Читать книгу - "Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин"

Даже если не дойдем к реке, то обязательно придем еще куда-нибудь. Вера в лучшее горела в каждом из нас. Но потом пришел дождь.

— Доигрались, — остановившись на месте и посмотрев ввысь, недовольно процедил Артем.

Пояс с платья Светы пришлось перевести на головные уборы, замотав на манер сверкающего тюрбана. Не самая теплая вещь, но воду до волос не допускала. А Паше даже шло.

— Они специально, — поежившись от холода, обиженно произнес Паша, поправив фольгированную шапочку. — Они ведь контролируют погоду!

— Еще бы не специально. Эти идиоты подожгли лес, — гневно выдохнул Артем.

— Кто? Где? — заоборачивался Федор.

И я тоже внимательно принюхался — но вроде, кроме обычного сладковатого запаха прелой листвы и терпкого запаха мокрой коры, ничего не было.

— Там, — махнул он вправо. — Другие участники. Давно горит, — развернулся обратно на маршрут Артем и неторопливо двинулся вперед. — Привал окончен.

Федор торопливо уцепился за его пояс, но все-таки полюбопытствовал:

— А когда?

— Час назад, — буркнул скрипач, прижимая руками футляр и ловко раздвигая им ветви.

— Отсекли преследователей, — подала голос Света.

— Или решили, что никто не должен выиграть. Подожгли и вернулись обратно.

— Но это же… неправильно… — чуть не поскользнулся брат.

— Плохие люди, — охарактеризовал их Паша, помня про присутствие дамы среди нас.

А через десяток шагов мы буквально вынырнули на довольно широкую просеку с глубокой колеей от тяжелой техники и следами гусениц. Дорога шла дугой и уже через сорок метров не просматривалась в обе стороны.

— Официальный маршрут? — предположил я.

— Очень на это похоже, — согласился Артем.

— Может, даже лабиринт, — пробежался вперед Паша, чтобы заглянуть чуть дальше. — Там впереди дорога снова сворачивает, но в другую сторону.

Следом побежал Федор, проверить то же самое, да и я не удержался и пробежался в другую сторону. Все-таки после нескольких часов монотонного движения очень хотелось простора и скорости.

— С этой стороны, — махнул я, вернувшись, — два пути в разные стороны. Действительно лабиринт.

— Пойдем? — просительно глянул Паша.

Дождь на просеке лил куда сильнее, чем под защитой крон, но это была часть привычного мира, кажущаяся куда более безопасной, чем дикая чаща.

С другой стороны, вряд ли кто из обитателей леса станет его поджигать, обрекая остальных на гибель. Настолько жестоких обитателей там нет.

— Нам все еще к реке? — уточнил у меня Артем.

— Да.

— Тогда за мной, — вновь подошел он к стене леса, внимательно ее оглядел, будто видел нечто большее, чем хаотичное переплетение ветвей, и довольно констатировал: — Нам сюда.

— Как он это делает? — нахмурившись, спросил я, стоя в метре от Артема.

Только тот был уже в лесу, а мы — на тропинке. А тот самый момент перехода вновь остался незамеченным из-за движения ресниц.

— Я не чувствую Силу, — задумчиво произнес Паша.

В спины деликатно подтолкнула ладонями Света, обрывая рассуждения.

— И чьи это тропы? — не удержался Пашка от вопроса, прислонившись к стволу, когда все вновь оказались под сенью леса. — Ни одной зарубки! Ни одной полянки с лавкой! Даже маркировки на мачтовых деревьях нет! Ладно если лесничество давно закрыли, но следы обязаны были остаться!

— А вон, — указал Артем за спину Паше.

Тот резко дернулся и обернулся, но, как и мы все, никого не обнаружил.

— На коре, выше головы, — подсказал Тема.

Там были глубокие вертикальные рубцы, уже поджившие за достаточное время под слоем смолы.

— Э-это что? — сглотнул Паша.

— Когти хозяина тропы, — буднично уточнил он.

— Ух ты, настоящий медведь! — оглянулся я по сторонам.

— Тихо! Он не любит, когда шумят, — шикнул на меня Артем, вновь шагнув на тропу.

Ребята впечатлились и молча двинулись следом, только на этот раз позади меня встала Света.

— Не надо его звать, пожалуйста, — шепнула она мне в ухо и положила руку на плечо, поближе к шее.

— Ладно, — разочаровался я, продолжая выглядывать настоящего большого медведя между деревьев.

У меня ведь были только маленькие медвежата, да и совсем недолго — всего один вечер. В газетах писали, что их устроят в зоопарк, а когда подрастут, выпустят из неволи.

И чувство, что именно этот медведь — из числа моих, нешуточно подогревало интерес. Конечно, вряд ли, но ведь есть какой-то шанс? Даже если он меня не узнает — посмотреть бы хоть издали…

— У тебя уже есть дельфин, тебе не нужен медведь, — продолжала настаивать Света.

— Хорошо…

— Медведь съест дельфина.

— Я понял.

— Медведь съест собаку.

— Угу…

— Медведь съест вареники.

— Да прекратите вы уже! — зашипел Артем. — И так есть хочется, а вы тут!..

Скормили ему шоколадку и отправились дальше.

Несколько раз пересекали просеки, неизменно их игнорируя и вновь вступая в дикий лес. Никого из других команд так и не встретили — то ли так сильно отстали, то ли двигались с самого края. Но сам факт присутствия просек говорил о том, что за пределы турнира мы не вышли, что изрядно успокаивало Пашку. Он довольно быстро перестал бояться медведя — уж больно запущенной была тропа, тем более что его поставили сразу за Федором в центр строя — и продолжил бояться того, что заставило его отправиться на турнир добывать большие деньги. Только чего или кого именно — так и не сказал.

Через час такого движения Федор признался, что больше идти не может. Дождь кончился, над головой разошлись тучи, демонстрируя вечернее небо с первыми искорками самых ярких звезд. Холод никуда не ушел, дыхание вырывалось облачками пара. Ткань, пропитавшись водой, слегка хрустела от морозца. Приходилось прятать ладони в карманы и рукава.

— Еще немного продержишься? — попросил его Артем, с тоской глядя вперед, по направлению движения тропы.

— Продержится, — ответил я за брата и взял его на руки.

Холод, сковавший землю и опавшую листву, позволил ускорить шаг, а отпечатки подошв Артема проступали особенно четко. К следующей просеке удалось выйти через семь минут.

— Все, можно разводить костер, — вымотанно произнес наш поводырь, чуть ли не падая на землю. — Придется со спиртом разжигать, весь хворост вымок.

— Я пройдусь, — предупредил товарищей, вповалку садившихся на землю, устроил Федора рядом со Светой и направился к левому ответвлению лабиринта.

Совсем скоро путь разделился на два, заставив всерьез подумать над дальнейшим решением. Ветка дороги слева привлекала округлым расширением вроде полянки — судя по следам от гусениц, техника тут разворачивалась по широкому кругу. Так что можно было присмотреть это место под привал с ночевкой. А вот справа отчетливо слышалось тявканье. Шагнув вправо, замер, а затем все же вернулся обратно. Будет нечестно забрать эту загадку себе целиком.

— Там щенки, возможно, — сообщил я отдыхающим ребятам.

Те устали настолько, что даже