Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

— Бегите! Я их задержу! — скомандовал Бальтазар.

Никто не стал спорить, все забрались на летунов и поднялись в небо. Я видела, как муж удерживал детей, чтобы они нас не ранили.

«Хоть бы Бальтазар не пострадал, хоть бы дети не пострадали», — шептал мой внутренний голос. Сердце сжималось в груди.

— Думаешь это правда? — спросил озадаченно Энза, подлетая на своем летуне ближе ко мне.

— Хочется надеяться, что нет. Но все факты говорят обратное, — вздохнула я.

«Я же в прошлый раз помогла его светлой душе победить, нужно просто сделать это снова», — подбадривала я сама себя.

— Леди Мила! Мы хотим, чтоб ты знала, мы не виним тебя ни в чем! И пойдем за тобой хоть на край света! — сказал Энза.

Увидела, как остальные кивнули мне, в знак того, что Энза говорит правду. Через некоторое время нас догнал Лекс.

Бальтазар ничего нам не сказал, он был поглощен своими мыслями. Таким мрачным я его видела только один раз, когда я покинула Пандору у него на глазах.

А тем временем летуны уносили нас все дальше и дальше от родного дома. Останавливались мы только на ночлег, а рано утром снова отправлялись в путь.

Мы остановились на окраине леса, чтобы наши друнги немного отдохнули. Я подошла к Бальтазару и обняла его, ничего не говоря. Я чувствовала, что он переживал из-за слов Александра и Марии.

— Все будет хорошо! Мы вместе со всем справимся! — прошептала я с уверенностью.

Бальтазар посмотрел на меня с благодарностью и провел рукой по моему лицу. Он наклонился, чтобы поцеловать меня, но остановился. Глаза его запылали огнем, он смотрел куда-то за мою спину и весь напрягся. Я обернулась, к нам приближалось целое войско, которое состояло не только из военных, но и обычных жителей, судя по их одежде. В нас выпустили целый дождь из стрел, и я тут же окутала всех своим голубым пламенем, а потом выставила щит впереди нас, и стрелы сгорали, не причиняя нам вреда. Нас окружали со всех сторон. Я видела, как мои родные приготовились к бою, как их лица стали сосредоточенными. Аврора выпустила свои стрелы, поражая противника. Энза отправлял во всех свои огненные копья. Мы встали в круг, защищая спины друг друга.

— Милорд Бальтазар! — услышала я незнакомый голос. — Ваши дети уничтожили все наши дома, лишили нас близких людей, думаю будет справедливо, если мы убьем ваших родных!

Заметила, как мой муж запылал огнем, как задышал тяжелее, сдерживая свою темную сторону.

— Расходитесь! И никто не пострадает! — прорычал мой муж так грозно, что в глазах простых жителей отразился страх.

— Нас много, а вас всего восемь, думаю это вам нужно сдаваться! — рассмеялся пожилой мужчина на коне.

Я даже моргнуть не успела, как Бальтазар отправил свои огненные шары в толпу людей, превращая всех в пепел. Этот жест спровоцировал остальных напасть на нас. Я сосредоточилась, отбивая удары, и одновременно защищая пламенем своих родных от других атак. Никогда не убивала в бою людей своим мечем, а использовала его только для защиты, потому что не могла отнять чужую жизнь, считая, что это самое ценное, что есть в мире, даже если все эти люди и не заслуживали жить, я хотела дать им шанс исправиться. Так была устроена моя душа. Очень переживала от того, что мое голубое пламя уничтожало черные души, отправляя их к дьяволу, поэтому старалась только сдерживать врагов, и применять всю силу только в крайних случаях. Сейчас был как раз такой случай, нас хотели убить, и врагов было больше, всех сдержать я не могла, а они не хотели останавливаться, хотели отправить нас на тот свет.

Я быстро окинула взглядом своих родных и заметила, что они сражаются на мечах, видела, что силы у всех были на исходе, но они не сдавались, стараясь справится с целой толпой. Я тяжело вздохнула и позволила пламени исполнить свое предназначение. Оно пылало ярче, и прикасаясь к врагам сначала окутывало их, и, если сталкивалось с плохим человеком, он тут же превращался в пепел, если соприкасалось с хорошим, то просто отключало сознание, и враг падал без чувств, проваливаясь в глубокий сон.

Заметила, что Михаил и Мирослава отбились от нашего круга и их окружили враги. Сердце мое учащенно забилось, и я отправила свою силу им на помощь. Враги превратились в пепел, и Михаил с Мирославой остались живы.

Ощущала, что потратила почти всю свою энергию, но останавливаться было нельзя. Мне хотелось поскорее закончить весь этот бой и улететь подальше от этого места.

Почувствовала, как мое голубое пламя окутало меня, как оно текло по моим венам, как я слилась со своей силой, и она скапливалась и готовилась ударить во всю мощь, на которую была способна. Яркий свет озарил всех, и враги стали падать один за другим, а кто-то тут же превращался в пепел. За несколько минут на поле боя настала тишина. Земля приобрела алый оттенок, я осмотрелась. Люди, которые выжили, были обычными жителями, мой огонь уничтожал только воинов, заставляя лишь немногих из них провалиться в сон.

Я покачнулась, чувствуя ужасную усталость и грусть ото того, что пришлось сражаться. Бальтазар возник рядом и прижал меня к себе. Он был весь в крови, и я не знала, его это или чужая.

— Мила! — прошептал он, смотря на меня с тревогой. — Зачем ты опять потратила все силы, мы бы справились с ними сами!

— Ты ранен? — спросила я, чувствуя, что ноги мои стали ватными.

— Пустяки! Зацепило немного! — ответил муж и подхватил меня на руки.

— Мила! — услышала я взволнованный голос Авроры. — Мирослава ранена и истекает кровью!

— Ты что, не видишь, Мила еле жива! — злился мой муж, сверкая глазами, от чего моя сестра вздрогнула.

— Я помогу! — прошептала я.

— Ты что, умереть хочешь? — злился Бальтазар.

— Я не прощу себе, если моя племянница умрет! — сказала я, рассердившись.

Бальтазар осторожно посадил меня на траву рядом с Мирославой. Она лежала без сознания, и ее персиковый сарафан окрасился кровью. Я приложила к ней свои руки, и они засветились, затягивая рану.

— Кто еще ранен? — спросила я, посмотрев на родных.

— Мила! Прекрати! Ты окончательно лишишься энергии, и мы тебя потеряем! — злился Бальтазар. Но я не обращала на него внимания, вместо этого приложила руку к его боку и исцелила его.

Я видела, что и Энза стоял, держась за ребра, и выглядел бледным.

— Энза! — сказала я, смотря на друга с сожалением. Он подошел ко мне, встретив грозный