Читать книгу - ""Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум"

русские начали сами перерабатывать свой собственный скот, а во-вторых, получающееся сырьё и товары уходили в обход Австрии в европейские страны. Так никакого бюджета не хватит на обмундирование новой армии, прокормление её пока она формируется и даже изготовления оружия. Оказалось, что часть металла также поступала австрийским производителям из России, причём достаточно дёшево. Ныне русские нагло увеличили собственное потребление чугуна и железа, причём в основном на промышленные нужды. Какие паровые машины для собственных предприятий, когда в Европе нехватка металла для производства оружия? Чем прикажете воевать в глобальном смысле?

Козе Глафире понятно, что австрийский зуб против беспредела москалей из Петербурга всё растёт и более затачивается. Как бы к 1812 году именно австрияки не создали еврокоалицию для вторжения на Русь, а то с них станется.

— И первым прилетит мне, Степан Сергеевич, — честно открываю суть своих переживаний Ланскому, — обязательно сначала отберут Эсте. Тем более, что шпионы из Вены докладывают что потенциал австрийцев порядка полумиллиона солдат. Мобилизуют при необходимости и даже вооружат.

— Откуда же столько, Денис Дмитриевич, если больше нет Священной Римской империи.

— Так вроде какой-то прусский фрайкор готов их поддержать, да и своих поляков обязательно мобилизуют.

Как ни странно, но австрийские поляки не против пограбить итальянцев, плюс русских они почему-то ненавидят больше, чем владеющих их землями австрийцев. Ну, а «фрайкор», как выяснилось, это вполне боеспособные воинские формирования. И могут воевать за армию любой страны, если предложат хорошие деньги. Добавим сюда «братских» венгров, хорватов и кое-каких ещё «братьев» с Балкан, Богемии (Чехии) и Моравии — да мало ли желающих поживиться в Италии и России. Мы всем друзья, когда отдаём своё, порой последнее, и за их интересы кровь проливаем. Во всех остальных случаях мы или никому не нужны, или вообще исчадия ада коли пытаемся свои интересы отстаивать. В какую точку Истории ни ткни — всегда одно и то же.

— Так что давно пора было начать жить для себя, а не интересами Европы и великих держав.

— Пожалуй ныне соглашусь, — признался Ланской, — хотя допрежь не принял бы вашу точку зрения. Скажу больше, в начале прошлого года одну из родственниц выдали за германского графа-нищеброда и солидное приданое за неё дали. В итоге он уже всё прогулял и её же попрекает, мол, плохая хозяйка, коли денег больше нет. И ещё корит её, что она из варварской отсталой страны и должна боготворить его, ибо он родовит. Хотя род Ланских более древний, чем его.

Вот так и заканчиваем год в откровениях всё больше прозревая и избавляясь от подобострастности перед европейцами. Мы — русские, а всё остальное, что за нашими границами это окружающая среда, не более. Азия, Африка и прочая Европа начинается там, где заканчивается Россия, вот пусть и не примазываются. Тем более, что по ряду достижений в науке и промышленности именно мы уже впереди планеты всей, так как обогнали своевременно, вырвавшись вперёд.

MARHUZ

Торговец будущим — 5

Глава  1

Аракчеевщина потихоньку во многих местах проникала в нашу жизнь. Даже в тех сферах, куда железная рука Алексея Андреевича не дотягивалась. Ясен перец, что это многим не нравилось и жалобы сыпались из разных мест. Одно дело — соблюдение дисциплины в армии, совсем другое когда этого требуют на гражданской работе. Ну какой чиновник, право слово, хочет приходить на свою службу вовремя, а не как получится? Да и саму работу исполнять как требуется, а не абы как. Это подлое рабочее сословие должно соответствовать «аракчеевщине», а благородный человек не для того царскую кровь проливал и готов был взойти на эшафот за святое дело дворянских провилегий. Плохо что ныне государь таких вещей не понимает и не ценит. Мало того, где все те кто его привёл на престол, рискуя жизнями и свободой? Как император отблагодарил за искреннюю помощь и поддержку, чем вознаградил верных радетелей своего выдвижения на вершину власти?

— Вы представляете, но в последние годы должности, земли и людишки очень редко кому бы там ни было предоставляются в вознаграждение за службу и заслуги, — шептались одни.

— Даже фаворитам ничего не достаётся, — ухмылялись другие.

— Ушли времена Екатерины недаром поминаемой Великой, совсем измельчал царь. Нет в нём ни величия, ни шедроты, — бухтели третьи в щелях и норках прячась, дабы не быть подслушанными агентами всевластной «кровавой обни».

Кроме чиновничей братии тихохонькое бурление говн шло и в «старых гвардейских полках» среди офицеров. К сожалению они не могли поднять бунт, ибо слишком незаметно и своевременно Александр отгородился от них гвардейцами-егерями Рачинского. Чисто географически не подступишься даже в пределах Санкт-Петербурга, так как «новые гвардейцы» располагаются поблизости от Зимнего дворца, а некоторые бывшие полки передислоцированы подальше.

— Подло и незаметно государь всё это сделал, — браво шушукались «пострадавшие» офицеры, вынужденные теперь службу служить в местах расположения своих частей, а не в салонах и на балах.

— Не то слово, ныне покидание расположения чревато наказанием, как приравненное к дезертирству, — возмущались новыми условиями служения государю многие, находящиеся в чинах.

— Да что говорить, коли самих балов стало невместно мало, как будто здесь не столица, а деревня какая-то, — остро критиковали нынешность и начиная всерьёз задумываться о будущности.

Зреющее недовольство особенно поддерживали в Москве в среде масонских лож, куда перебрались многие недобитые Макаровым петербургские масоны. Высокое дворянство, недовольное измененями происходящими в обществе, славно (хотя и тихо-тихо) трепалось о разумной смене правителя, дабы восстановить справедловое распределение благ в стране.

— Ну никак невозможно продвигать новые идеи государственного обустройства, дабы развивать истинные науки среди посвящённых и способных их понимать. А без истинной европейской просветлённости России не видать достойного места среди держав, как император этого не понимает? — искренне негодовали московские масоны.

— Вы правы, милостивый государь, всякое быдло навроде Аракчеева и Сперанского