Читать книгу - "Архивраг - Константин Сергеевич Стригунов"

на который здоровяк с особым восхищением смотрел. В знак благодарности Скиф подарил прибор, сказав, что после возвращения на базу ему выдадут новый. В целом это оказался далеко не простой мужик, явно повидавший куда больше, чем мог поделиться с остальными, но никто и не спрашивал его о подробностях, зато лишь сейчас Виктор толком рассмотрел лицо Скифа. Черты жесткие, что вполне естественно для человека с его специальностью, нос перебитый, но не свернут в бок, а лоб пересекался глубокими морщинами. В целом на вид не более сорока-сорока пяти лет, хотя не исключено, ему было меньше, ибо Зона старит сильней всего. Больше всего бросались темные карие глаза, смотревшие на всех внимательным, если не сказать, пристальным взглядом, в которых чувствовалась скрытая злоба, гнев, накопленный за многие годы. Такое часто встречается у сталкеров, особенно у тех, кто ходит в Зону во многом безвольно, как бы существуя по инерции, но глаза этого сталкера не были пустыми, наоборот, в них теплилась жизнь, говоря, что внутри него бурлила энергия, ждавшая подходящего момента вырваться на волю. В то же время ощущалось и сила, не дававшая выйти ей.

Скиф разлил спиртное по стаканам (помещение прошло тщательную дезактивацию) и предложил тост.

— Помянем вашего товарища, — произнес он и залпом опустошил налитое. Остальные поступили также.

— Слушай, — аккуратно начал Меткий, занюхав рукавом, — мне не удобно было спрашивать раньше, но… как бы это сказать? — он поднял глаза к верху.

— Как получилось, что оба моих напарника бросили меня? — завершил непроизнесенный вопрос Скиф.

Меткий виновато кивнул, особенно почувствовав на себе тяжелый взгляд Косматого.

— Извини, я не хотел.

— Да ничего, все нормально. Меня жизнь по лицу не раз хлестала, так что не в первой. А эти… Пусть им Зона судья будет. Однажды и они столкнутся с тем же.

В момент, когда Скиф произнес свои слова, Меткий заметил, что его взгляд был направлен куда-то пустоту, словно говорил он одно, а мысли его были совершенно о другом. И еще выражение глаз… было в них что-то недоброе, совсем недоброе.

— Знаете, что я вам скажу, мужики? — неожиданно произнес военный сталкер и как-то серьезно посмотрел на своих собеседников. — Вот сколько я не работаю на наше славное государство, все больше убеждаюсь, что народ, живущий в нем заслуживает его. Люди по своей природе — дрянь, за редким исключением вроде вас. Начальство — дерьмо, командование — тоже. Я пропахал как вол на свое государство, за свою службу навидался такого, от чего до сих пор просыпаюсь в холодном поту. Вы не подумайте, что я вам тут вздумал жаловаться, у вас самих своя ноша, но не уж-то у нас не может быть нормально, как у людей? Почему везде тебя пытаются в самую грязь лицом и чтоб не вылез из нее? Самое мерзкое осознание того, что ты пашешь без устали, а хорошо от этого становится только тем, кто находится далеко от всего этого дерьма…

Он замолчал и лишь погодя, продолжил.

— Вот так оглядываешься на прожитые годы, а там что? Выбирая службу, я верил в свою способность честно послужить стране, если надо, сделать ее лучше. Нет, я не претендую на звание великого реформатора, однако пусть чуть-чуть, но я смогу внести свою лепту. Так я думал раньше, а сейчас? Все мои старания пошли на пользу тем, кто в ней нуждается в саму последнюю очередь. Со временем замечаешь, как вся государственная машина состоит из паразитов, высасывающих жизненные соки. Хех, не тех тварей кровососами назвали, понимаете? Что ни начальник, тот мразь. Либо пьет за десятерых, либо гадит всем подряд, но чаще всего и то и другое. Как может существовать государство, где у руля такая гниль засела?

Скиф умолк и стало заметно, как нехотя он сам затронул чувствительную тему, а в какой-то момент его глаза стали влажными. Сказанное этим ходоком нашло отзвук у Меткого внутри, ведь и его путь в Зону был предопределен системой, от которой ему однажды пришлось убежать, но которая его нашла даже внутри Периметра.

— Тогда почему ты работаешь на них, да не займешься работой на себя, а не на государство? — спросил он. Скиф внимательно посмотрел на Меткого, но перевел взгляд на граненый стакан. Повертев его в руке, он ответил:

— Пробовал. Когда понял, что на службе особо не проживешь, ушел в отставку. Пытался организовать свое дельце, да ничего не выгорело — конкуренты задавили. Вложил все накопленное и в итоге остался ни с чем, жена ушла, хоть я ее и не виню. Ну вот на дворе две тысячи шестой и я, сидя в одной местной забегаловке, по телевизору узнаю о появлении Зоны. Сначала думал ересь какая-то, очередная «сенсация», на которые падки наши журналюги, да оказалось все не так просто. Пару лет перебивался кое-как с одной временной работы на другую, пока со мной не связался один мой знакомый еще по службе и не предложил необычное дело. Объяснил, так, мол, и так, набирается группа рейдеров в Зону Отчуждения, имеется вакансия. Я естественно стал уточнять, дескать, что да как, а он мне говорит, приезжай завтра к семи утра в часть, о пропуске не беспокойся. Приехал как договаривались, зашел в помещение. Народу собралось человек тридцать, кого-то я знал, кого-то — нет, но суть не в этом. Предложили работу за каким-то Периметром в Зоне экологического бедствия, как они ее тогда назвали, чтоб их… Сначала объявили о необходимости людей с реальным боевым опытом для охраны каких-то ученых, собранных из нескольких оборонных институтов, но зачем столько людей, естественно, не сказали. Мы конечно догадались о какой Зоне пошла речь и поначалу удивились, зачем туда для охранения такое число специалистов набирают, но нам отвечали столь расплывчато, что понять толком ничего не удалось. Однако, заявленные суммы, которые они озвучили затуманили мне рассудок, о чем до сих пор жалею. Тогда я был на мели и предложенные деньги казались манной небесной, вот и повелся на эту замануху, а те, узнав, что у меня практически нет родных, так вообще чуть ли не обрадовались, сказали — мягко и ненавязчиво — в моем случае это отличный шанс подзаработать. Без лишних раздумий я согласился, потому как все осточертело до невозможного. Заставили подписать документ о неразглашении, ну и все прочее, в том же духе. Вот так ваш покорный слуга стал военным сталкером. Надеюсь, мои россказни вам не надоели?

Скиф и сам не