Читать книгу - ""Фантастика 2026-34". Компиляция. Книги 1-22 - Сергей Чернов"

канавы следом, тяжело опираясь на свой АС «Вал». Его бронестекло пошло густой сетью трещин, но сам он был жив. Чипы «Эгиды» пульсировали в основании черепа ледяным холодом. Синдикат только что сжёг миллионы долларов, чтобы уничтожить двух мертвецов. Оперативники переглянулись в клубах чёрного, жирного дыма. Назад пути не было. Впереди сквозь радиоактивный пепел виднелись лишь искажённые, изломанные очертания Дикой Территории, за которой их ждал Мёртвый Город. Охота перешла на новый уровень.

XX

Выжженная земля за краем термобарического кратера хрустела под ногами, как битое стекло. Пепел, поднятый в стратосферу чудовищным взрывом, теперь медленно, непрерывно оседал на искорёженные конструкции высохшего Янтаря, укрывая Зону густым, серым саваном. Шрам и Виктор Крид брели сквозь эту радиоактивную метель, оставляя за собой цепочку глубоких следов в спёкшемся шлаке. Интегрированные в спинной мозг чипы «Эгиды» работали с беспощадной, садистской эффективностью. Нейро-модулятор не просто экранировал их присутствие — он грубо вмешивался в работу центральной нервной системы, искусственно занижая температуру тел и подавляя электромагнитную активность коры головного мозга.

Каждые несколько минут Крид глухо, надсадно кашлял в респиратор, сплёвывая вязкую слюну с привкусом железа. Его организм, годами сидевший на выверенной корпоративной химии Синдиката, отчаянно сопротивлялся грубому советскому импланту. Блондина мучили жесточайшие фантомные боли: ему казалось, что ледяная игла в затылке непрерывно вращается, наматывая на себя нервные волокна. Шрам переносил интеграцию молча. Его искалеченное тело давно превратилось в полигон для боли. Ветеран лишь изредка дёргал головой, когда перед глазами вспыхивали белые помехи статических галлюцинаций — побочный эффект стирания их биологического следа из ноосферы Зоны.

Пневматическое колено работало безупречно, вбивая тяжёлую титановую стопу в остывающий асфальт: пшш-клац, пшш-клац. Этот звук стал их единственным ориентиром в серой мгле. Впереди, сквозь пелену пепла, начали проступать колоссальные, ржавые остовы портовых кранов и сплетения магистральных трубопроводов Дикой Территории. Рубеж пройден. Сахаров выполнил свою часть сделки. Теперь они были официально мертвы для орбитальных группировок Синдиката, но Зона внизу, на земле, только начинала свою охоту.

XXI

Дикая Территория встретила беглецов абсолютной, враждебной геометрией хаоса. Заброшенный промышленный узел Росток представлял собой бесконечный, смертоносный лабиринт из сошедших с рельсов товарных составов, проваленных крыш заводских цехов и густых полей гравитационных аномалий, невидимых простым глазом. Воздух здесь не циркулировал, он стоял густым, кислым смогом, пропитанным запахом гниющего пластика и машинного масла.

Шрам остановил Крида резким, рубленым жестом левой руки, едва они вошли под своды полуразрушенного локомотивного депо. Ветеран медленно, стараясь не тревожить гидравлику протеза, опустился на колено. На слое бетонной пыли, покрывавшей ржавые рельсы, отчётливо отпечатались следы. Тяжёлые, глубоко вдавленные протекторы армейских штурмовых ботинок. Совершенно свежие.

Оперативник плавно стянул с плеча КС-23, но тут же покачал головой и забросил дробовик обратно за спину. Ручная гаубица была слишком громкой для этого замкнутого, резонирующего пространства. Из-за ржавого остова маневрового тепловоза донёсся едва уловимый скрип композитной брони и тихий, синтетический щелчок переговорного устройства.

