Читать книгу - "Фантастика 2026-157 - Арсений Громов"

материнство отпадает, а вот маг… Мага найдем, есть же Витя, в конце концов, хоть и доморощенный, но маг.

Новый термин, в придачу к «нейтрали»! Временной прототип… Тха-Сае уточнила, что так называют живые объекты из прошлого, линия бытия которых изменяется настолько круто, что тянет за собой чужие жизни, да не в одну точку будущего, а сразу в десятки. Многие из них «схлопываются», не найдя места во Вселенной, не имея права на существование. Другие развиваются и дают самостоятельные версии одного и того же мира.

— Вот почему Путешественники стараются ни во что не лезть. Иначе за ними приходится подчищать дефектные вариации, искажающие время и меняющие историю. Поврежденный сектор времени зацикливается сам на себя, у него нет перспектив для развития. По данному сектору, где мы сейчас находимся, я прошлась шесть раз, пытаясь исправить дефект, но без толку. Кто-то привнес запрещенный артефакт из Лангато, и реальность «посыпалась», оставив за собой искаженный сектор, петлю. — Будничным тоном рассказывала девушка, умывая лицо в холодной воде ручья. — Слушай, не стой над душой, Валентин! Ты так же стоишь, когда жена умывается, а?

— Я не женат. — Ковалев обиделся. — Стою, между прочим, из лучших побуждений, озирая окрестности. Мало ли, что. И ты сама советовала не удаляться, забыла?

— На триста метров! Вот когда я пойду в кусты перед сном, советую не стоять!

Она вытерла лицо подкладкой куртки и привычным жестом поправила поясную сумочку.

— А кто же подчищает дефекты? — Майор увел разговор в сторону от скользкой темы умывания в одиночестве, и прихлопнул у себя на шее очередного дерзкого комара.

Свет костра отразился в темных зрачках собеседницы.

— Квантовые малиновки. Так мы себя называем. Мы и хозяева времени.

Кто?..

— И что же вы собой представляете? Кто вы? Банда, секта, организация, сообщество? Кто вами управляет, кто вас финансирует? Кто такие эти хозяева времени? К тому же, ты ведь, кажется, княжеская дочь, и, значит, за кем-либо подчищать тебе не положено, реально или фигурально выражаясь?

С треском сломав сухую ветку, Тха-Сае отправила ту в огонь.

— Сколько вопросов! Как будто ты стряпчий в суде или законник!

— Вот буду на пенсии, тогда уйду в частные стряпчии или законники. Уже скоро. — Огрызнулся Ковалев. — Вопросы неизбежны, если хочешь встретиться с Мариен.

Странно было то, что, судя по всему, застрявшая в Лангато другая Марина Андреевна, никогда не упоминала имени самого майора, а ведь должна была, если рассказывала дочери о прошлом… Почему она не связалась с Кузнецовым, ведь имелись же инструкции на этот счет?.. Тот вернулся бы через полгода, пояснил бы все Таипову, а там уже решали, что делать. Да нашли бы, как вытащить женщину, в любом случае! Все это непонятно, и как произвести проверку данных фактов, тоже непонятно.

— Что женщине положено, то Картсам решает, да не спрашивает. — Сухо проговорила девушка. — Я не живу с родителями достаточно давно, чтобы забыть о статусе княжеской дочери. У меня своя жизнь! Я просто никто понял?

«Несладкая жизнь, девочка, если ты мечешься между мирами, забывая о стакане воды!»

Ковалев промолчал…

Ножичек резал самые толстые сучья, как бумагу, даже из рук выпускать не хотелось.

Еловые ветки настелили достаточно толсто, плюс на девушке куртка, плюс тепло от костра… Так что не должна замерзнуть. Ночь была теплой и безветренной; дождь, к счастью, только собирался пойти, но передумал.

Тая тут же проснулась, как только майор тихонько тронул ее за плечо. Сонно поежилась, кивнула Валентину на примятый лапник:

— Местечко теплое, падай, пока не остыло.

Валентин улегся, и какое-то время смотрел, как она задумчиво ворошит палкой угли костра, а потом сам не заметил, как уснул.

Проснулся он… не оттого, что его разбудили в шесть утра, как было уговорено. Нет. Какие там «шесть утра!» Вовсю светило солнце, высоко стоящее над лесом. Орали птицы, наслаждаясь жизнью. Костер, естественно, потух. Надо бы посмотреть на часы, но левая рука майора обнимает Тха-Сае, устроившуюся у него под боком, да так, что попа прижата, кхм, к одному месту… Черная кожаная курточка кое-как прикрывает обоих. А мерзавская левая рука, представьте себе, не просто обнимает, она еще и держится!.. Не будем говорить, за что, хотя это «что» — девичья грудь, не упакованная в бюстгальтер.

Хорошо так держится, как будто грудь для данной руки создавалась.

Однако!!!

Правая рука Валентина тоже не без дела — она под головой у Таи в качестве подушки, и затекла так конкретно. Нет, позиция замечательная по всем статьям, кроме некоторых, как-то: девушка — чужеродная форма жизни из другой реальности; она находится в бегах, а преследуют ее, возможно, вполне заслуженно, так что из солидарности с неведомыми потенциальными коллегами нужно перестать обнимать подозреваемую. Да, еще один момент: девушке слегка за двадцать, а самому Ковалеву тридцать девять.

Так что хорош лапать то, что не след, и пора вставать.

Глагол «вставать» тело восприняло совсем не в том виде, на который рассчитывал Валентин, так что несколько минут ушло на то, чтобы успокоиться и тихонько вытащить окончательно онемевшую руку из-под девичьей черноволосой головки. Левая рука, само собой разумеется, подчинилась хозяину и отпустила упругое полушарие.

Как и несколько часов назад, Тха-Сае проснулась мгновенно, сразу переходя в состояние бодрствования. Она наткнулась на не самый дружеский взгляд майора, который выдавил из себя осипшим голосом:

— Если хотела спать, нужно было сказать мне, а не бросать вахту.

— Это вместо «доброго утра»? — Насмешливо спросила Тая, безуспешно пытаясь скрутить свои длинные волосы в пучок и заколоть его обломанной веткой. — Не удивительно, что ты не женат. Такие приветствия никому не понравятся.

Где-то Валентин уже слышал подобное. Не иначе, от Дигена.

— Давай оставим в покое мою личную жизнь. — Ковалев прокашлялся, поднимаясь с примятой еловой лежанки. — А если бы нас захватили врасплох?

— Не думаю. Сплю я достаточно чутко, посторонние шумы воспринимаю на раз, как и действия.

Теперь уже не только голос, но и взгляд девушки не прятал усмешку. Ах ты… Значит, она все чувствовала?!

— У тебя теплая рука, Валентин, мне было приятно. — Как ни в чем не бывало, созналась Тха-Сае. — Нам пора. Кажется, мы достаточно долго пробыли рядом, чтобы меня не выкинуло обратно, так что можно уходить и возвращаться в твой мир. Сколько времени прошло по твоим часам?

Майор глянул на циферблат.

— Сейчас десять тридцать две. Я не засекал время, когда все случилось, но, думаю, было не позднее пяти вечера.