Читать книгу - "Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин"

Особый человек, на личности которого замыкались неизменные уже третью сотню лет границы обширных владений на севере Румынии; их малоэтажная застройка, запряженные в телеги лошади на главных улицах Бая-Маре и неспешный образ жизни, как-то сосуществовавшие со всеми благами технического прогресса.

Попыток захвата его земли за эти три сотни лет насчитывалось около двух десятков. Без огонька — кроме территорий с живописной архитектурой и титула «князь», особо там брать нечего. Но многих соблазняло и это.

Воевать против человека, которому не нужно спать, да еще в его родных лесах и горах, всякий раз оказывалось крайне бесперспективно и разорительно. А когда узнавали, что припасы сожжены, добычи в бедных селах нет, жители попрятались в чащобах, и приходило время отступать — то и очень больно.

Вопреки традициям князь Вид отвечал на нападение не ответными пожарами, разграблением чужих городов и сел, а хорошей фантазией в пыточной и всякий раз отпускал сломанных и запуганных противников за выкуп. Достаточно отметить, что после его «гостеприимства» львиная доля теряла дар, а родовая ветвь пресекалась — никто не желал связывать судьбу с сумасшедшими. Страшная кара отрезвляла даже самые горячие умы, предостерег от ошибок.

Хотя пару раз подобное обращение с благородными производило обратный эффект — вместо страха и почтительного ужаса появлялось желание отомстить и объявлялся большой поход на «садиста и убийцу». Даже монархи из числа крупных неофициально поддерживали возмущенных (добрым напутствием или деньгами), с великим удовольствием за малую плату избавляясь от излишне глупых или неудобных при дворе.

Потому что убить князя Вида, конечно, можно. Но толку от этого никакого.

Никто из Долгоруких, к счастью, не сталкивался с этим лично. Но родовые хроники, хранившие копии с иных записей — украденных, взятых как трофеи или купленных, — рассказывали: яды, огонь, удушение, погребение в земле заживо, погружение в воду, отрубание головы и конечностей очень сильно портили князю Виду характер. И крайне негативно влияли на времяпрепровождение пленных в его пыточной.

Разумеется, если вести дело всерьез и методично, то наверняка можно было сжечь тело дотла, обратить мелкозернистой пылью, привалить чем-нибудь тяжелым и отправить на самое дно Марианской впадины. Выкинуть в космос, наконец. Но приз за такие хлопоты не настолько велик, чтобы ставить под угрозу своих «виртуозов», которые для того потребуются, — а значит, и безопасность родных земель, куда более лакомых для окружающих, чем застрявшее в прошлом веке княжество.

Да и за гарантированный результат, если честно, сам Долгорукий ручаться не стал бы. Хотя бы потому, что князь Вид мог запросто покинуть свои земли на время такой облавы и вернуться чуть позже, заглянув перед этим к семьям каждого врага персонально. Возраст редко добавляет обладателю добродушия, развивая здоровую злопамятность, а уж конкретно в данном запущенном случае — тем более.

Разобраться в причинах уникальной живучести пытались многие. Но ответ пока был только у самого князя Вида. Судьбу же персонажа, поинтересовавшегося однажды: «А почему у тебя такие большие зубы?» — помнили все.

Как у каждого уважающего себя рода, у Долгоруких тоже имелась своя версия.

В мире Силы много того, о чем говорить не принято. Например, никто из физиков не возьмется всерьез изучать переходы энергии «воля» — «огонь», создаваемые одаренными. Или биохимики — те старательно игнорируют Целительство, не желая обсуждать, как мышечная ткань и кости возникают на месте поражения буквально из воздуха, а гарантированного мертвеца вытягивают из небытия без приборов и операции.

Молчат и про хвостатых обитателей подвалов, мертвых физически, но полагающих себя живыми, продолжающих свое существование в канализациях, остерегающихся людей, воюющих за пищу и пытающихся обзавестись потомством. Иногда эти создания натыкались на котов и одерживали победу. Иногда матерые коты, придя в возмущение от такого хамства, становились немертвыми и разрывали немертвую мышь. И только потом погибали сами — потому что уже их разума вполне достаточно, чтобы отдавать себе отчет о смертельном ранении и невозможности выжить. Благодаря этому проблема не выходила из подвалов на улицу.

Самая простая и разумная версия существования князя Вида состояла в том, что князь Вид считает себя живым. Не важно, что будет происходить с его телом: воля не даст ему уйти за грань.

Довольно частое явление для «виртуоза», но в ограниченной форме: часто после смертельной схватки победитель ради долга и чести заставляет себя дожить до получения медицинской помощи. Позволяет Целителю восстановить свое тело из воздуха… Или восстанавливает сам, веря в Силу Целителя? Сколько в самом Долгоруком этой пустоты?

Не те мысли, не тот градус напитка, чтобы о них размышлять. Главное, старый князь знал точно — он-то жив, и порукой тому наследники. Потому что мертвый не может дать новую жизнь. Но мертвый, что сидел перед ним, мог легко ее забрать.

— Попробуй, — промолвил после долгой паузы князь Вид.

— Нам потребуется видеозапись. — Пряча вздох облегчения, Сергей Михайлович дважды звонко хлопнул в ладоши.

Дверь тут же распахнулась, впуская тележку с широченным экраном и двух слуг, бережно вкатывающих ее по драгоценному ворсу ковра прямо к столику их сиятельств — так, чтобы экран оказался по левую руку от гостя. Хозяину с поклоном положили под правую руку механическую указку, вытягивающуюся в длину. После очередного поклона слуги покинули кабинет пятясь — спинами вперед.

Внутри рода не одобрялось показное чинопочитание и битье лбами об пол после каждого слова, но без всего этого мог бы оскорбиться уже гость.

Сжав тоненькую указку в необъятной пятерне, Долгорукий ловко щелкнул одной из крохотных клавиш на поверхности, включив изображение на экране.

— Перед нами запись выступления с восьми ракурсов. — Обозначив круговое движение, Сергей Михайлович показал на расчерченную три на три плоскость экрана. — Девятое изображение идет с камеры, направленной в зал, в том числе на судейский балкон. Разумеется, внутри вашего помещения и помещений уважаемых арбитров камер нет. Но нам будет достаточно внешних. Синхронный хронометраж — в правом нижнем углу.

По щелчку кнопки на указке масштаб изображений сменился — теперь крупными были только два, остальные семь съежились до мелких прямоугольников по нижнему краю.

В комнате зашумело от приветственных аплодисментов, сцена с участниками поднималась из подземного уровня.

— Выключи звук, — сквозь сжатые зубы произнес Вид.

— Дело не в нем. — Предварительно поставив запись на паузу, Сергей Михайлович все же сумел поймать взгляд черных глаз и постарался голосом и телом передать уверенность в своих словах. — Гарантирую. Смотрим?

Князь Вид с силой выдохнул и коротко кивнул.

Показ записи продолжился со звуком.

— Стало быть, это момент падения щитов, — вновь щелкнул сигнал паузы.

Кадры