Читать книгу - "Сердце шторма - Рая Арран"

научились правильно конструировать маяки и облегчать состояние колдунов и бештафер, оказывающихся в разных мирах. Педру лучился счастьем. Отчитывался за каждый свой шаг, не совершал ни одного опрометчивого поступка и перестал срываться в Россию по любому поводу. И Криштиану даже успел поверить, что держит все под контролем.

Даже ситуацию с запретным заклятием получилось решить «малой кровью». Ближайшая к Коимбре Эрмида уже готовилась принять новую послушницу. Фамильяра заставили сбросить память и вместе с умирающей хозяйкой передали в скит. А мальчишку-сообщника удалось приписать к португальской станции, чтобы держать под наблюдением. После исключения ему предложили стать рабочим в Пустоши, и, конечно, молодой колдун согласился. Куда ему еще идти? Шанков должен был отправиться стажером в Пустошь в начале лета, после окончания квалификационных курсов.

Кроме того, эта неожиданная проблема позволила увидеть плоды кропотливой работы ментора с Авериной. Это его девочка позвала, столкнувшись с заклятием. Это его она послушала, когда он велел не выдавать тайны даже ректору. Хотя не было для Меньшова в случившемся никакой тайны. Криштиану связался с ним сразу, как только подписал необходимые документы для допуска Веры к заклятию. Предупредил, что ведомый приоритетом ментор летит в Россию, Аверина втянута в очередную переделку, а у Шанковых в шкафу спрятана парочка скелетов. Как и ожидал Криштиану, Меньшов пообещал не препятствовать расследованию. Официально — чтобы не спровоцировать ментора на непоправимые действия. Но, зная московского ректора, Криштиану был уверен, что тот искренне рад возможности решить проблему чужими руками. И понаблюдать со стороны.

От него тоже не укрылось, что Аверина слишком расположена к ментору, но предложений отменить их совместную работу над курсовой или требований отвадить кота не последовало… Решил действовать тоньше? Наверняка между ним и ментором разворачивается не одна скрытая от чужих глаз партия, но в той, что касается Веры, Криштиану готов был поставить на Педру. Ментор слишком хорошо умел взращивать и шпионов, и дипломатов, и просто лояльных к нему колдунов. Случай Веры Авериной ничем не выделялся среди прочих. Хотя, по мнению Криштиану, Педру порой использовал слишком уж рискованные методы обучения, девочка отлично справлялась с уроками. И в случае с «Кощеем» тоже показала себя хорошо, значит, остается только довериться довольному собой ментору и позволить ему довести дело до конца.

Все складывалось просто замечательно. До сегодняшнего дня.

Криштиану бежал вверх по улице так быстро, как только мог. Неудобная ректорская мантия осталась лежать на мостовой, где его настиг внезапный приступ ужаса и паники. И с каждым шагом чувства бештаферы все сильнее сливались с его собственными. ЧТО? МОГЛО? СЛУЧИТЬСЯ?

Черные грохочущие тучи, закручивающиеся в воронку над зданием главной лаборатории, предельно ясно отвечали: ничего хорошего.

Криштиану всеми силами цеплялся за единственную успокаивающую мысль. Это не Пустошь. Это НЕ Пустошь. Коридор в другой части города. И все маяки хранятся в ректорском кабинете. Никто не мог бы открыть портал без ведома Криштиану. Значит, всё не так плохо?

«Да, всё ещё хуже», — услужливо подсказал жизненный опыт. Если Педру и не разворотил какую-то из старых проблем, то создал новую, по масштабу вероятно соизмеримую с концом света.

Его опасения подтвердил встретившийся на пути Мигель: бештафера стоял посреди переулка и приказным тоном, обычно несвойственным слугам Академии, разворачивал и отправлял по домам любопытных первокурсников. Ещё не привыкшие к Педру, но наслушавшиеся баек калойру пытались подойти поближе к лаборатории и узнать, что так разозлило главного ментора. То, что дорогу им преградил Мигель, — хорошо. Значит, Розита уже подняла бештафер, чтобы оцепить опасную зону. Плохо то, что она вообще среагировала… Она умела различать настроения шефа не хуже Диогу и на мелочи обычно не разменивалась.

Криштиану выбежал на площадь перед лабораторией. С другого конца на него сразу обернулся Лукас. Он сопровождал группу студентов профессора Сильвы, которым не посчастливилось сегодня заниматься в опасной близости от лаборатории. Ментор посмотрел на ректора, взглядом спрашивая, нужно ли ему остаться. Криштиану покачал головой, и Лукас пошел вслед за студентами.

С другой стороны на площадь выбежал Дуарте, рядом с ним сразу возник Диогу.

— Он не отвечает, — не дожидаясь вопроса, отчитался бештафера.

В руке проректора тут же появилось оружие.

Криштиану поднял руку, призывая остановиться.

— Я сам. Ждите здесь.

Никто не стал спорить.

Криштиану остановился перед дверью и позволил себе отдышаться. На всякий случай поднял щит и вошел в лабораторию.

Педру склонился над столом, вцепившись в металлическую столешницу когтями, пропоров её насквозь. И, казалось, не дышал. Только взгляд, совершенно безумный, метался от стеллажа к стеллажу, ища спасительную правильную мысль.

— Педру?

Бештафера резко повернул голову. Зрачки натянулись в нити. Верхняя губа нервно приподнялась, обнажая небольшие клыки. Криштиану усилил щит.

— Повелитель… — прошептал Педру и рухнул на колени.

Это не было данью приличиям и традициям, которые так чтил ментор. Нет. Никакого чинно-благородного поклона. Педру прижался к полу ниже, чем Диогу со своим японским простиранием. Сложил руки перед головой, но тут же сжал кулаки. Криштиану почувствовал, как когти впиваются в кожу, увидел побежавшую по ладоням бештаферы кровь.

— Педру? Что ты натворил? — спросил Криштиану, страшась услышать ответ.

— Я… — начал ментор и замолчал. Ему было очень трудно подобрать слова. Эмоции смешивались в кучу, но он пытался найти правильную формулировку. — Вступил в связь с колдуньей… студенткой…

— Господи. — Криштиану схватился за сердце. — И что? Забыл о предосторожности, и теперь она беременна? И ужасает тебя перспектива, что в Коимбре появятся львята, такие же безумные, как ты?

Конечно, это была шутка. Скабрезные слухи, ходившие про главного ментора, были всего лишь студенческими байками, но… иногда увлеченный своими экспериментами бештафера полностью переставал видеть границы допустимого. Что, если в этот раз он зашел слишком далеко в своих играх с… Авериной?

— Педру, какого черта? — вздохнул колдун. — Почему обязательно втягивать Академию в скандал? Ты не мог найти себе другую… подопытную?

Бештафера поднял голову и посмотрел на хозяина совершенно несчастным и обреченным взглядом.

— Вы неправильно меня поняли, повелитель… В колдовскую связь…

— КАК?! ТЫ?! МОГ?!

Каждое слово король впечатывал в Педру ударом. Больно. Справедливо. Недостаточно… Даже Пустоши недостаточно. Наказания, соизмеримого с его провалом, не существует в природе. Педру это прекрасно понимал. Поэтому не пытался закрыться, сжаться или как-то иначе облегчить свою участь. Когда очередной приступ ярости утихал, и король отходил от ментора, тот вздыхал и собирал себя в кучу, возвращаясь в позу, которую принял, едва увидев хозяин. Лбом в пол.

— Почему ты не рассказал сразу?!

— Вы бы ни за что не разрешили