Читать книгу - "Ухорез 1-5 - Василий Горъ"

Выбралось… всего семь человек, которые, как выяснилось чуть позже, выжили только благодаря тому, что владели Огнем и успели подняться на тринадцатый-четырнадцатый уровень. А покровы остальных не выдержали ударов лезвий мясорубки, схлопнулись и… хм… не оставили владельцам ни одного шанса на выживание.

В общем, заглядывать во внедорожники не понравилось даже егерям, «в прошлой жизни» видевшим и не такое. А внимание Красовской я намеренно замкнул на себя. Как? Да очень просто: заметив хоть и иссиня-белое, но все-таки знакомое лицо, недобро ощерился, подхватил напарницу под локоток, подвел к толпе трясущихся пленников и задал провокационный вопрос:

— Наташ, скажи, пожалуйста, мне чудится, или перед нами сейчас стоит Ростислав Александрович Терехов собственной персоной?

Природница… отожгла:

— Откровенно говоря, самовлюбленные мужчины вызывают во мне такое отвращение, что их лица я не запоминаю, но что-то знакомое, кажется, вижу…

— Олег Леонидович, произошло небольшое недоразуме— … — начал, было, наследничек «овечьего короля» Империи, но я его заткнул:

— Рот закройте: я разговариваю не с вами!

Тут подал голос Прохор Осоргин, выполнивший «основной» боевой приказ:

— Олег Леонидович, в каждой машине, кроме четвертой, было по шесть человек. Практически у всех имелись штурмовые автоматы с подствольными гранатометами. В багажных отделениях семи условно целых машин видны пулеметы, ручные пехотные огнеметы, ручные противотанковые гранатометы одноразового применения и крупнокалиберные снайперские винтовки. На мой взгляд, в таком составе и с таким вооружением по гостям не ездят.

— И я того же мнения… — отозвался я, достал из кармана телефон, набрал Ремезова, дождался ответа, обменялся с «адвокатом» приветствиями и перешел к делу: — Петр Романович, у меня тут небольшое ЧП: в мои владения заехал кортеж из восьми внедорожников без номеров и с наглухо затонированными стеклами, демонстративно снес табличку «Частное владение», сбил в кювет фургон службы доставки Белоярского аэропорта, ехавший в сторону трассы, и пытался расстрелять мои патрульные дроны из автоматических пулеметов. Кортеж мы, естественно, остановили и выяснили, что машины битком набиты оружием. А идейный предводитель этого вторжения, наследник главы рода Тереховых Ростислав свет Александрович, пытается меня убедить в том, что произошло небольшое недоразумение. Но мне не верится. Хотя бы из-за того, что у меня есть видеозапись нашей предыдущей встречи с этой личностью, и я на сто процентов уверен в том, что меня собирались «воспитать». Так вот, вы не возьметесь представлять мои интересы в этом конфликте?

— С превеликим удовольствием! — как-то очень уж радостно ответил прокурорский и весело хохотнул: — Кстати, в данный момент я нахожусь в кабинете Анатолия Игоревича и в самом начале вашего монолога догадался вывести звук на внешний динамик. Так что санкцию на представление ваших интересов я уже получил… а мое Большое Начальство, возмущенное крайне неуважительным отношением наследника главы рода Тереховых к человеку, спасшему жизнь Его Императорскому Величеству, уже набирает генерала Анциферова…

Глава 31

28–29 октября 996 г. от ВР.

…Забирать Тереховых приехал представительный кортеж, состоящий из автозака, двух гражданских автовозов, мощного армейского автокрана и семи бронированных «Таранов». Каюсь, оглядев первую машину, я решил, что она не удержит магов, прорвавшихся в третий ранг в момент гибели коллег. Но стоило заглянуть в ее кунг, как все вопросы снялись сами собой: каждое из двенадцати посадочных мест представляло собой стальное кресло, вваренное в стену, с массивными фиксаторами для шеи, рук и ног.

Конвоиры тоже внушали некоторое уважение — все десять человек, судя по типу и плотности покровов, были Молниевиками, «пророщенными» все в тот же третий ранг. А значит, при прямом противостоянии должны были с гарантией порвать Тереховых в лоскуты. Поэтому я со спокойной душой дал команду передать подопечных этим воякам, немного понаблюдал за погрузкой «вагонов» «паровозика» на платформы и спросил некоего майора Пономарева, вытащили ли они из кювета фургон службы доставки.

— Так точно, ваше благородие! — молодцевато доложил он и обрадовал: — Мало того, в данный момент водителя опрашивает наш следователь. Так что ваши… хм… незваные гости ответят еще и за это преступление. Кстати, мои люди закончили проводить экспресс-анализы и доложили, что, судя по содержанию этанола в крови Ростислава Александровича Терехова, в момент въезда в ваши владения он пребывал в состоянии сильного алкогольного опьянения.

— Это объясняет некоторые странности поведения водителей кортежа… — равнодушно сказал я.

«Ведун» оказался личностью с понятием: как-то почувствовав, что я не расположен обсуждать подробности чрезвычайного происшествия, покосился на подчиненных, поднимавших в автозак последнего задержанного, подождал еще секунд десять-пятнадцать, официально заявил, что принимает эту семерку под охрану, и дал понять, что со всем остальным справится сам.

Я в этом нисколько не сомневался. Тем не менее, оставил на месте ЧП тревожную группу, затем попрощался с майором, коротко кивнул Осоргину с Чекменевым и в сопровождении Красовской потопал к своему «Тарану».

Яшина, подогнавшего внедорожник поближе, жестом отправил на одно из задних сидений, сел за руль, подождал, пока в машину загрузится «свита», развернулся и порулил в сторону усадьбы. Как только набрал крейсерскую скорость, позвонил матушке и сообщил, что мы возвращаемся.

Этого утверждения хватило за глаза: она заявила, что ужин готов и ждет, так что у меня немножечко улучшилось настроение, а правая нога сама собой поддала газку. В результате, к КПП подъехал минуты на полторы быстрее, чем рассчитывал, высадил Яшина, долетел до гаража, припарковался, отпустил Прохора и Илью заниматься своими делами, нагрузился подарками Таньки и выбрался из машины.

Поднявшись на хозяйский этаж, на пару с Наташей завалился в гости к родительнице, раздал «лишние» ножи, согласился с тем, что эта конкретная Державина — умница, и умотал к себе. Принимать душ, натягивать домашнее шмотье и все такое. Пока мылся, сушился, одевался и наводил красоту, еще раз обдумал свои возможности в начавшемся противостоянии с Тереховыми и основательно загрузился. Поэтому во время трапезы практически не принимал участия в застольной беседе и не обращал внимания на