Читать книгу - ""Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум"

всё происходящее напоминает сказку о двух медвежатах, куске сыра и лисе, которая помогала им этот сыр делить поровну.

— Знаю-знаю, а по ходу дела и себе кусочки откусывала пока от сыра ничего не осталось, — посмеивается Ланской.

Своей ставкой ещё в феврале корсиканец избрал Байонну, чтобы помогать пиренейский «сыр» делить. Перебрался из Парижа поближе, чтобы возросла оперативность действий. Тем более, что у испанцев начались странные (или сраные?) подвижки. Годой убедил Карла Четвёртого зачем-то бежать в Южную Америку по примеру семейства Браганса. Того поймали какие-то «фернандисты», заставили отречься от престола и передать власть своему сыну Фердинанду (по-испански Фернандо) Седьмому. Заодно и самого Годоя отправили в отставку.

В ответ Наполеон отправил маршала Мюрата, который захватил Мадрид 23 марта. Обоих испанских королей затребовали в Байонну, якобы для улаживания семейных разногласий мудрым, справедливым и объективным третейским судьёй. И если на Годое была поставлена историческая точка, то Карл и Фердинанд ещё рассчитывали на что-то, мол, «барин рассудит».

— Барин сам увидит, что мала избушка и велит дать леса, — думает старушка (почему-то вспомнилось мне из школьного курса).

Правда прибыли оба пред светлы кари очи французского императора лишь в конце апреля. Оказавшись по существу в плену короли дружно отреклись от короны и «за неимением других претендентов» Наполеон вынужден был поставить королём Испании своего брата Жозефа Бонапарта. А так как кому-то теперь придётся носить неаполитанскую корону, то возглавить Неаполитанское королевство пришлось Иоахиму Мюрату.

Таким необычным образом повелитель французов решил вопрос с Пиренейским полуостровом, а заодно и властью Бурбонов. По крайней мере, ему так показалось на первый взгляд. А чтобы экс-короли не скучали в одиночестве, из Мадрида в Байонну решили вывезти остальных членов королевского семейства. Тут-то и началась вторая часть марлезонского балета, то бишь испанцы подняли восстание в Мадриде, которое со временем расползлось по всей стране.

Ну, а у нас всё по-прежнему в непонятках.

— Мсье посол, как дальше будем действовать? Вроде Годой арестован, а его собственность перешла к вам. Так может я выведу своих из Алгарве, а то их содержание мне дорого обходится.

Беседа состоялась, когда новый король был уже назначен, а о мадридском восстании ещё не было известно.

— Ваше величество, к сожалению у меня нет инструкций на этот случай. Давайте мы оплатим вам очередной платёж, вдруг ваше присутствие в Португалии ещё понадобится? Если же император посчитает нужным закончить сотрудничество в этой операции, то я немедленно вам сообщу об этом. Честно признаюсь, что и сам не понимаю что происходит и зачем нужен ваш корпус.

Посла можно понять, так как он лишь представитель императора, не более. Да и платят французы изрядно, перекрывая расходы с лихвой. Другое дело, что появилось чувство как будто Наполеон с Талейраном обо мне просто забыли, погрязши в своих проблемах в Испании. А платить им не трудно, ибо захапали всё добро богатейшего испанского жителя. Говорят, что Годой был богаче всего королевского семейства и нескольких состоятельнейших грандов впридачу. Впрочем мне всё это до лампочки, так как я вроде дёшево отделался. Португальским монархам войны не объявлял, а значит ничем перед ними не провинился. Испанскому двору тоже ничего не сделал, надеюсь что ко мне у них претензий нет и не будет. Даже Мануэлю Годою я ничего плохого не сделал, а наоборот охраняю положенные ему земли, которые у него наверняка отобрали даже не вручив, ха-ха.

Впрочем жизнь состоит не только во франко-испанской бодаловке. Весной шведский посланник попросил меня принять некоего «представителя парламента», предоставив тому аудиенцию. Несколько непривычно в новом статусе обитать, но приходится поддерживать имидж.

— Ваше величество, я нахожусь здесь инкогнито поэтому представляюсь не своим именем, — сразу расставил точки над «i» несколько необычный посетитель «Ларс Ларссон», — в связи с эмбарго, введённым американским президентом, у нас возникли некоторые проблемы с экспортом. Не могли бы вы нам помочь в решении этого вопроса?

Вот так сразу в лоб, чтобы не возюкать вступительными словесами, сотрясая воздух. Есть такой момент, а точнее возник в международной коммерции в декабре прошлого года. Президент Джефферсон объявил эмбарго на ввоз иноземных товаров в США из-за того что торговые суда его страны часто в последние годы задерживались, а то и конфисковывались как англичанами, так и французами. В результате, «винновными» были объявлены почти все страны мира за исключением России и… Эсте. Без русских поставок и самой Америке трудно придётся, а моё королевство считается ныне дочерним именно от России.

— И чем же я могу вам помочь, господин Ларссон?

— Вы, ваше величество, могли бы взять под свой флаг наших торговцев на период действия эмбарго за что наш парламент был бы премного благодарен. А за такую услугу мы готовы платить определённые суммы с каждого рейса и оказывать вам определённые услуги в налогообложении ваших предприятий в Швеции.

Любопытно, в мои времена хождение под флагами других стран распространено, а как обстоят дела в нынешнее время мне неведомо. Так, глядишь, сиё явление войдёт в повсеместную пратику.

— В принципе я согласен заключить с вами соответствующий договор, если он не нарушит каких-нибудь международных запретов. Буду рад оказать шведской экономике такую услугу, но лишь до тех пор пока вы будете соблюдать нейтралитет.

— Понимаю вас, ваше величество, мы и сами предпочитаем не ввязываться в европейские военные конфликты. Любая война слишком дорого обойдётся шведам, жаль что наш король излишне воинственно настроен.

Откровения такого плана нормальны, так как все в Европе знают о разногласиях между его королевским величеством Густавом Четвёртым и парламентом. Да и наша встреча неофициальна, так что можем побеседовать о наболевшем, если посчитаем нужным.

— Мои расчёты, господин Ларссон, показывают, что расходы государственной казны на армию и флот не должны превышать десяти процентов от экономических доходов страны. А это значит, что правителям следует соразмерять личные военные аппетиты, чтобы не вызвать ослабление своей экономической системы, а то и её крах.

— Поверьте, нам понятен столь разумный подход. Кстати, ваше величество, мы наблюдаем за