Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Кроме того, Джейхейрис лишил Святую Веру права вершить суд — отныне все люди духовного звания должны были подчиняться светским судам. В обмен на это верховный септон получал торжественную клятву короля о том, что Железный трон всегда будет оберегать и защищать Святую Веру.

По мнению Эйвора, эта клятва мало чего стоила. И это показывало, что веру все же сломали. Бейлон состоял в инцест-связи со своей сестрой, и Визерра хотела тоже прыгнуть к нему в койку.

Однако, что позволено Королям-Драконам после гражданской войны, не позволено обычному лорду, поэтому Эйвор предпочитал поддерживать хорошие отношения со своим септоном, даже больше, людям нужно было во что-то верить, чтобы упростить себе жизнь. Так почему бы и нет?

Кроме того, если сделать септонов своими союзниками, все становится проще, люди верят священникам, и если светская и духовная власть находится в мире, это стабилизирует мир. Не говоря о том, что септы хороший способ повышать грамотность людей – септы в большинстве своем грамотны, и если вкладываться в септы на своей территории это практически сравнимо с вложения в школы.

И еще в светскую пропаганду – септы явно будут молится за того, кто финансирует их храмы.

Эйвор по своему обыкновению отправился в септу, стоит сказать, что с тех пор как он стал лордом многие люди стали куда активнее туда ходить – Лорд, как и любой руководитель задает стандарты, даже ничего не приказывая. Он живой пример, если лорд ленив и пьян, такими будут и его люди, если благочестив и дисциплинирован, то и они становятся такими.

Это наблюдается не только в тренировках, но и в отношении к жизни. Эйвор не делал никаких проповедей, просто жил, иногда этого было достаточно.

***

Маленькое дополнительное раздражение для Эйвора в том, что остальные стали ходить в септу было в том, что… Они мешали ему остаться наедине со своими мыслями. Кабинет и собственная спальня была чем-то не тем. На самом деле Эйвор проводил в спальне минимум времени, только спал. И она напоминала не покои лорда, а какой-то заброшенный чердак, с кроватью. Там конечно было чисто, но это было больше нежилое помещение по виду.

И конечно это была больше игра воображение, но Эйвору казалось, что его кто-то слышит в септе, его душевные терзания. Да и в целом его септон - септон Сэм, был довольно мудрым и добрым человеком. Это был мужчина лет 40, голову которого тронула седина, и с лицом заправского психолога – то есть достаточно открытое лицо, при этом септон Сэм жил благочестиво согласно своим клятвам. Если бы тот был типичным «оборотнем» в рясе, вряд ли Эйвор доверял ему… Использовал да, но не доверял.

- О чем ты сегодня хотел бы поговорить, мой лорд? – С септоном у них сложились доверительные отношение поэтому они просто сидели и пили чай, вместо формальной исповеди. Это был не тот самый «чай», а скорее компиляция определенного отвара, в кипяченной воде.

- О том, что под час наша жизнь пропитана полной ложью. Я стал лордом, и вы и я понимаете, что мне нужен будет наследник. А для этого нужна будет жена, женой моей станет девушка которою я в глаза не видел, и она меня не видела, мы тут будем давать клятвы. – Эйвор обвел септу. – Перед Семерыми мы поклянемся в любви и верности. Но как можно клясться в любви человеку, которого никогда не видел? Разве такая клятва не начинается со лжи? Я не знаю её, она не знает меня, какая верность и любовь? Я знаю, что я должен буду сделать это во имя долга, во имя моего дома, и во имя моих людей. Я это сделаю, но разве это не напоминает работорговлю? Я знаю, что это не одно и то же. Я знаю, что многие леди живут достойной жизнью. Но когда я думаю о том, что буду договариваться не с ней, а с её отцом... мне трудно не видеть в этом что-то неправильное. Я договариваюсь даже не с девушкой, а с её родителем. Её мнение никого не волнует, даже есть установленная выгодная цена… Особенно если её отец захочет иметь влияние на меня через дочь. Я не могу развидеть это. Кроме того, рабство — это абсолютная зависимость от господина, и право господина сделать со своим имуществом все что ему угодно… Вы знаете, если бы я был злобным человеком меня бы ничего не смогло остановить…. Кроме воли Семи. Но их пути неисповедимы для обычного смертного. Я ищу оправдание или искупление для греха что точно совершу. Я знаю, что матери могут продавать девственность своих дочерей за звонкую монету, и не вижу… Чем это отличается на моем уровне, уровне лордов…

Септон Сэм внимательно выслушал, и понял, что Эйвор очень сильно доверяет ему, никто и никогда не скажет такого человеку которому не доверяет. Дело было не в грехе прелюбодеяния, или каком-то другом грехе, Эйвор просто пытался говорить с кем-то и спросить: «Мир же работает неправильно ты это тоже видишь?».

Лорд Фрей не думает, что имеет право на все, как он говорил… И это правда – будь он тираном никто бы его не остановил. Он принимает правила Семи как правила игры, только он так же заметил, что в правила закралась ошибка, когда проституция и работорговля объявляются грехом, но потом резко обнаруживает что обычный брак лордов и леди ничем не отличается от купли продажи.

На самом деле Эйвон не был первым кто догадался до этой нелогичности, только в своем большинстве всем было плевать. Молодые мужчины начинают интересоваться противоположным полом с 13 лет, и у детей лордов есть возможность переспать с девушкой особенно более низкого социального положения. И в целом жена воспринимается как еще одна девушка с которой переспать не сильно заботясь о её мнении. На самом деле мнение женщин никого не интересует, специфика мира.

Но суть вопроса была в том что: «Нормы социальных обязательств обязывают меня соврать Семерым в клятве. И как жить в мире где на клятвах все построено, когда традиции вынуждают откровенно врать».

Большинство на самом деле не особенно на это обращают внимание, у крестьян на самом деле есть больше свободы в этом плане, так как не требуется соответствовать ожиданиям, просчитывать союзы и так далее.

Вот такая традиция является платой за власть, платой за привилегии, ведь в этом мире нет ничего бесплатного.

- Вы ошибаетесь, мой лорд.

Эйвор