Читать книгу - "Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская"

* * *

А вот с учёбой моей каких-то значимых прорывов так и не случилось. Да, конечно, с тьюторами из старших дело пошло получше, но… трудно вырастить пятилетнююю чёрную кошку в тёмной комнате за два дня. Ведь всё, что мы с выпускниками делали эти две недели, мои «конкуренты» методично долбили уже два года! А то и больше. Ну и, наверное, приходится признать: я не гений. Впрочем, как будто мне это не было известно ещё с прошлой жизни! Да, что-то я в институте выучил, но там ведь была совсем другая математика. Не школьная. И даже если бы у меня была полна коробочка тех, прошлых знаний, ковырять нынешние олимпиадные головоломки мне это совершенно не помогло бы. Так я ведь ещё и помню… далеко не всё, голова то ма-а-инькая, семиклассная. Её ещё развивать десять лет надо! Ну, или хотя бы года два-три.

В конце сборов нам выдали итоговый тест: что-то вроде мини-олимпиады. Впрочем… почему мини, собственно? Нормальной олимпиады. В один тур, правда, но на полноценные 4 часа, и работу из рук не рвали, позволяли дописать мысль. Задач дали целую кучу — двойной комплект, по ощущениям. Да все разные по темам и сложности! На любой вкус, короче. И у меня в голове что-то будто щёлкнуло: я играючи переключился с режима «сборы, я ничего не понимаю» на модель’олимпиада, чего зацеплю — то и моё!'. Работал по своей типичной схеме, она мне принесла и Всесоюз, и пятёрку за письменный вступительный на Физтех. Там, в прошлой жизни.

Схема такая: берём самую сложную задачу и долбаем её до упора. Когда мозги начинают отказывать, скашиваем глаза на соседнюю — она, очевидно, на контрасте должна выглядеть намного легче. А лёгкие задачки решать — это ж натуральный отдых! Так, глядишь, одну напишешь какую-нибудь, другую… а там и сложная уже сдастся. На эйфории и ещё что-то попроще можно зацепить. Конечно, годится этот modus operandi только в тех редких случаях, где половину решить — уже подвиг, на тупых молотилках типа ЕГЭ такой номер не прокатит.

— Ну вот что мне с тобой делать? — обличающе вопросил Дворников, потрясая моей работой.

— Понять? Простить? — я нагло решил сплагиатить будущее — уличить-то меня некому.

Дворников от неожиданности рассмеялся и листы из пальцев упустил. Их тут же смело на пол порывом холодного ветра из раскрытого окна — сегодня дождь с утра, даже бегать не пошли. Мы сидели с доцентом вдвоём, что уже было не очень-то типично: обычно разбор коллективный, каждый сам своё решение должен помнить, а как решать следовало — напишут на доске. Тезисно. А так вот чтоб индивидуально стыдили — это постараться надо. Видать, здорово я накосячил…

— Вот смотри. Вот это… хорошо. Это… совсем прям хорошо. И это… короче, вот до этой точки ты дошёл… приемлемо. Запись хромает, конечно, нотацию бы тебе подучить, а то чего ты всё словами пишешь? Непрофессионально. Но то ладно, дело наживное. Но какого чёрта ты начинаешь воротить дальше, а⁈ Ну что это за безумие? Это что за система? Зачем⁈ Ну стандартная же задача теперь! Исходную ты к ней свёл вполне технично, записывай теперь решение на страничку, ну полторы максимум — и готово! А ты… Ты же в четвёртую степень провалился! Как в болото! А дальше что? Вас что, не учили это решать, раз уж так вышло? Ну ладно, числа угадал, молодец. Даже показал, что других корней нет, не забыл, но кто так пишет ответы⁈ Ты понимаешь, что жюри, попадись там кто скептически настроенный, вот этот ужас даже смотреть не станет? В итоге, имеем верно решённую задачу, но с нормальным решением из твоей писанины не совпадёт буквально ничего!

Он встал, закрыл окно, сел обратно и продолжил.

— И ладно бы она одна у тебя была такая — так нет же! У тебя ни одной нормальной во всей работе! Вот представь, что ты вышел на хоккейную площадку. Без клюшки! Ногами шайбу пинаешь! Да, иногда можно и так гол запинать. И два можно запинать, и три, если очень повезёт. И даже грамотку оторвать за это! Но потом…

— … ваши рыжие кудри примелькаются, и вас просто начнут бить, — закончил за него я.

Доцент от неожиданности так резко захлопнул рот, что даже зубы клацнули. Втянул воздух носом, глаза… ща врежет!

— Шутишь ты смешно. И иногда даже к месту. Эрудицию демонстрируешь, начитанность. Но я говорю о серьёзных вещах!

— Я тоже, — уверил я его примирительным тоном. — Просто вы так это грозно говорите — «вас что, не учили?». Ну так да, не учили. Но я же не отказываюсь учиться! Покажите как надо, я запомню. Можно даже не тратить ваше время, дайте мне решение. Ну, или чью-нибудь работу, где эта задача нормально расписана, я сам разберусь. Ну Диму спрошу, если что непонятно будет.

Дворников скривился.

— Не дам. — Чего это он? Обиделся? — Не могу. Нечего давать! Кроме тебя, эту задачу никто не решил.

Драссте, приехали.

* * *

Ну, вот и всё. Все наши пацаны (да и вожатые тоже) несколько обалдело сгрудились перед столовой, взирая на творящийся вокруг бедлам: операция замены областной сборной на студентов Горного в самом разгаре. Мы, математики, как-то стали даже немного ближе друг к другу! По крайней мере, геометрически. Лучше поздно, чем никогда. Немногочисленные сотрудники базы, может, и рады были бы с нами попрощаться, да заняты выше крыши, размещая приехавших. Водитель автобуса, сидя на крыльце столовой, спешно наворачивал кашу, специально оставленную для него, ему ещё три часа пилить обратным рейсом. На этот раз автобус не от обкомовских щедрот, это Горный Институт заказал, как бы не через трансагентство, и тут на комфорт рассчитывать не приходится. Одно хорошо: студентов больше, чем нас, значит, поместимся гарантированно.

Лидочка с утра опять капризничает, и Дворников занят решением этой проблемы. Жорик тоже куксится, у него накрылась рыбалка, и смириться с этим фактом он никак не может, но это, слава богам, проблема не моя — за ним присматривает верный оруженосец Илья. Командует Дима. И командует он, наконец-то, посадку! В этот раз вещи мы организованно заталкиваем в чрево багажного отсека, сидеть будем свободно. Главное, чтоб в дороге никому ничего срочно не понадобилось! Когда тронулись, поначалу как-то даже мне и спать не хотелось, против обыкновения, но потом всё же