Читать книгу - "Алекс - Семён Афанасьев"

Ханьская искра рулит. Я уже говорил Хаас, когда мы тренировались вместе. Система не идеальна, с большими прорехами и, местами, не даёт гарантий. Но перечисленные вами элементы, в части причинно-следственных связей подготовки к бою, в ней идут с запасом. За полторы тысячи лет ханьцы и окружающие их весьма неплохо продвинулись на поприще теории.

— Другое дело что применять свою теорию на практике у них особой потребности не было. — Многозначительно уточнил шефу Бак. — Особенно в широких масштабах.

— Алекс, наливайте вторую чашку. Вы нам сейчас понадобитесь. — Принял решение заведующий кафедрой, направляясь к своему месту.

— Давайте увяжем и все наши личные интересы! — напомнил от своего стола подполковник. — С учётом тех двух звонков от интересующихся, на которые кое-кому пришлось отвечать муниципалам сразу после дуэли.

— А федеральные программы тем и хороши, что они на эти моменты дают абсолютно шаблонные и почти идеальные решения. — Весело отбоярился полковник, опять общей фразой, как будто опасаясь быть услышанным в этот момент кем-то ещё.

* * *

Как ни парадоксально, но уже к позднему вечеру Хайке чувствовала себя абсолютно комфортно в присутствии Лютера. Ничуть не стесняясь друг друга, они сидели на кухне первого этажа голышом и тихо, почти по-семейному, ужинали.

— Мне сейчас очень хорошо. — Сказал он после трёх минут полной тишины. — Настолько, что не хочется уходить.

— Так не уходи, — предложила мать Питера. — Тебя кто-то гонит?

— Насколько это удобно? — засомневался мужчина.

— Это всё, что тебя волнует? — рассмеялась женщина. — У меня впервые за неделю на душе легко и свободно. Как будто бабочки за спиной… Тебя ни к чему не обязывает! — поспешила добавить она.

— Тогда остаюсь у тебя. — Решил сенатор.

Последний час они старательно избегали разговора о делах, выбирая более нейтральные темы.

— Ладно, чего резину тянем, — вздохнула Хайке. — Давай решать, что дальше. Я этого точно так не оставлю, ваши Честеры, видимо, тоже. Если будем долбиться каждый со своей стороны, нас поодиночке щелбанами раскидают.

— Ты знаешь, а я всё обдумал, — задумчиво ответил мужчина, с удовольствием поедая говядину с картошкой, приготовленную его спутницей только что, своими руками. — Давай для начала согласуем цели?

— Мне всё равно, что будет, — ровно ответила Штавдакер. — Виноватый должен умереть. Просто умереть. Я даже не настаиваю, чтоб он мучился перед смертью. Если я буду знать, что есть чёткие сроки — допустим, месяц — я ни слова не скажу, буду ждать. Плюс, помогу посильно от имени себя и Питера. Лишь бы результат был гарантирован.

— Это упрощает задачу, — с облегчением вздохнул сенатор. — У меня требования чуть пошире.

— Как обычно, смешиваешь личное и рабочее? — фыркнула Хайке, наплевав на приличия и усаживаясь мужчине на колени.

Как девчонка-подросток, невзирая на возраст и ситуацию.

Мгновенно напрягшиеся детали анатомии Энзи возвестили о том, что он категорически не возражает.

— А тут иначе не выйдет, — ответил сенатор, приобнимая спутницу и разворачивая её лицом к себе. — Вначале надо понять, как выглядит программа федералов.

— И есть ли она вообще, — прошептала Хайке, легонько прикусывая его за ухо.

— И есть ли она вообще, — рефреном повторил Лютер. — Параллельно с этим, нужно стереть этого пацана, не важно как.

— Вот здесь и начинаются мои вопросы, — глубоко вздохнула женщина, чуть поёрзав и устраиваясь поудобнее.

— Тэд с ним справится. Я уверен. Плюс, у меня там есть свой офицер, который окажет необходимое сопровождение. — Рваными и обрывистыми фразами парировал Энзи.

— А офицер надёжный? — уточнила Штавдакер, прикрывая глаза и вжимая спутника в спинку стула.

— Многим обязан, на связи более десятка лет. Личный ресурс, не клановый, — машинально отрапортовал сенатор, фокусируясь на происходящем больше, чем на разговоре.

— За Тэда не боишься?

— Посмотрим. Не может же против воды успешно биться тот, кто хорошо справляется с огнём, — предсказуемо ответил Лютер. — Что-то одно. Или ты тушишь огонь, или бьёшь воду.

— Мне кажется ты сейчас применяешь наши шаблоны на простаков. Уй-й-й-й…

— Офицер подстрахует… извини… имени не назову…

Глава 11

— … никаких иных вариантов нет, — отрезает Анна, занимая высокий барный стул в углу моей кухни. — О, где ты такой взял? — она пробует вращаться по паре оборотов в каждую сторону; затем, наклоняясь, смотрит на новый предмет мебели сверху-сбоку. — В прошлый раз его, кажется, не было?

— Девушка подарила, — бормочу, вытягиваясь на кровати. — В качестве компенсации за сегодняшнее динамо.

* * *

К сожалению, из светлого намерения провести вечер (и не только) вдвоём с Жойс ничего не получается.

Когда мы с Камилой, общими усилиями, приводим наконец нашу во всех смыслах лучшую подругу в чувство, служебный сержантский комм той начинает просто стонать и завывать, требуя срочного ответа.

Поговорив при нас пару минут с каким-то хмурым мужиком в майорской форме, Жойс широко раскрывает глаза и озадаченно чешет затылок: на одном из объектов, к логистике которых она имеет отношение, произошла авария. Один транспортёр въехал в другой, что-то там перевернулось, загорелось и в итоге перестало быть.

— Хорошо, что люди живы, — меланхолично комментирует услышанное Камила.

Присутствие Жойс требуется в связи с оформлением каких-то документов на безвозвратно утраченное из-за пожара имущество.

— Или потом будут сто лет с оклада высчитывать, — уныло подводит итог она. — Ладно, всем привет… Я понеслась…

В качестве компенсации за моральный ущерб, она вручает мне подарок (припасённый специально для меня): по её команде, Камила из недр подсобки вытаскивает хромированное кожаное чудо, явно стоявшее ранее в одном из не самых простых баров.

— Волокла тебе в подарок, — пояснила Жойс, нанося наскоро косметику перед зеркалом.

— А у меня своего жилья пока нет, — озадачился я в ответ. — Казённое не в счёт. Куда я его?‥

В этом месте они с Карвальо переглянулись и заржали. После чего мне пояснила уже Камила:

— Ты даже не представляешь, сколько людей, в том числе в серьёзных званиях, с удовольствием махнулись бы с тобой на твою студию.

— Находящуюся, считай, в центре многомиллионного города, со всеми коммуникациями, на территории охраняемого федерального объекта первой категории, — завершает мысль Жойс. — Со всеми возможными логистическими развязками в шаговой доступности.

— Это же не моё жильё? Так, временное, — обхожу стул по кругу, хлопаю два раза по сиденью. — Но он мне нравится!

— Нет ничего более постоянного, чем временные вещи, — Жойс наклоняется и звучно целует меня в лоб. — Значит, будешь возить с собой этот стул, пока настоящим домом не обзаведёшься. Если отсюда соберёшься переезжать. Хотя, я бы на твоём месте пока никуда не дёргалась: ты и правда не осознаёшь всех прелестей сегодняшнего своего положения.

— Она географию и бытовые условия имеет ввиду, — поясняет мне