Читать книгу - "Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан"

этом просили. И только потом, после того как проверка выявила способность Николь научиться направлять Силу, в глазах девушки появилось это оценивающее выражение. Найнив прекрасно ее понимала. Николь не имела врожденной искры и без обучения никогда не коснулась бы саидар, но тем не менее обладала немалыми скрытыми возможностями. Откройся ее способности годами двумя раньше, до того как в Башне узнали про Эгвейн, Илэйн и Найнив, такие данные потрясли бы всех. Николь помалкивала, но Найнив не сомневалась, что она надеется сравниться с Найнив и Илэйн, а то и превзойти их. Грани дозволенного она никогда не преступала, но часто бывала на волосок от этого.

Найнив резко кивнула. Как бы ей хотелось напоить Николь за столь вызывающее поведение отваром из корня овечьих язычков!

— Вижу, что так оно и есть. Ступай и скажи Айз Седай, что я сейчас приду.

Николь еще раз присела и пошла прочь, но Найнив окликнула ее:

— Постой.

Послушница замерла на месте, причем Найнив показалось, будто в глазах ее промелькнуло удовлетворение.

— Ты мне все сказала?

— Мне велели сказать, чтобы ты пришла. Я так и сделала, – вкрадчиво проворковала Николь.

— Что именно они сказали? Повтори мне их точные слова.

— Точные слова? Не уверена, что смогу припомнить их. Принятая, но попытаюсь. Прошу лишь учесть, что это их слова, не мои. Так вот, Джания Седай сказала что-то вроде: "Если эта глупая девчонка не явится без промедления, то, клянусь, она не сможет присесть до тех пор, пока не станет бабушкой". Делана Седай добавила: "Кажется, она станет бабушкой прежде, чем соблаговолит появиться. Если она не придет через четверть часа, я спущу с нее шкуру и употреблю на половички". – Глаза Николь оставались совершенно невинными. И предельно внимательными. – Вот и все, Принятая. Это было минут двадцать назад. Или чуток побольше.

Найнив едва не сглотнула снова. Конечно, ежели Айз Седай не могут лгать, это еще не значит, что все их угрозы следует понимать буквально, но разница между обещанным и исполненным частенько бывала меньше макового зернышка – воробушка не накормишь. Будь здесь кто угодно, кроме этой несносной Николь, Найнив с криком "О Свет!" подхватила бы юбки и помчалась со всех ног. Но поступить так под испытующим взглядом нахальной послушницы она не могла.

— В таком случае, Николь, тебе нет надобности бежать туда впереди меня. Занимайся своими делами. – Беззаботно повернувшись спиной к присевшей в очередном реверансе Николь, она обратилась к Бергитте: – Я поговорю с тобой позже. А до той поры тебе, пожалуй, не стоит ничего предпринимать.

Если повезет, это удержит Бергитте от лишних разговоров с Уно. Если очень повезет.

— Я подумаю над твоим предложением, – серьезно промолвила Бергитте; на лице ее было написано удивление, смешанное с сочувствием. Кто-кто, а эта женщина хорошо знала Айз Седай. В некотором отношении лучше, чем они сами.

Оставалось лишь надеяться, что все обойдется. Найнив направилась вверх по улице, но несносная Николь пристроилась рядом с ней.

— А ты куда? Я же велела тебе заняться своими делами!

— Да, Принятая. Но они сказали, чтобы я вернулась, как только найду тебя. А это что за трава? И почему ты пользуешься травами? Потому что не можешь… О, прости меня, Принятая. Мне не следовало говорить такое.

Найнив растерянно уставилась на пакетик с гусиной мятой, который держала в руке, даже не помня, когда его вытащила, и запихнула обратно в кошель. Ей хотелось сжевать разом всю пригоршню листьев.

— Я пользуюсь травами, потому что прибегать к Исцелению не всегда уместно, – буркнула она.

Интересно, что подумают Желтые, если им будут переданы эти слова. Они пренебрежительно относились к травам и интересовались лишь теми недугами, какие требовали Исцеления. Но ведь нелепо колоть орешки кувалдой! И вообще, стоит ли так расстраиваться из-за какой-то послушницы? Как бы ни смотрела Николь на нее с Илэйн, она всего лишь послушница, и вся ее болтовня не имеет значения.

— И вообще помолчи. Мне надо подумать, – раздраженно бросила Найнив.

Николь притихла и, пока они тащились по запруженным народом улочкам, голоса больше не подавала. Зато и плелась еле-еле, едва ноги переставляла. Возможно, это лишь казалось Найнив, но, так или иначе, у нее аж колени сводило от усилия, которое требовалось, чтобы не обогнать Николь. Но выказывать поспешность в присутствии послушницы Найнив не собиралась ни при каких обстоятельствах.

Мысли в ее голове мелькали самые невеселые. Бергитте поди уже с ног сбилась, разыскивая Уно, Восседающие небось обещают Тарне преклонить колени и поцеловать кольцо Элайды, а Сим с Джарилом рассказывают Шириам о том, что Мариган им такая же матушка, как любая гусыня. Такой уж денек выдался – до полудня еще далеко, а неприятностей уже хоть пруд пруди.

Джания и Делана ждали в передней маленького домишки, который они делили с тремя другими Айз Седай. Разумеется, у каждой была отдельная спальня, да и все Айя имели особые дома для встреч, но сестры оказались разбросанными по городку, ибо селились то там, то сям, в зависимости от времени прибытия в Салидар. Джания сидела с поджатыми губами, уставясь на пол, и, казалось, вовсе не заметила вошедших. Зато Делана, женщина с такими светлыми волосами, что трудно заметить, есть ли в них седина, сразу устремила на них свои бесцветные глаза. Николь вздрогнула. Найнив чувствовала бы себя гораздо лучше, не сделай она то же самое. Глаза у Деланы вроде бы такие же, как и у других Айз Седай, но стоило ей устремить на кого-то взгляд, как все остальное просто переставало существовать. Поговаривали, будто Делана прослыла весьма удачливой посредницей, ибо спорящие готовы были согласиться на что угодно, лишь бы эта сестра перестала на них таращиться. Найнив присела в таком же глубоком реверансе, как и Николь, прежде чем сообразила, что делает.

— Ага, – рассеянно, будто они только что возникли, пробормотала Джания, – вот и ты.

— Прошу прощения за опоздание, – торопливо сказала Найнив, забыв и думать о Николь. Делана уставилась не на послушницу, а на нее. – Я не обратила внимания на время и.. Ничего страшного. – Голос Деланы был, пожалуй, слишком глубок для женщины, а выговор казался горловым эхом шайнарского акцента Уно. Речь ее звучала мелодично, пожалуй, слишком мелодично для такой полной женщины. Впрочем, и изысканная грация ее движений в сочетании с подобной комплекцией не могла не удивлять. – Николь, ты нам больше не нужна. До следующего урока ты поступаешь в распоряжение Фаолайн.

Николь не стала мешкать,