Читать книгу - "Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский"

подниматься. Тяжёлый механизм скрипнул, цепи натянулись.

Я шагнул под арку.

Камень здесь был тёмен от влаги. Внутренний двор просматривался через узкий проём. Солдаты двигались вдоль стены, кто-то тащил ящик, кто-то поднимался по лестнице на башню.

Попугай сел мне на плечо.

— Место весёлое.

— Тебе нравится?

— Здесь хотя бы есть стены.

Я остановился на секунду и посмотрел через реку. Туман чуть рассеялся, и серые земли стали отчётливее. Далеко, но в прямой видимости. Здесь никто не забывал, зачем стоит эта крепость.

Ветер тянул с чужого берега.

Я сжал конверт в руке и пошёл дальше, вглубь двора.

Зима только начиналась.

Меня провели через внутренний двор к административному крылу. Снег здесь был утоптан до серой корки, между каменных плит выступал лёд. Ветер гулял вдоль стены, цепляясь за флаги. Солдаты двигались без суеты: двое отрабатывали связки у стены, трое тащили ящик к складу, часовой на башне медленно разворачивался вместе с ветром.

Попугай летел чуть позади.

— Ни зерна, ни нормального навеса. Крепость называется, — пробормотал он.

Адъютант, сопровождавший меня, даже не обернулся. Молодой, с чёткими движениями, без лишних слов. Мы поднялись по узкой каменной лестнице, прошли по галерее и остановились у двери без табличек.

Он постучал дважды.

— Входите.

Кабинет оказался простым. Стол, два стула, шкаф у стены. На стене висела карта. Чёрные линии рек, серые пятна лесов. Красными метками отмечены разломы. Некоторые обведены дважды.

Окно выходило на реку. Сквозь стекло виднелся противоположный берег и башни чужой крепости.

За столом сидел комендант. Лет сорока пяти. Форма строгая, без наград и лишних украшений. Лицо спокойное, взгляд внимательный. Он взял мой конверт в руки.

Я остановился в двух шагах от стола.

Он читал долго. Переворачивал листы медленно, без спешки. Пауза затянулась.

Попугай сел на подоконник.

Комендант положил бумагу на стол.

— Универсал. В разломы. Пять месяцев. Император щедр.

Голос ровный, без насмешки.

Он поднял глаза и смотрел на меня. Молча. Взгляд задержался дольше обычного.

Я не отвёл глаз.

Ветер за окном качнул флаг на башне.

— Молодёжь в разведку не посылают, — сказал он спустя паузу. — Тем более универсалов. Но здесь указана именно разведка.

— Приказ подписан, — ответил я.

Он кивнул.

— Приказ — не гарантия, что ты вернёшься.

Тишина снова встала между нами.

Я стоял прямо.

Он опёрся локтями на стол.

— В столице любят ставить эксперименты. Здесь платят за них жизнями.

Я перевёл взгляд на карту. Красные отметки у реки. Одна — обведена дважды. Комендант машинально коснулся пальцем именно её, когда говорил.

На его руке мелькнул перстень. Герб великокняжеской ветви. Без показного блеска, но отчётливый. Адъютант у двери чуть выпрямился, когда комендант повернул голову.

Фамилии он не называл. И не требовал представления по титулу.

— Сколько выходов в разломы? — спросил он.

— Достаточно.

— Групповая работа?

— Бывала.

— Потери?

— Были.

Он кивнул.

— Развивать стихии начал?

— Да.

— Чувствуешь магию?

— В пределах разумного.

Он снова посмотрел на меня внимательно.

— Разведка здесь — не прогулка. За рекой смотрят. Разломы открываются чаще, чем хотелось бы. Возвращаются не все.

— Понимаю.

Он откинулся на спинку стула.

— Тебя разместят в северной казарме. Завтра ознакомительный выход. Сначала наблюдение. Потом решим, куда тебя поставить.

Я кивнул.

Попугай хмыкнул.

— Мне отдельную комнату дадут?

Комендант перевёл взгляд на птицу.

— Птица остаётся вне казармы.

— Возмутительно, — буркнул попугай.

Комендант снова посмотрел на меня.

— Вопросы есть?

— Один.

Он ждал.

— Почему именно сюда?

Он чуть склонил голову.

— Потому что здесь не получится играть в игры.

Пауза.

— Свободен.

Адъютант открыл дверь. Я развернулся и вышел в коридор. Камень под сапогами холодный, шаги глухо отдавались в стенах.

Попугай сел на плечо.

— Он тебя проверял.

— И что?

— Ты не дрогнул.

— А должен был?

— Интересно было бы посмотреть.

Мы спустились во двор. С башни снова донёсся короткий сигнал — смена часовых. За рекой туман чуть рассеялся, и флаги на чужой стороне стали ярче.

Я задержался на секунду, глядя на линию воды.

Пять месяцев.

Я повернул к северной казарме.

В северной казарме пахло железом и мокрой шерстью. У стены стояли стойки с оружием, над ними — аккуратно развешанные плащи. Койки вытянуты в две линии, проход между ними чистый. Кто-то точил клинок, кто-то проверял ремни, кто-то сидел на ящике и молча смотрел в пол.

Я вошёл, стряхнул снег с плеча.

Несколько взглядов скользнули по мне и тут же ушли в сторону.

— Новенький, — сказал кто-то негромко.

Из глубины казармы вышел командир. Лет под сорок, может чуть больше. Лицо пересечено старым шрамом от виска к подбородку. Шрам побелел, но не сгладился. Форма сидела плотно, без лишних деталей. Движения короткие, точные.

Он остановился передо мной.

— Фамилия.

— Львов.

Он кивнул, будто уже знал.

— Универсал.

— Да.

— Нам студентов не надо.

В этот момент в казарму вошёл адъютант из штаба. Он держал свёрнутый лист.

— Это распоряжение сверху, — сказал он и протянул бумагу командиру.

Командир не стал разворачивать. Просто взглянул на печать, потом на меня.

— Сверху любят экспериментировать, — сказал он, возвращая лист адъютанту. — Здесь эксперимены редко переживают.

Адъютант вышел.

Командир шагнул ближе.

— Сколько выходов в разломы?

— Достаточно.

— Конкретнее.

— Больше десяти.

— Группой работал?

— Да.

— Отступал?

— Да.

Он кивнул.

— Это правильно.

В казарме кто-то тихо усмехнулся, но быстро замолчал.

— Здесь в бой не вступают, — продолжил командир. — Разломы фиксируют. Проверяют границы. Если расширяются — сигнал. Если массовый выход — отступление.

Он обвёл взглядом отряд.

— Самодеятельность — похоронка.

Никто не возразил.

— Состав знаешь? — спросил он меня.

Я покачал головой.

Он указал рукой.

— Проводник.

Из-за стеллажа вышел сухой мужчина с узким лицом. Глаза светлые, взгляд направлен куда-то мимо людей. Он кивнул.

— Стрелки.

Двое подняли головы. Один старше, с короткой бородой. Второй моложе, с тёмными глазами и аккуратно собранными волосами.

— Маг.

Тот стоял у стены, в перчатках до локтя. Он кивнул едва заметно.

— Ещё двое — поддержка.

Они уже проверяли ремни на ящиках.

Попугай слетел с балки и сел на край койки.

— А птице место предусмотрено?

Один из стрелков усмехнулся.

— Если съедобная — найдём.

— Хорошая идея, —