Читать книгу - "Огонь его ладоней - Ната Чернышева"

Сколько я помнила, я всегда злилась на Таськины порывы спасти меня от одиночества и раскрасить мою жизнь интересными — с ее точки зрения! — мужчинами. Иной раз доходило прямо до бешенства, с открытым посыланием в коллапсар на досвете. Таська же относилась к моим вспышкам гнева снисходительно-ласково, как старшая сестра. В некотором роде, это была уже многолетняя, давно сложившаяся игра, и мы отыгрывали свои роли сознательно, добровольно и с удовольствием.

Но я никогда не думала, что мы вдруг поменяемся местами!

Что я внезапно окажусь в Таськиной шкуре.

Поймите меня правильно, она мне мозг вынесла своим гентбарцем. Выкатила его физию на общий экран и млела, как девочка. Да, он действительно был красив даже по меркам своей расы. Эти пышные волосы-пружинки нежнейшего фиолетового оттенка, такие же фиалковые глаза в сиреневых загнутых ресницах, тонкие изящные кисти и пальчики, общая манера держаться — разворот плеч, наклон головы, взгляд… А если он еще и умный — а среди кисмирув, прямо скажем, тупых не бывает, — девчонкам вроде Таськи — терранский пушной зверек с севера.

Разумеется, все попытки воззвать к здравому смыслу, провалились. Еще бы им не провалиться!

И тогда я решилась на подлость.

Таська сама дала повод, между прочим! Она спросила у меня, как сказать по-гентбарски “привет!”, “как дела”, ну и вообще весь этот malgranda parolado, который есть практически в любом языке. Короткая вежливая речь, назначенная доставить приятное собеседнику.

Меня совесть сожрала до костей, когда Таська не удосужилась даже проверить через нейросеть “komuna lingvo”, что я ей насоветовала. Но если этот, чтоб его, Митирув, получит культурный шок и сольется за горизонт событий, то будет просто прекрасно. Что я, Таську не знаю? Поревет, и пойдет искать себе новый объект романтических воздыханий и плотского интереса.

Кисмирув бесполы в нашем понимании, как все бескрылые. Влюбиться-то можно. А вот жить долго и счастливо, чтобы потом помереть в один день, — это уже никак. Разве только платонически.

К чести нового Таськиного знакомца, он, услышав непотребство, глазом не моргнул. Разве что улыбка стала чуть острее, и на меня взгляд бросил, как ножом цепанул: понял, откуда ветер дует. Я не стала тушеваться, за мной была правда и тревога за лучшую подругу. Наши взгляды, наверное, можно было нащупать пальцами и — порезаться. Но Таська ничего не заметила.

Она все щебетала и щебетала, не останавливаясь. Потом утянула своего ненаглядного прыгать с вышки в волны. А тот снова посмотрел на меня через плечо, нехорошо так посмотрел, мне не понравилось. Что у него самого к Таське-то? Уважение и интерес к ее неординарной личности? Или — хуже?

Определение бескрылого гентбарца как бесполого не совсем верное. То есть, хочу сказать, в данном случае, "бесполый" — не значит, "не способный к любви". Любить они могут, и любят, и вообще вся иерархия правильного гентбарского Дома строится в идеале именно на любви. У них по этому поводу немало серьезных произведений искусства и еще больше развлекалок в разных жанрах. Вот только не та это любовь, к какой мы привыкли. Физическая составляющая в ней отсутствует за полной ее ненадобностью.

Таська и платоническая любовь. Вы же меня понимаете, да?

— Доктор Разина, один вопрос.

Я обернулась, выдержала жесткий взгляд прекрасных фиалковых глаз, — отступать некуда, позади последний бастион. Кивнула, спрашивайте, мол.

— Зачем?

— Затем, что она — моя лучшая подруга, — честно ответила я.

— И какое это дает вам право?

— А это уже второй вопрос, — бледно усмехнулась я.

Митирув кивнул, признавая мою подколку, и повторил изначальный вопрос:

— Зачем?

После воды его пышные волосы совсем завились в тончайшую стружку. Красив, зараза. Ничего не скажешь, красив.