Читать книгу - "История одного человека 2 - Фанур Аминович Галиев"

Лаборатория встретила меня своей прежней стерильностью. Никаких следов вчерашних действий тут не было. Карп, где бы то он не пропадал сейчас, хорошо поработал. Я направился в душевую – привести себя в готовность. К моменту моего возвращения, ассистент уже меня поджидал.

- С возвращением, - приветствовал он меня, держа в руках знакомую папку, - Наконец-то мы можем продолжить!

Его до странного бодрый и переполненный энтузиазмом голос ввел меня в некоторый ступор. И где вчерашний пессимизм? Когда он успел так резко поднять настроение? Или у него просто характер такой переменчивый?

- Хотел сказать то же самое, - кивнул я ему, принимая поданную папку и на ходу ее открывая. В глаза мигом бросились появившиеся новые страницы, в которых ровным четким почерком была описана как сама операция, так и все, к чему она привела. Два десятка исписанных страниц с подробным описанием – мое почтение, Карп!

- Пройдемте, - немедленно встрепенулся ассистент и повел меня к отдаленной стене лаборатории. Мазнул пальцем по одной из плит, я различил легкую вспышку его чакры, и вскоре мне открылся проход в другое, практически такое же по размерам помещение. Судя по количеству специальных коек и кушеток, она играла роль палаты. Наш больной обнаружился тут же, на одной из коек, с подключенной к нему сложной системой проводов и капельниц, которые тянулись от внушительного, примерно в мой рост белого металлического шкафа с несколькими горящими экранами и множеством кнопок. Какая вещь!

- Впечатляет,- только и смог я сказать, бросив взгляд на показания, высвеченные на экране. Удобная штуковина, особенно для малоопытного ирьенина.

- Особенно ценой, - усмехнулся Карп, сосредоточив свое внимание на пациенте, а не на приборе, - Взгляните.

Я отвлекся от игрушки и тоже сосредоточился на куда более презентабельно выглядящем больном. Да, былого безумного потоотделения больше не наблюдается. Судя по чистой коже, Карп не просто его полностью отмыл, но и отскреб все выделения. Значит, яд полностью выведен из организма.

Анализ посредством мистической руки занял немало времени. Я просканировал все его внутренние органы, ткани, кости, фиксируя наметившиеся процессы ускоренной регенерации. Сильно пострадавшие части его тела начали уверенно возвращаться к своему исходному состоянию. То же самое наблюдалось и с отказавшими органами. Нельзя было сказать, что процесс завершится уже в ближайшее время, но он шел.

- Тенденции положительные, - заметил я, подняв взгляд на Карпа, который неотрывно наблюдал за моими манипуляциями.

- Согласен, - кивнул он, и глазами указал в сторону головы, - Но как быть с мозгом.

Я опустил покрытую зеленым свечением руку на лоб пациенту и сосредоточился. Довольно скоро поток информации захлестнул мое сознание. Да, с этими тканями требовалась куда более серьезная работа. Яда конечно, там не было. Но ущерб нанесенный им, а также длительным отсутствием кислорода…

- Восстановление идет. Правда, слишком медленно, - заключил я спустя время, - Не факт, что разум сохранится.

Карп посмотрел на меня сквозь прорези своей маски и долго не отпускал взгляд. Было что-то в его глазах…

- Нужно провести новую процедуру обработки, - сказал я, отводя взгляд и копаясь среди своих вещей. Нужно было увеличить степень контакта с человеком. Через некоторое время очередная доза сыворотки влилась в его кровеносную систему.

- Что-то от меня нужно? – осведомился ассистент.

- Ничего, кроме тишины.

Я долго сосредотачивался. Мне нужно было накопить запас природной энергии и тщательно смешать ее с моей собственной чакрой. Когда в процентном соотношении природная энергия дошла до тридцати процентов (мои глаза уже вполне могли выдать меня, равно как и возросший объем энергии внутри меня), я начал планомерно вводить этот коктейль тело пациента двумя путями – через медицинскую технику и нити. Я старался направлять оба потока исключительно в мозг – ничего лишнего нельзя было выводить за пределы черепной коробки. Малейший просчет и у больного могли появиться ненужные пигментные пятна под глазами, или вообще какие-то другие изменения внешности.

Процесс восстановления пошел стремительными темпами. Клетки головного мозга ускорили свое деление. Я наблюдал за тем, как определенные участки постепенно восстанавливаются, ток чакры в них плавно повышался. Судя по нескольким достаточно громким сигналам прибора, изменение работы мозга повлияло и на сам организм. Хорошо. Главное, чтобы процесс не останавливался….

- На сегодня достаточно, - сказал я, отводя руки от головы, - Восстанавливать головной мозг тяжелее, чем все остальное. Хотя есть причина для сдержанного оптимизма.

- Хоть так, - согласился Карп, весь процесс лечения простоявший рядом и неотрывно следивший за работой. Да, во время вчерашней работы ему цены не было, но сегодня его присутствие несколько раздражало. Мне непрерывно приходилось думать о том, чтобы не перегнуть с концентрацией природной энергии и не разрушить свою секретность. А мне до сих пор не так легко контролировать эту силу, как раньше. Длительная антипатия и простой сказывались сильно.

Я направился в сторону выхода. Желания оставаться в лаборатории не было. Хотелось сначала поесть, а потом запереться у себя в комнате и продолжить работу уже дистанционно. Не зря же я так долго и упорно формировал связь между мной и пациентом. Тем более, что никто не устанавливал мне никакого регламента.

В столовой я появился вновь одним из последних. Хорошо, что не опоздал. Хорошо бы выучить распорядок его работы. А то можно и остаться без еды.

На меня обратили примерно столько же внимания, сколько и утром (или все-таки днем?). Несколько человек проводили меня профессионально выверенными взглядами, несколько предпочли сделать вид, что меня не заметили, а работавший на раздаче АНБУ (хорошо, что только в маске, а не в полной боевой выкладке!) даже обмолвился несколькими фразами, уточняющими мою порцию. Еда вновь закончилась быстрее, чем хотелось, а по завершению моего приема пищи, я вновь ощутил знакомое чувство пристального взгляда. Уже ожидая увидеть знакомую маску, повернул голову. Да, это определенно тот же оперативник. Снова с пустым подносом, и во все той же позе. Словно и не двигался с прошлого раза. А ведь я не заметил его, когда заходил.

Я вышел из столовой, вновь кивнув ему, и направился в свою комнату. Стоило мне оказаться в ней, немедленно сформировал вокруг себя барьер и сосредоточился на нитях, что вели к пациенту. Попробую совместить приятное с полезным – продолжать восстановление, попутно пытаясь проникнуть в его память. Раз уж до завершения разрабатываемого мной и Дайчи способа передачи информации через эти самые нити между людьми до сих пор