Читать книгу - "Колёса Жадности - Марамак Квотчер"

Пилотская рубка А-15 помещалась между отсеками оборудования в верхней передней части корпуса, и там даже имелись прозрачные панели, заменяющие стекло. Правда, ничего особо оттуда не увидишь - не только потому, что своими глазами да на сверхсветовой ускорости, ничего не увидишь, а потому, что окошки маленькие и поле обзора такое же, как у водителя древнего боевого танка. В общем, проще зырить на экран, где комп отрисует всё, что требуется. Твину пришлось немало повозиться, чтобы у него тут был такой комп, потому как тоадоидский "шпектрум" никакими изысками типа тактик-экрана и виртуальных камер не баловался. Зато его шиш проймёшь хоть каким способом - проще сжечь весь корабль целиком, чем вывести из строя такое управление, и как минимум один синячок-космовичок на этом уже погорел.

Помимо пилотской рубки, которая по объёму слегка превосходила сортир, на корабле имелся и закуток для койки, но у оверлункса там чаще всего лежала гора инструментов и запчасти, потому как он просто не спал весь перелёт. Сие нисколько не трудно, нажимаешь на управление временем и не только не спишь, но и вообще, строго говоря, не существуешь, пока корабль не выйдет с режима условного прыжка. Сейчас же, помимо ящиков с инструментами, в каюту были набиты коробки с межзвёздной почтой, не влезавшие в трюм, и они же занимали большую часть проходов между отсеками. Полторы тысячи кубов? Пффф, говорил Твин, и набивал в судно ещё триста поверх этого.

Локаторы у А-15 такие, что корабль, по современным меркам, полностью слепой, поэтому информацию о системе и движении кораблей комп получал извне, с автоматики контроля. Благодаря этому пилот мог видеть, что ледяной шарик, мимо которого он просвистел, едва не на треть распилен на материал, а по краям ямы диаметром в тысячу километров высятся какие-то промышленные сооружения. Ближе к светилу сущестовали три газовые и две кремний-железные планеты, плюс ярко обозначенный на схеме пояс планетоидов, абы никто туда не въехал. Одну из твёрдых планет покрывали гигантские воронки карьеров, уходящие далеко глубже коры, вторая же бросалась в глаза особым свечением азотно-кислородной атмосферы, какое есть признак жизненной среды - ясен пень, что всё это Твин увидел через виртуальную камеру, а не через окно. Если дать волю параное, то можно подумать о том, что операторы службы контроля могут нарисовать там всё что угодно, по сути... на это тонко намекала большая красная надпись, висевшая в пространстве между орбитами планет: "да, мы можем нарисовать тут всё, что угодно".

Быпнул сигнал, и оверлункс, почесавши бочину, щёлкнул тумблером на панели навигации.

- Это центральная автоматическая система контроля за движением. Судно ИИТ994415, вы входите в корридор сближения. Сбавьте скорость до трёхсот единиц, - из динамиков бубнил робот, используя общесоюзную феню - ърилицу, как её называли.

- Орысеть, - фыркнул Твин, видя на шкале двести девяносто.

Он щёлкнул по спидометру когтем, и тот, расклинившись, показал пятьсот. Пилот нажал центральную из педалей, работавшую как тормоз - само собой, она не клинила колёса, а сбавляла скорость другим способом, но действие точно такое же, как на автомобиле. Старое корыто ощутимо заскрипело всем корпусом.

- Подтвердите намерение войти в систему, - продолжил робот, удостоверившись, что скорость сбавлена.

- Да честное пионерское! - заржал оверлункс.

Правда, автоматика этим не удовлетворялась и ждала, пока пилот нажмёт соответствующую кнопку.

- Сохраняйте скорость и курс, производится первичное сканирование... Сканирование произведено. Вы можете выбрать пункт назначения внутри системы и переключиться на посадочный контроль. Добро пожаловать на Редли, ежели вы с честными намерениями. Если с нечестными, да упокоит Космос ваши души и туши. Если вы не уверены, честные ли у вас намерения, переключитесь на диспетчера и ожидайте ответа.

Можно было поржать, но на самом деле, в первый раз точно стоило осведомиться у диспетчера, что именно тут считается честными намерениями, а то и до упокоения недалеко. По крайней мере Твин, хоть и вёз самый элементарный груз, в первый свой прилёт сюда так и сделал, потому как бережёного Политбюро бережёт, как-грится. Сейчас же он вырулил на орбиту ожидания, где натурально дрейфовали корабли, ожидая чего-либо. Стандартное устройство службы космического движения предполагало, что с орбиты ожидания можно связаться с местной сетью, что оверлункс и проделал - правда, это удалось ему далеко не с первой попытки, потому как он подключался не с бортового компа, а с обычного, но, как известно, скупой платит дважды - а Жадный ни разу, так что в конце концов он получил доступ куда надо. Соль состояла в том, что ему без разницы, куда сбросить почтовый груз с Инцидиуса, но надо было знать, где именно окопались ОЖиРовцы - чтобы не маневрировать по системе лишний раз. Для этого он зашёл в раздел объявлений, вбил в поиск "для жёлтой морды", и нашёл объяву от Зиктриса.

- "Для жёлтой морды", совсем орысел, копана в кот! - усмехнулся Твин, и принялся выруливать в нужном направлении.

К его удовольствию, ЖиРные собирались в космопорту имени Двухтысячного Съезда, каковой располагался непосредственно на планете. В любой рядовой системе никто не дал бы межзвёзднику садиться на планету, в крайнем случае - в полюсной порт, потому как слишком накладны меры безопасности, и куда дешевле перегрузить предметы и организмы на станциях. Но Редли это узловая станция, и здесь полно портов прямо в жилой зоне, садись не хочу. Даже глядючи из окна своей посудины, Твин отлично различал огромные башни, увешанные параболическими тарелками, которые торчали то тут то там над зелёным ковром леса, и был уверен, что одна из таких направлена прямо в А-15, сканируя самым тщательным образом, так что ни атома контрабандой не провезёшь. Он слышал разные мнения насчёт того, сканируют ли содержимое мозгов, потому как соответствующие службы отказывались давать ответ, пускай возможные злоумышленники сломают головы.

Как бы там ни было, "эддер" на очень приличной скорости спикировал к посадочной полосе - потому что не мог медленно! - выровнялся над бетоном, выпустил шасси, как у самолёта, и совершил посадку. Из-под колёс, коснувшихся плит на огромной скорости, валил пар, но материал такое выдерживал уже тысячи раз, так что Твин был спокоен. Пара пожарных машин, сорвавшихся было за ним вдогонку, оценила ситуацию, и развернулась обратно. Оставляя за собой огромный шлейф горячего воздуха, корабль прокатился вдоль полосы и встал на указанную контролем площадку, носом в сетчатый забор. За забором стеной стояли ёлки и сосны, и кажется, мелькали