Читать книгу - ""Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум"

— Степан Сергеевич, — повернулся государь к Ланскому, — расскажите, пожалуйста, о новом масле, которое можно делать из семян подсолнечника.

— Мы с Денисом Дмитриевичем последние годы вели разработку на свой страх и риск и создали ещё один русский товар. При массовом выращивании подсолнухов, имеющих высокую урожайность, из семян можно делать масло, которое станет прекрасным товаром для экспорта. Удобно, ибо не будем зависеть от других стран, так как в России подсолнечник можно выращивать практически везде.

— Отрадно, право слово, очень нужный товар для нашей экономической независимости. Согласитесь, господа, что чем больше позиций мы будем иметь которые заменят нам импорт и усилят наш экспорт, тем сильнее будут наши позиции в европейской экономике.

Александр настолько доволен смещением приоритетов, что всегда идёт навстречу многим инновациям. Вон, те же помидоры и картошка больше не пугают крестьян и поэтому их выращивают даже на личных огородах, а не только на полях барина.

— Павел Александрович, — теперь уже Строганова призвали к «ответственности», — а что у нас по поводу Цейлона?

— Ваше величество, договора подписаны с кандийцами и теперь будем при своём чае, кофе и специях. Кроме того, через Кочин и Транкебар закупаем селитру, которая очень нам нужна. Ещё и Денис Дмитриевич выяснил что-то интересное по поводу опять-таки Цейлона. Обещал сюрприз.

— Слушаю вас, ваше высочество.

— Дело в том, что в районе порта Тринкомали должны быть леса тикового дерева. Когда-то ещё в эпоху голландцев они пытались организовать плантации этого дерева, так что на сегодняшний день имеет смысл возобновить его выращивание. Для меня это оказалось новостью, но тиковая древесина практически не гниёт, хотя и хуже поддаётся обработке. Уж очень полезная древесина, как для кораблей, так и для изготовления мебели. А то, говорят, что лиственница заканчивается в России.

Государь призадумался и одобрительно покачал головой.

— О тиковой древесине я наслышан, но считал что она слишком далеко растёт, да ещё и в тропиках. Теперь же, получается, мы и сами сможем его выращивать, имея Цейлон. Как-то сразу и не задумываешься о таких перспективах, даже когда они появляются. Чувствую, что у Русской Ост-Индской компании очень хорошие перспективы намечаются. Побыстрее бы создать нормальный торговый флот, чтобы не зависеть от доброй воли заморских купцов.

— Так вроде Ревельская флотилия достаточно велика, ваше величество, — не преминул подсказать Новосильцев.

— Это всего лишь одна, Николай Николаевич, да и то большей частью мальтийцам принадлежит, а нужны повсюду. Нехорошо когда русские торговцы фрахтуют иностранные суда для своей торговли, а большей частью по-прежнему предпочитают продавать наши товары на месте.

Даже Строганов пока обзавёлся лишь пятью торговыми кораблями, чего уж говорить о тех, кто не настолько богат? Хотя те же военные верфи готовы принимать заказы, так как военный госзаказ свернулся лишь до строительства фрегатов серии «Спешный». Никаких новых линкоров или хотя бы фрегатов пока не предвиделось.

Впрочем, после того как заседание завершилось, всех отпустили по делам и по домам, а меня, как Штирлица, оставили чтобы порасспросить о личном.

Глава 13

Глава тринадцатая

На конгрессе присутствовали дипломаты нескольких европейских стран и даже представитель Папы Римского. Основным вопросом являлась судьба Мальты о которой все вроде пеклись, но как-то по-разному. Естественно, что остров стратегически удобен в качестве военно-морской базы многим. Поэтому европеяне беспокоились, чтобы кто-то один (как до этого Британия) не наложил на него персональную лапу: лап… лап… лап…

Три дня переговоров привели к общему знаменателю — если станет владеть лишь Мальтийский орден, как было когда-то, то раздоров между ведущими державами не будет. Вроде примитивное решение, но копий в дискуссиях переломали изрядно. Слава богу, что англичане не особо упирались, причём сразу по трём причинам. Во-первых, они получили ракетный отлуп и пока ничем не могли возразить в военном плане. Во-вторых, им нужен был мир с Францией, который вот-вот мог быть заключён на переговорах. В-третьих, им пришлось прислушаться к мнению России с которой уже всё было оговорено по поводу нового торгового соглашения. Почти всё, так как его подписание зависело от заключения мирного соглашения с французами.

Великий магистр Мальтийского ордена Джованни Батиста Томазо помер летом прошлого года, поэтому римское подразделение возглавлял лейтенант ордена Иньико Мария Гевара-Сардо. Оно географически вообще-то находится на Сицилии, но напрямую подчиняется Риму. Так что мальтийцы-католики остались довольны результатами конгресса, но перегнули палку в другом, а именно на переговорах внутри ордена. Наглючи, пальцем о палец не ударившие во время освобождения острова, вдруг потребовали передачу ревельского флота в их подчинение.

Поэтому, когда других дипломатов распустили по домам, представители трёх составляющих плюс папаский легат, приступили к своим разборкам. Видит бог, что Александр Первый истинно добрый самаритянин, но даже его возмутила столь наглая позиция мальтийцев-папистов. Поэтому он отказался от статуса протектора Ордена и позволил нам послать всех куда подальше, а из русских орденцев сделал «группу по интересам». То есть, Мальтийский орден отныне сам по себе на свой страх и риск, а Ревельское командорство получило статус Эстляндского военно-научного ордена со всеми вытекающими.

Так что наша эскадра займётся своими делами, включая торговые, а эскадра Ушакова больше не будет маячить в мальтийских водах. Прикольно, но сицилийские мальтийцы, оставшись без мощного протектора, почему-то обрадовались и умчались занимать лучшие места в Валетте и её окрестностях. Ну, а мы всё своё вывезем, включая ракетные установки и пошли эти придурки в задницу. В конце концов, нам нужно было лишь обозначить силу ревельцев из Эстляндии, чтобы с нашими торговцами считались в Европе не как с обиженными и обездоленными, а как с небольшой, но сильной гоп-компанией.

Ну, а русско-немецкие «мальтийцы», которые ошивались по пирам, балам и салонам в Петербурге, тряся соответствующими цацками и регалиями, остались лишь ходячими памятниками павловской эпохи. Хотя многие из них тут же подали прошения о приёме в новый орден,