Крид, бесшумно скользнув за толстую несущую колонну, аккуратно высунул ствол своего АС «Вал». В пятидесяти метрах впереди, методично прочёсывая платформу, двигалась патрульная группа из четырёх человек. Тяжёлые экзоскелеты черно-красной расцветки выдавали в них элиту военизированной группировки «Долг». Но их снаряжение диссонировало с привычным арсеналом фанатиков. На шлемах бойцов тускло поблёскивали дорогие, многоканальные тепловизионные визоры Синдиката, а в руках они сжимали умные штурмовые винтовки с автозахватом цели. Корпорация не могла засечь беглецов со спутников, поэтому она просто залила Зону деньгами, купив лояльность местных карательных отрядов. Контракт на ликвидацию был открыт, и за головы реликта и бывшего куратора теперь предлагали суммы, способные купить небольшую страну.

XXII

Дистанция между охотниками и добычей сокращалась. Бойцы «Долга» шли плотным, грамотным ромбом, их тепловизоры непрерывно сканировали холодные стены депо. Но чипы «Эгиды» делали Шрама и Крида температурными призраками — их тела излучали тепла не больше, чем окружающий их ржавый металл. Синдикатовская оптика наёмников была слепа.

Шрам посмотрел на Крида и указал двумя пальцами на замыкающего группу, а затем провёл большим пальцем по своему горлу. Блондин кивнул, плотно вжимая приклад бесшумного автомата в плечо свинцового костюма СКАТа. Ветеран 28-го отдела, в свою очередь, ухватился за свисающий сверху толстый промышленный кабель и на одних руках, абсолютно бесшумно, подтянулся на нависающую над патрулём металлическую балку мостового крана.

Когда четвёрка оказалась прямо под ним, раздался сухой, короткий щелчок. Тяжёлая девятимиллиметровая дозвуковая пуля СП-5, выпущенная Кридом, пробила слабо бронированный стык на шее замыкающего бойца. Тот рухнул на колени, захлёбываясь собственной кровью, даже не успев вскрикнуть.

В ту же долю секунды Шрам разжал руки. Сто килограммов плоти, кевлара и титана обрушились с четырёхметровой высоты прямо на закованного в броню командира группы. Пневматическое колено самортизировало удар с резким, агрессивным пшш-клац, ломая бойцу позвоночник. Ветеран ещё в падении выхватил из ножен свой широкий, воронёный армейский нож. Третий долговец успел лишь развернуться, когда стальное лезвие с чудовищной кинетической энергией вошло точно в визор его шлема, пробивая кевлар и височную кость.

Четвёртый боец в панике нажал на спуск своей умной винтовки. Но система автонаведения не видела перед собой живой цели, и ствол хаотично дёрнулся в сторону, высаживая очередь в потолок. Шрам не дал ему второго шанса. Наёмник сделал шаг вперёд и нанёс сокрушительный боковой удар пневматическим протезом по коленному суставу экзоскелета противника. Титан смял композитную броню и кость с влажным, тошнотворным хрустом. Боец рухнул на бок, воя от боли. Шрам хладнокровно наступил тяжёлой металлической стопой на его бронированную шею, перенося вес, пока хрящи не лопнули с сухим треском. Бой длился ровно шесть секунд. Ветеран вытер окровавленный нож о куртку убитого и поднял взгляд на Крида, выходящего из-за колонны. Путь в Мёртвый Город был открыт, но теперь они знали, что Зона полностью мобилизована против них.

XXIII

Мародёрство заняло не больше минуты. Обыскивать трупы элиты «Долга» пришлось с ледяной, прагматичной осторожностью. Виктор Крид жадно потянулся к обронённой умной винтовке убитого командира, но едва его пальцы в свинцовой перчатке сомкнулись на эргономичной пистолетной рукояти, оружие издало короткий, гневный писк. Биометрический датчик Синдиката, встроенный в полимер, не распознал пульс законного владельца и намертво заблокировал затворную группу, превратив дорогой штурмовой комплекс в бесполезную пластиковую дубину. Блондин с глухим рычанием отшвырнул винтовку в ржавую лужу. Корпорация умела защищать свои инвестиции даже после смерти сотрудников.

Шрам не обратил на истерику напарника ни малейшего внимания. Ветеран методично, словно мясник на разделке, срезал с разгрузок убитых то, что не имело микрочипов: четыре тяжёлые оборонительные гранаты РГО, несколько механических