Читать книгу - "Живой проект - Дарья Еремина"

В просторном кабинете главы Live Project Incorporated было темно. Михаил сидел за широким бюро, откинув голову на высокую спинку старинного кожаного кресла и закрыв глаза. Попросив лекарство от головной боли, президент терпеливо ждал.

Обойдя длинный стол, торцом примыкающий к бюро президента, Людмила подошла к шефу.

— Через сколько? — глухо спросил Михаил.

— Пять минут, их секретарь извинилась за задержку.

— Через сколько эти штуки подействуют?

— Липа, дай свет на две единицы.

Разлепив кружочки стимуляторов, Люда прилепила их над висками Михаила, практически по кромке волос.

— Пару минут…

— Петр?

— В приемной.

— Пусть заходит и открой жалюзи.

Выполнив распоряжение, Людмила вышла из кабинета. Почти сразу, без стука и каких-либо приветствий, в дверь вошел долговязый мужчина в очках. Светло-русые длинные волосы падали на лоб, нижнюю часть лица украшали аккуратные усы и бородка. Если бы каждому мало-мальски интересующемуся деловыми и светскими новостями обывателю не было известно, что вошедший является первым и единственным заместителем президента Live Project Inc., его принимали бы за художника или артиста…  какую-нибудь творческую личность, витающую в высших сферах бытия. Протянув руку ко лбу Михаила, он проверил температуру.

— Иди в задницу…  — отозвался глава корпорации.

Петр устроился за примыкающей к столу Михаила столешницей и после этого еще три места за столом заняли голограммы мужчин. Двоим из них было под пятьдесят, третьему не дать и сорока лет. Седой здоровяк с крупным лицом и светлыми глазами представлял госкорпорацию «GLOBAL NA». Второго звали Мик — щуплый, лысый, в иночах круглой, нарочито немодной формы. Его руководство когда-то заседало в Пентагоне. Третий мужчина с еврейскими чертами лица и шевелюрой демонстрировал чего он стоит своим гордым, независимым видом. Михаил остановил на нем взгляд, планируя получить пояснения от назначившего эту «экстренную» встречу мистера Эдварда Пэттинсона.

— Здравствуй, Майкл! — улыбнулся седой, словно другу детства. По подобному американскому английскому голливудских фильмов Михаил тренировал восприятие речи в отрочестве, еще до того как поехал учиться в Америку, еще до того, как ее не стало. Его отец презирал этот акцент, он очень любил старый английский. Михаил же со школы твердил родителю, что шекспировский английский хорош на балу Королевы, а деньги делаются на американском. Теперь отца не было, как и Королевы, да и Америки, впрочем. Но сейчас это было не важно, он кивнул:

— Здравствуйте, мистер Пэттинсон, господа…  — ожидая, что незнакомого мужчину еврейской наружности ему все же представят, Михаил сделал многозначительную паузу.

— Спасибо, что выделил время в своем плотном графике для этой внеплановой встречи, Майкл. Наше руководство довольно, что с тобой так легко найти общий язык. Надеюсь и в дальнейшем у нас не возникнет сложностей в вопросах взаимопонимания, — улыбался седой.

Пальцы Петра по очереди, веером опустились на столешницу.

— Я не вижу причин для внеплановых встреч, мистер Пэттинсон.

— Все в порядке, малыш, мы не собираемся предъявлять никаких претензий, — ободрил Михаила американец и Петр еще раз прочеканил пальцами по столу.

— По нашим сведениям, — начал мужчина в очках сухим официальным тоном, — на станции Арктика-1, где послезавтра начнет плановую подготовку протип нашего живого проекта, находится особа, имеющая прямое отношение к вашим вооруженным силам, — он сделал паузу. — Мы имеем опасения по поводу чистоплотности в подготовке под давлением представителей Российских вооруженных сил. Также у нас имеются опасения по поводу психологической обработки нашего проекта.

— Не сгущай краски, Мик, — весело перебил соседа мистер Пэттинсон. — Майк, ты играешь в грязную игру, малыш, не находишь?

— В чем конкретно вы пытаетесь меня обвинить, мистер Пэттинсон? — сухо спросил Михаил, сдерживаясь, чтобы не поморщиться от накатывающей волнами боли. — Работы ведутся в соответствии с договором по предоставленному вам графику. Не понимаю в чем суть ваших претензий.

— Никаких претензий, Майк! — широко улыбнулся мистер Пэттинсон, — какие у нас, скромных клерков погребенной под пеплом великой империи, могут быть претензии к тебе? Это было бы слишком опрометчиво! Ведь есть же силы, позволяющие тебе быть уверенным в том, что играя на две стороны, ты в итоге выйдешь сухим из воды? — он сделал паузу. — Но если ты позволил русским следить за подготовкой проекта, придется позволить и нам.

Петру хотелось взглянуть на друга, но просто обернуться значило сказать американцам больше, чем стоило. Тем временем скулы Михаила пылали, глаза горели лихорадочным огнем, который не могли скрыть даже тени кабинета. Плотно сжатые губы были вытянуты в линию, однако кисти рук расслабленно лежали на подлокотниках. Он поднял лицо, потянулся к пачке сигарет и неторопливо закурил. Выпустив вверх облако белого дыма, Михаил расслабленно откинулся на спинку кресла.

— Что вы говорите, мистер Пэттинсон? Мне придется?

Так и не представленный третий мужчина дернулся вперед и снова затих, гордо глядя вникуда. Лысый Мик заинтересованно наклонил голову вбок. Мистер Пэттинсон широко улыбнулся.

— Майкл, малыш, зачем все это? — засмеялся он, — Мы должны доверять друг другу, не так ли? Глупо строить отношения без доверия!

— Так доверяйте мне.

Возникла продолжительная пауза. Михаил курил, собеседники за столом задумчиво замерли. Они явно не ожидали сопротивления.

— Майкл, — нарушил молчание седой уже без улыбки, — давай я опишу ситуацию, как вижу ее сам. Ты готовишь для нас мясо со встроенным интерфейсом для программирования его функций, и передаешь коды нам. Качество и работоспособность этих кодов — это первый момент, на который вполне способна повлиять твоя генеральская дочка. Далее, мы должны иметь карт-бланш на поле воспитания. Решим сделать партию солдат, они должны ими стать в минимальные сроки. Решим направить их к вашим границам — ничто не должно препятствовать этому даже в глубине их нутра. Решим переквалифицировать их в секс-игрушки, не должно быть никакой агрессии или недовольства. А что будут петь им в танках ваши медицинские сестрички, если за ними не приглядывать — одному Богу известно. И это второе, — Пэттинсон выдержал значительную паузу. — Мы должлны придти к пониманию в этом вопросе. Ты не единственный в мире, кто готовит программируемое мясо. Пусть не с нуля и не на генном уровне, но материала достаточно.