вхожу и села у входа, чтобы в случае чего отвадить любопытствующих, почему баня топится в такое необычное время.

Я не была уверена, что снимать повязки — хорошая идея, но желание искупаться победило, и я рискнула. Нога беспокоила уже гораздо меньше, через пару дней смогу нормально ходить. Да и рука вроде уже не выглядела так, как будто ее легче вовсе отрубить, чем продолжать планомерно калечить и не давать заживать.

От погружения в горячую воду по телу побежали табуны мурашек. Я с наслаждением расплела волосы и опустилась в купель по самую шею. Без сомнения, это лучшее, что случилось со мной за последнюю неделю.

На душе было спокойно. Как-то серо, но мир уже не казался столь мрачным. У меня появилась надежда и даже реальный шанс узнать, кто виновен в смерти дедушки. Мысли текли своим чередом, медленно сменяя друг друга.

Интересно, как там Алексей?.. Почему-то сразу стало не так комфортно. Воспоминание о том, что произошло прошлым утром, ударило в голову, яркой вспышкой разлетаясь по всему телу. Меня будто молнией ударило. Там, в лесу, от его близости я чувствовала неловкость и смятение, теперь же в одиночестве пришли совсем другие ощущения. Как будто внизу живота образовался камень, и его тяжесть томила меня, но вместе с тем разливалась приятным теплом между бедер.

* * *

Я стояла за дверью и прислушивалась к разговору в гостиной. Почему-то от голоса Михаила сердце болезненно сжалось. Это человек из моей прошлой жизни, счастливой и беззаботной. В последний раз мы виделись, когда дедушка был еще жив.

Ждала сигнал, когда няня подготовит почву, и мне можно будет показаться ему на глаза. Сказать по правде, я не верила в нашу задумку. Согласится ли малознакомый мужчина помогать мне просто так, без лишних объяснений? Не выдаст ли губернатору? Вопросы с почти слышимым жужжанием роились в голове.

Внезапно дверь распахнулась, и на пороге показалась Агафья. Она продолжала говорить гостю на ходу, потом глянула на меня и указала головой, что я могу войти, а сама вышла, бросив что-то о том, что сейчас вернется.

Выждав несколько секунд, я тихо проскользнула внутрь и тщательно притворила за собой дверь. Пока, кроме няни, никто из обитателей поместья меня не заметил, чему я очень радовалась.

— Агафья Никифоровна, — начал говорить мужчина и осекся, увидев меня. — А-а-августа К-к-константиновна?

Я помнила о его особенности: когда волновался, он начинал немного заикаться. Мне всегда казалось это очень милым.

— Михаил Юрьевич, — я сдержанно кивнула и подошла ближе, опираясь на трость. Он вскочил из-за стола, опрокинув стул, ринулся его поднимать и неловким движением чуть не перевернул чайный сервиз. Я вовремя придержала скатерть. Посуда жалобно звякнула, но на пол не полетела.

Наконец разобравшись с мебелью, он подошел ко мне и отодвинул стул.

— Благодарю, — кивнула с улыбкой.

— А я с-с-слышал, будто в-в-вы пропали!

— И кто об этом говорит, позвольте полюбопытствовать?

— Д-д-да все!

— Ну что ж, доля правды в этом есть. Да вы присаживайтесь, что ж стоите? Чай вовсе остынет!

Гость повиновался. Сел и как зачарованный уставился на меня.

— Михаил Юрьевич, я вернулась тайно, и никто, кроме Агафьи, не должен знать об этом, понимаете?

Он прерывисто кивнул. Я решила закрепить результат, чтобы до него наверняка дошел смысл сказанного, потому что сейчас взгляд собеседника не отличался сосредоточенностью.

— Мне грозит опасность. Кто-то убил деда и пытается убить меня, — взяла его за руку, вглядываясь в серые глаза. Он вздрогнул от этого жеста, но кисть не убрал. В глубине души мне было крайне неловко от того, что приходится делать, но вдруг пришло понимание, что действовать нужно быстро. Или выложить все сразу, или молчать вовсе. Как с головой в ледяную воду. Я крепче сжала его ладонь здоровой рукой.

— Михаил Юрьевич, только вы мне можете помочь!

— Ч-ч-что от меня т-т-требуется? — он сжал мою руку в ответ.

— Проводите меня под Несвиж, там есть один человек, который прислушается и поможет разрешить ситуацию! Никто не верит мне или специально не обращает внимания на очевидные факты. Но я точно подверглась целенаправленному нападению. И если бы сама себя не защитила, — протянула ему перевязанную ладонь, — то меня уже закопали бы рядом с дедом!

Он внимательно слушал. Кажется, добилась своего!

— Но сделать это нужно тайно, никто не должен знать о том, кто я и куда еду. Боюсь, что в целом свете почти не осталось людей, которым могу доверять.

Ветеринар пожевал нижнюю губу.

— Мне вы можете верить, знайте, что я ни словом ни делом никогда намеренно не причиню вам в-в-вред! — выпалил он на одном дыхании, только раз заикнувшись в конце.

Поддавшись порыву, чуть привстала и обняла его. Сейчас он казался мне соломинкой, за которую хватаюсь, чтобы не утонуть. И все же он дал надежду. Мужчина снова вздрогнул и неловким движением приобнял в ответ.

Когда отстранилась, он на несколько минут крепко задумался. А потом решительно, несмотря на дефект речи, произнес:

— У-у-у меня есть б-б-бричка, я отвезу в-в-вас сам!

— Спасибо, спасибо вам! Но есть одно но. У меня нет документов. Да и не хотела бы я использовать свои настоящие…

— Решу этот в-в-вопрос!

— Как?

Он отвернулся, будто не хотел, чтобы я прочитала его выражение лица.

— Есть