Читать книгу - "Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова"

поняла. Ослышалась. Неверно проинтерпретировала ее слова. Такое ведь тоже бывает. Зачем пороть горячку.

— Я хочу его убить, — повторила Бекка, продолжая вести пальцем следом за кружащим в небе Мясником. — Самый эффективный способ — ненадолго обездвижить и перерезать шею. Только вдоль, а не поперек, так выше шансы, что…

Не-а, не ослышалась.

Вероятно, я изменилась в лице, да так сильно, что Бекка уронила руки и слегка отодвинулась.

— Прости. Я не специально, — промямлила она и виновато опустила голову, стараясь скрыть стыдливо вспыхнувшие румянцем щеки. — Честно говоря, я постоянно хочу кого-то убить. Того рыбака. Тебя. Власту. Братьев. Я думаю об этом снова и снова.

— Бекка… — прошептала я потрясенно. У меня просто слов не было.

Девочка сжалась, подтянула коленки к груди и обняла их руками. Такая маленькая и беззащитная, что, не будь слов про убийство, я уже давно бы обняла и прижала ее к себе с поистине звездокрыловским дружелюбием.

Сглотнув, я сделала вдох, силясь побороть нерешительность и страх, а после спросила:

— Это осколок артефакта так на тебя влияет?

Едва я сказала это, как сердце начало биться чуть сильнее, а в теле появилась тревога. Я столько раз со страхом думала о том, что может сделать со мной эта демонова лошадка в манжете, и вот сейчас настал час икс. Вносите на мой стол блюдо с правдой! Время отведать ее.

Но Бекка как назло медлила. Задумчиво смотрела в точку перед собой, словно не замечая моего требовательного взгляда.

— Знаешь… — сказала она после самой долгой паузы в моей жизни и замолкла.

Я нервно сжала и разжала кулаки. Как бы так сказать, что я уже достигла своего предела терпения и нахожусь в шаге от того, чтобы схватить ее за плечи и трясти до тех пор, пока не услышу ответа?

— Я могу соврать, что вся вина в артефакте, — наконец заговорила Бекка, — но проблема не в нем. Проблема в нас самих. Если хочешь знать, то камень — это то единственное, что удерживает меня от бессмысленного насилия. Мысль о безграничной силе, которой я обладаю, рождает безграничную ответственность за ее использование. И это не дает мне права перерезать горло белобрысой подружке Эрика или опечалить Кристена твоей смертью.

Кто-то что-то понял? Я — нет.

— Смотри, все просто. — Ожившая Бекка пустилась в объяснения: — Кристен считает, что артефакт усиливает врожденные качества Всадника. Он вечно всех опекал еще до того, как стал щитом, дядя дрался, а я, сколько себя помню, отличалась от сверстников. В пять я впервые убила кошку, чтобы посмотреть на трупное оцепенение. И мне не было ее жалко. Абсолютный холод, полное равнодушие. Теперь понимаешь?

Честно говоря, с трудом.

— Тебе не о чем переживать, Риана. Я видела, как сильно ты испугалась того, что сделала с той акулой. И если хочешь знать мое мнение, то я думаю, что этому миру нереально повезло, что новым Мором стала такая пугливая, жалкая, сомневающаяся… далекая от амбиций и честолюбия Всадница, как ты.

— Вот спасибо!

— Не обижайся. Все твои недостатки — это гарант того, что в результате пострадает незначительное число… акул! Твоя откровенная никчемность — это твоя сила.

— Бекка, это самый сомнительный комплимент из тех, что я слышала.

— Ну какой есть, — развела она руками.

Мы какое-то время помолчали, наблюдая как Мясник приветствует проснувшиеся на небе звезды, пока Бекка не толкнула меня плечом в бок.

— Тебе пора, Риана. А то Кристен там весь уже, наверное, испереживался и вот-вот начнет бить в колокол тревоги.

— Точно! Дежурство.

Спохватившись, я вскочила, спрыгнула с ящика, но уйти не смогла. Развернулась, встретилась с Беккой взглядом и улыбнулась.

— Эй, холод севера! Пусть ты и думаешь о жутких вещах, владеешь чудовищным артефактом и крайне неудачно шутишь, но пока ты не делаешь всего того, о чем невольно думаешь, ты не плохой человек.

Бекка наклонила голову к плечу и забавно сморщила нос.

— Да, но и хорошей я себя не считаю, — сказала она.

— Тогда я скажу тебе всего лишь две вещи, Бекка Арктанхау, — торжественно произнесла я, чувствуя, как воздух вокруг нас двоих едва уловимо дрожит от важности момента. — Во-первых, тебе не надо менять себя, потому что это невозможно. А во-вторых, ты и так достаточно хороша, раз до сих пор держишься. Просто прими себя, Бекка. Прими все, что способна принять, и возьмись за изменения там, где сделать этого не сможешь.

Девочка фыркнула и махнула рукой, словно пыталась поскорее изгнать меня из поля своей видимости.

— Ой, да иди уже, Адриана Нэш! Кристен с ума сойдет, если ты задержишься еще хотя бы на минуту…

Я улыбнулась. В этот момент я чувствовала себя больше все знающей и понимающей Эрикой Магни, чем неуверенной и слабой Адрианой Нэш.

Развернулась и побежала вперед, чувствуя на лице холодное прикосновение ветра. Пересекла открытое пространство и повернула в сторону большого шатра, где разместили на ночь завров.

Наспех сколоченная рабочими поилка закрыла от меня ряды с ящиками. Я прибавила шаг, но будто неведомая сила толкнула в грудь, заставила сделать шаг назад, обернуться и кинуть последний взгляд на сестричку Кристена.

Бекка сидела все там же на ящиках. Обняв себя руками, девочка смотрела в небо, где среди звезд резвился Мясник. Ее щеки поблескивали от слез, а губы кривились от боли, которую невозможно выплакать. Потому что рука об руку с этой болью шло недовольство собой, которое не позволяло принять и полюбить себя.

Тихо отступив, я вернулась к кормушке для завров и услышала шум крыльев у себя над головой — Мясник заходил на посадку.

— Надеюсь, ты был паинькой и душкой все это время? — полюбопытствовала я, когда он грузно опустился на доски и сложил крылья.

— Р-р-р! — огрызнулся тот, по всей видимости, не желая быть ни паинькой, ни душкой, а я покачала головой.

— Напомни проверить твой уровень тестостерона, когда вернемся в академию З. А. В. Р. Я отказываюсь верить, что ты действительно такой бука, каким кажешься.

Мясник рыкнул, недобро оскалился и начал опускать морду, видимо в попытке доказать, что тестостерон тут ни при чем, но я оказалась шустрее.

Сорвавшись на бег, я шустрым мышонком скользнула мимо лап здорового дракона и подбежала к шатру. Руки схватили и отдернули край плотного брезента. Я ворвалась внутрь и замерла, оглядываясь.