Читать книгу - "Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский"

— Больше двух месяцев, — сказал он. — Ты пропал больше чем на два месяца.

Я кивнул. Теперь хотя бы понятно, что это не я снег принёс в столицу.

— Значит, поспешили, — сказал я. — Покуда я ещё держусь на ногах.

Глава 3

Алексей шагнул в сторону, освобождая проход, и жестом предложил мне следовать за ним. Мы двинулись рядом, не касаясь друг друга. Он шёл быстрее обычного, но держал себя в руках, подстраиваясь под мой темп.

— Давай не здесь, — сказал он. — Пойдём ко мне. На улице лишние уши.

Я посмотрел по сторонам. Люди проходили мимо, не задерживая взгляда. Никто не интересовался нами дольше секунды. Улица принимала всё одинаково.

— Веди, — сказал я.

Он кивнул и свернул на соседний проулок. Я пошёл следом, чувствуя, как пространство вокруг меняется. Шум отступал, шаги становились отчётливее. Алексей время от времени бросал на меня быстрые взгляды, будто проверяя, не исчезну ли.

Улица постепенно сужалась, шум отходил назад, растворяясь в перекрёстках. Алексей говорил почти без пауз. Фразы ложились одна на другую, иногда он обрывал себя на середине, возвращался, уточнял. Я отвечал коротко. Иногда кивком. Иногда одним словом.

Он рассказывал о городе — обрывками, без структуры. Что-то менялось, что-то возвращалось, что-то исчезало совсем. Я не цеплялся за детали. Слушал, но не всегда улавливал смысл.

— Влад где? — спросил я, когда появилась пауза.

Алексей сразу замедлился, будто ждал этого вопроса.

— Жив, — сказал он. — С дочерью. Сейчас у меня. Временно.

Я кивнул.

— Остальных твоих людей расселили рядом. Небольшой дом, через два переулка. Чтобы были под рукой.

— Понял.

Он посмотрел на меня искоса, будто ожидая реакции, и тут же отвернулся. Продолжил говорить, но уже ровнее.

— Мы думали, ты не вернёшься. Не сразу. Сначала ждали. Потом искали. Потом… — он замолчал на пару шагов и снова заговорил. — Формально ты пропал безвести.

Дома вокруг становились ниже. Камень — светлее. Прохожих — меньше. Здесь не толкались и не спорили. Люди шли по своим делам и не оглядывались. Алексей несколько раз менял направление, выбирая улицы, где мы не задерживались подолгу.

— Я был в курсе, — сказал он, не оборачиваясь. — Почти всего. Не напрямую. Но достаточно.

— Значит, списали, — сказал я.

— Не сразу, — ответил он. — Но да.

Мы свернули ещё раз. Перед нами открылся спокойный квартал. Узкие улицы, ровные фасады, закрытые окна. Здесь не было лавок и криков. Только шаги и редкий звук открывающейся двери.

Дом Алексея стоял в глубине. Невысокий, без украшений. Ворота закрыты, двор скрыт от улицы. Никаких знаков охраны. Никаких посторонних.

Он остановился у калитки и взялся за засов.

— Здесь можно говорить, — сказал он. — По крайней мере, начать.

Я посмотрел вокруг. Улица оставалась пустой. Ничего не привлекало внимание.

Алексей открыл калитку и пропустил меня вперёд. Я шагнул во двор, чувствуя, как пространство сжимается и одновременно становится плотнее. Улица осталась снаружи.

Дом встретил тишиной. Плотной, устойчивой. Алексей закрыл за нами дверь и провернул засов без спешки. Внутри было тепло.

Влад поднялся со стула, когда мы вошли. Он остановился на полпути, всматриваясь, затем шагнул ближе. Ничего не сказал. Только коротко кивнул, будто отмечая факт.

— Вернулся, — произнёс он.

Я ответил тем же кивком и прошёл дальше, снимая плащ. Алексей жестом указал на стол. Мы сели. Влад остался стоять, опираясь ладонью о спинку стула.

— Многое изменилось, — сказал Алексей. — Пока тебя не было.

Он не стал тянуть. Не начал издалека. Слова легли сразу в центр.

— Император вернулся, — продолжил он. — И не один. Основные силы главных родов тоже здесь.

Я поднял взгляд.

— Откуда? — спросил я.

Алексей на мгновение замолчал, будто выбирая порядок. Потом заговорил ровно.

— Варшава. Прямо в центре города открылся разлом. В жилых кварталах. Он поглотил слишком много людей и начал расти.

Влад шумно выдохнул и отошёл к окну. Не оборачиваясь.

— Сначала думали, что справятся местные, — продолжил Алексей. — Потом стало ясно, что он выходит за рамки обычного. По уровню опасности приблизился к московскому. Только здесь — центр столицы.

Я не перебивал.

— Император собрал отряд, — сказал Алексей. — Архимаги. Лучшие. Подтянулись силы из других королевств. Не наблюдатели — полноценные армии. Совместный поход.

Он сделал паузу и добавил:

— Целая армия Архимагов.

Я посмотрел на Влада. Тот стоял неподвижно, глядя в окно, будто видел что-то другое.

— Операция длилась почти год, — сказал Алексей. — Вошли. Закрепились. Теряли людей. Возвращались. Снова входили. Разлом рос, менялся, пытался удержаться.

Он положил ладони на стол, сцепив пальцы.

— Закрыли, — сказал он. — В итоге закрыли.

В этот момент дверь в соседнюю комнату приоткрылась. На пороге появилась девочка. Она посмотрела на нас, задержалась взглядом на мне, затем перевела глаза на Влада. Тот кивнул ей, почти незаметно. Она ушла так же тихо, как появилась.

— Поэтому ты ничего не слышал, — продолжил Алексей. — Всё держали в секрете. Ни слухов, ни утечек. Даже косвенных.

Я откинулся на спинку стула.

— Год, — сказал я.

Алексей кивнул.

— Год. И когда они вернулись, город стал другим.

Он замолчал, давая словам осесть. За окном кто-то прошёл по улице. Шаги прозвучали отчётливо и исчезли.

Масштаб был ясен. Пока я исчезал из мира, мир уходил дальше.

— Странно, — сказал я. — За год ничего не просочилось. Ни слухов, ни намёков.

Алексей усмехнулся одними губами.

— Потому что операция была закрыта полностью. Ни отчётов, ни обсуждений. Даже намекать запрещали. И ещё потому, что император всегда держался в стороне от показной власти.

Я посмотрел на него.

— В смысле?

— Он не управлял столицей напрямую, — ответил Алексей. — Не устраивал балов. Не выступал с речами. Не выносил приговоры на площади. Это делали другие. Он был выше этого. По крайней мере, считалось так.

— А теперь? — спросил я.

Влад повернулся от окна. Лицо оставалось спокойным, но движения стали жёстче.

— Теперь всё иначе, — сказал он. — Казнены десятки ключевых фигур. Те, кто держал связи, деньги, решения. Сотни отправлены на границу, в гарнизоны. Туда, откуда редко возвращаются.

Он сделал шаг к столу и опёрся на него обеими руками.

— Имения в